Золотая чаша Колоксая

Глава 4

Глава 4

Первая ночёвка обозников попала на постоялый двор, где давно знали Корнилу и Углешу. Большой дом стоял на краю села, привлекая внимание путников светящимися окнами. Позаботившись о повозках с грузом и о лошадях, люди, наконец, смогли перевести дух.

До ужина ещё было время. Пока Нимфириель чистила свою лошадь, за тихий нрав прозванную Накимой, охранники с молчаливого позволения дядек решили немного размяться, помахать мечами. Маг’ярцы довольно хорошо изъяснялись на тарском языке (Камен таких и брал с собой), поэтому правила шуточных поединков поняли быстро. Естественно, тарсам и маг’ярцам хотелось утереть нос друг другу.

Ведунья вышла из конюшни, услышав звон оружия, а потом уже заметила мужчин, собравшихся вокруг двух охранников. В лучах заходящего солнца опасно блеснули обнажённые клинки. Тарские мечи отличались от альвийских: обоюдоострые, тяжёлые, такими если не проткнёшь, то пришибёшь точно. Альвы предпочитали более лёгкое оружие. Один из тарсов – Божай – крутил своим мечом, словно прутиком комаров гонял. Но и маг’ярцы были не лыком шиты. Жунь, посмеиваясь, стал напротив, и поединок начался. Он длился до первого пропущенного удара. Нимфириель с неприкрытым любопытством наблюдала за происходящим, ведь самое интересное заключалось в том, как воины контролировали свои удары, не забывая, что бой ненастоящий и нельзя причинять вред сопернику. Чтобы вовремя остановиться, удержать руку с оружием, тоже нужно мастерство. Постепенно забава усложнялась: один против двух бойцов, а то и больше.

Рядом с охранниками околачивался Станил. Он весь трепетал от переполнявших чувств и азарта. Видно, и ему не терпелось попробовать свои силы, да кто ж всерьёз воспримет шестнадцатилетнего отрока. Девушка услышала, как его сердито окликнул колдун. «Прогонит», - решила она. Станил, видимо, подумал так же, но, опустив голову, направился к высокому мужчине. Радомир что-то сказал ему и поставил в пару с Озаром – самым молодым охранником. Тот подмигнул, хлопнул купеческого сына по плечу и приглашающе взмахнул рукой, намекая начать бой. Теперь альвийка наблюдала за ними. Видела быстрые взмахи мечами, слышала громкие выдохи и хмыканье на гране с насмешкой. Лично ей этот поединок напоминал встречу взрослого пса и котёнка. Пёс неторопливо наблюдает и решает, что ему сделать: порвать шипящий комок шерсти или просто рявкнуть, чтобы тот сам исчез в колючих зарослях придорожного лопуха? А котёнок ужасно трусит, но продолжает выгибать спину, угрожающе шипя и понимая, что это конец. Колдун резко остановил бой после того, как Станил пропустил несколько ударов подряд. Подошёл к взмокшему парнишке, что-то быстро сказал и переложил меч из правой руки в левую. Потом отступил в сторону, махнув Озару продолжать. Дядьки, наблюдавшие за тренировкой с крыльца дома, одобрительно кивнули.

- Быстро Радомир вычислил мальчишку, - заметил Камен.

- Мальчишка этот упёрся рогом, что за правду надо биться правой рукой – и всё тут, - ответил Волин и пояснил: - Углеша приводил Станила вместе со своим сыном к Боричу учиться обороне… Да что-то там не сложилось.

Камен пожал плечами:

- Пусть двумя руками бьётся… Вот, молодец! - спустя пару минут похвалил он отрока, отбившего довольно-таки сильный удар.

Володарович, видно, тоже был доволен Станилом и, улыбаясь, показывал новый замах. Нимфириель заметила, как за короткое время поменялся мальчик. Робкий и нерешительный вначале, сейчас он действовал куда увереннее и смелее, найдя у своих товарищей поддержку. Озар тоже понимал, что перед ним не дружинник, и старался несильно махать мечом.

К ужину Радомир и Станил пришли позже остальных. Мальчик полушёпотом засыпал волхва вопросами, на которые получал подробные ответы. Причём никакой скуки или усталости на лице мужчины не было. Он не отмахивался от Станила, не обещал «показать потом». В меру своих возможностей и возраста купеческого сына, Володарович объяснял то, что интересовало мальчика. Неудивительно, что к концу ужина Станил смотрел на него обожающими глазами.

Пока обозники устраивались на ночлег, ведунья готовилась к ментальной связи с Хижей - тарским ведуном, ехавшем в свадебном поезде. Альвийка вышла за деревню, сняла сапоги и неспешно прохаживалась по влажной от росы траве. Наедине с природой, вдали от чужих мыслей она наслаждалась умиротворением, покоем и тишиной. Солнце уже спряталось за небокрай, окрасив небо багровыми красками. Пахло соломой, яблоками и ещё чем-то горьковатым. Так пахнет только в начале осени, когда к ярким, свежим летним ароматом начинает примешиваться спелость и сладость урожайной поры. Где-то во дворах залаяла собака, пока её не шуганул уставший хозяин, и снова стало тихо. Нимфириель чуть вздрогнула, услышав смех, и тут же успокоилась, узнав голос одного из охранников, Данилы, кажется. Видно, тарские молодцы вышли во двор по своим мужским делам. Девушка деликатно направилась в другую сторону.

Сначала кольнуло пальцы на руках, стало даже щекотно. Потом щекотка перебежала по плечам к шее и вискам. В голове чётко обозначилась мысль – чужая, не её. Связь с тарским ведуном была хорошая. Девушка хмыкнула: силён Хижа!.. Спустя десять минут она вернулась в дом и присела рядом с дядьками.

- Ну как? – не выдержали те.

- Свадебный поезд остановился на постоялом дворе в Ново-Загорье. Пока никто не сомневается, что с ними едет княжна Яронега.

- Ещё бы! - фыркнул Волин, покручивая ус. - Все, кто засомневался бы, или здесь, или знают правду.

Нимфириель улыбнулась дядьке:

- Милуша хорошо справляется со своей ролью.

- Борич её подготовил. Да и прикроет ежели что, - заметил тарский дядька и вздохнул: - Жаль будет, если с Милкой что случится.

Камен глянул на суровое лицо мужчины, но промолчал. Альвийка тем временем налила себе воды, да так и застыла с кружкой в руках. Волин проследил за её взглядом и хмыкнул. В дверях стоял Радомир, мило болтая с молодой служанкой. Хотя, как заметил дядька, Нимфириель смотрела не на мужчину. Её внимание привлекла тарсиянка. Местная девица призывно покачивалась на носках, демонстрируя роскошную грудь. Тёмные волосы, заплетенные в толстую косу, обвивали голову как корона. Глаза горели…