Золотая чаша Колоксая

Глава 6

Глава 6

Север Тарсии всегда называли лесным краем. Если юг покрывали степи и каменистые пустоши, то здесь привольно раскинулись вековые дубравы и колючие ельники. Понятное дело, что купцы старались ехать людными дорогами через веси да города, но это не всегда получалось. Небо над путешественниками всё чаще закрывали густые ветви, и повозки словно катились по зелёному коридору. А ещё смелели дикие звери, ближе и ближе подходили к отдыхающим по ночам людям. В темноте их светящиеся глаза пугали до дрожи. Ради безопасности и спокойствия обозники начали разводить два костра, сразу трое дружинников несли дозор. А тут ещё болотная вонь добавилась.

Дядька Волин прихлопнул очередного комара и глянул на Милана, ехавшего рядом.

- Поедом жрут проклятые!

Вечно хмурый воин понимающе вздохнул:

- Так Сваженецкие топи рядом.

Старый тарс напряжённо глянул на сумрачную зелёную стену, к которой они приближались. Именно стену, потому что деревья росли так часто, что стоило сделать пару шагов в сторону – и дорога исчезала. Но прославили это место не дубы и ели, а болота, в которых погибло немерено народа. Обманчиво густая зелёная трава скрывала засасывающую трясину, из которой не выбирался никто. И только по ночам блуждали над топью пугающие огни да стонали несчастные души утопленников.

Едва обоз въехал в чащу, охранники непроизвольно стали жаться к повозкам, а некоторые шёпотом возносили молитвы богам-покровителям, прося защиты. Эта был не первый лес, через который пришлось проезжать путешественникам, но только здесь они почувствовали себя тревожно и неуютно. Не покидало ощущение, что за ними кто-то пристально наблюдает, кто-то очень злой и опасный. Волин тряхнул головой, избавляясь от оторопи, и ободряюще крикнул окружающим:

- Не боись! Минуем топи до ночи.

Опасная близость печально известных болот удручающе действовала на людей. Обозники даже отказались от обеденного привала, лишь бы поскорее выбраться из этого проклятого места. Ехали молча, то и дело оглядываясь по сторонам и непроизвольно прислушиваясь к каждому звуку. Дружинники, не скрываясь, поглядывали на альвийку, ехавшую последней. И на этот раз не в красоте было дело, все надеялись на её дар. Ведунья отрицательно качала головой, однако оружие держала наготове.

Деревья по бокам стояли почти неподвижно, лишь изредка лениво шевелили ветвями. Зудели комары, неуверенно щебетали птицы, словно прощались до следующего утра. Где-то в чаще треснула сухая ветка, а у людей мороз побежал по коже. Яронега слабо вскрикнула, когда до них долетел хохот болотной выпи, и напряжённо посмотрела на окружающий со всех сторон лес. В вечерних сумерках там оживали тени, мерещились чьи-то призрачные силуэты. Княжна обхватила себя руками и встревоженно глянула на волхва, держащегося рядом с повозкой.

- Радомир…

Мужчина ободряюще улыбнулся:

- Ничего не бойся, государыня. Лес скоро закончится. Глянь сама.

Яронега послушно выглянула из повозки. Волхв не соврал: зелёный коридор через саженей пятьдесят обрывался, а за ним ждало солнце и тепло. Как оказалось, Володаровича слушала не только княжна. После его слов последовал слаженный выдох остальных охранников, и торговый обоз уже куда веселее покатился по просеке.

Сваженецкие топи остались позади. Теперь дорога шла чуть в стороне от леса, пока не упёрлась в широкий деревянный мост, видно, не так давно построенный, судя по светлым брёвнам. От реки поднимался небольшой туман и стелился по земле. Нигде ни огонька, только на небе вспыхнули первые звёзды. Корнила уверенно свернул к излучине и пояснил дядькам:

- До деревни далеко, поэтому заночуем у реки. Место хорошее, защищённое. Мы не раз там останавливались.

Камен и Волин переглянулись с Володаровичем и, дождавшись его согласного кивка, поехали за купцом.

Огонь, разведённый на старом кострище, задорно взмыл вверх. Благо, здесь недавно ночевал кто-то запасливый и оставил после себя несколько охапок хвороста. Пока поварихи и няньки готовили ужин, мужчины распрягли усталых лошадей и повели к реке Сваженке, которая дала название лесу и топям. Вскоре до женщин донёсся плеск и хохот: видно, охранники не только поили лошадей, но ещё купались сами. Чуть погодя на реку отправились купцы, тихо переговариваясь между собой. Ведунья осталась охранять княжну. Та с удовольствием гуляла по траве, засидевшись за целый день в повозке. Альвийка присела на одно из брёвен у костра и задумчиво наблюдала за языками пламени, облизывающими чёрные поленья. В её сознание был покой и умиротворение.

Вскоре вернулись мужчины - повеселевшие, чистые, и с аппетитом набросились на еду. Сегодня Яронега осталась вместе со всеми. Вымученная собственными страхами, она тянулась к людям и к их живому теплу. Охранники быстро сориентировались, оставив место рядом с княжной для волхва и дядек. Те сели, не забывая поглядывать по сторонам, а через какое-то время Камен незаметно ткнул Волина в бок, кивая на альвийский меч и лук, лежащие на земле. Это могло значить только одно: их ведунья ничего не опасалась, по крайней мере в данный момент.

Радомир вернулся чуть позже и, не задумываясь, сел на свободное место рядом с тарской княжной. Быстро увлёк её разговором, дав возможность остальным расслабиться и спокойно поесть. Альвийка утолила голод и теперь с удовольствием слушала солдатские байки. А маг’ярцы с тарсами как раз стали похваляться одни перед другими. Нимфириель, улыбаясь, наблюдала за маг’ярцем Жунем, размахивающим руками перед задиристым тарсом Божаем. Маг’ярца раз-пораз одёргивал сидящий сбоку Усхол, приуменьшая до реального количество ударов и ворогов. А у Божая на каждую историю Жуня находилась своя, ещё героичнее и неправдоподобнее. И только по репликам остальных можно было догадываться, что же случилось на самом деле. Неподалёку от фыркающих лошадей прохаживался Цедеда, изредка присоединяясь к разговору.

Волин сидел напротив ведуньи, поэтому первый заметил, как она напряглась, напоминая натянутую тетиву лука.