Золотая чаша Колоксая

Глава 15

Глава 15

Нимфириель проснулась резко, рывком. В её сознании царили тьма и холод, причём холод опасный, враждебный. Неподалёку обеспокоенно ухнул филин: здешнего лешего что-то встревожило. Альвийка моргнула и в ту же секунду замерла, чувствуя непонятное шевеление на груди. Подняла голову, пригляделась и, вскрикнув, стряхнула живой комок на землю. Крыса недовольно пискнула, что-то схватила и скрылась в темноте, только дёрнулась высокая трава. А девушка испуганно провела рукой по груди, нащупала огрызки льняной тесьмы, на которой висел соколиный глаз, и, уже предчувствуя, что её ждёт, закричала:

- Колдун!

Радомир подхватился, спросонок непонимающе уставившись на альвийку. Рядом закопошились остальные: Камен вскочил, опасливо озираясь вокруг, Волин с мечом в руках сначала кинулся на подозрительный шум, потом оторопело уставился на ведунью, которая ползала на коленях и перебирала примятую траву.

- Крыса. Она украла амулет, - прохрипела Нимфириель и резко выдохнула, чувствуя чужое вторжение в разум. Внутри всё заледенело, сковывая волю и желание сопротивляться. Она в отчаянии глянула на тарса. - Не давайте мне ничего видеть!

Альвийка уткнулась в ладони, успев заметить метнувшуюся к ней тень. Потом почувствовала, что её крепко держат чьи-то руки, но не испугалась, а скорее, обрадовалась этому.

- Ни звука! Ищите крысу и амулет, - прошипел Радомир товарищам, прижимая рыжую голову ведуньи к своей груди.

Над головой возмущённо ухнул пролетевший филин, и все словно очнулись, забегали, зашуршали. Волхв видел, как его товарищи лазают по кустам, заглядывая под каждую веточку, и понимал, что это бесполезно. Ночью искать крысу в лесу! Глупее задания не придумаешь, даже если захочешь.

Тарс наудачу прошептал заклинание, пытаясь высветить хотя бы амулет, заряжённый магией. Золотистый отблеск полыхнул в саженях тридцати от стоянки и потух. Дружинники засуетились с удвоенной силой. А Радомир, стиснув зубы, держал альвийку. Та била его по спине, пытаясь вырваться. Подчиняясь чужой воле, она до смерти хотела посмотреть, что происходит вокруг. Володарович сжал руки крепче и сдавленно охнул, почувствовав болезненный укус на груди. Он почти придушил ведунью в своих железных «объятьях».

- Борись, дурища! – шипел мужчина. – Сопротивляйся ему!

Рядом пробежал Пересвет, растерянно разводя руками. Тогда Радомир прищурился и свистнул, привлекая внимание. К нему тут же метнулся Волин, но вслух ничего не сказал, только вопросительно вскинул бровь. Володарович пихнул ему в руки извивающуюся девушку, предусмотрительно накрыв её голову плащом:

- Держите что есть силы. Не давайте видеть вас. Сейчас чародей смотрит её глазами.

- А если не удержим?

- Убейте, – глухо велел колдун и ушёл.

Дядька вытаращился на него, но больше ничего не сказал и вместе с подоспевшим Пелгом не позволял альвийке обернуться. А та рычала от бессилия, до крови царапала дружинникам руки, ломая ногти.

То, что произошло потом, потрясло всех. Радомир помчался в сторону леса, на бегу сбрасывая одежду. Обозные бабы ахнули, когда он остался полностью голым. Вытянув руки вперёд, волхв начал падать на землю. Но коснулись травы не ладони, а лапы, и теперь по мокрой траве нёсся чёрный волк. Волин тряхнул головой, пытаясь прогнать наваждение, а когда открыл глаза, не увидел ни зверя, ни человека.

- Что это было? – выдохнул Пелг неестественно тонким голосом. – Как он это сделал?

- Цыц! – шикнул дядька и кивнул на прислушивающуюся ведунью. – Не сейчас.

Подошедший Камен велел Жуню сменить Пелга, дал тому напиться и коротко напомнил, что Радомир не купец, а волхв, причём волхв высокого порядка. А для них менять человеческий облик на звериный было обычным делом.

С момента исчезновения волка минуло уже больше часа. У повозок по-прежнему было тревожно. Нимфириель, всклоченную, с растрёпанными волосами, зажали между собой Пелг и Жунь, однако весело и приятно от этого не было никому. Перепуганная княжна вздрагивала от каждого стона альвийки, но не решалась подойти ближе, чем на две сажени. Да её и не подпустили бы.

Волин прохаживался неподалёку, потирая покусанную руку и хмуро поглядывая на обезумевшую девушку. Та словно озверела, постепенно переходя от просьб к угрозам. Чего только не наслушался Пелг за это время! От некоторых предложений альвийки его до сих пор бросало в краску. Дядька угрюмо шикал на него: мол, не будь дураком! Ясно же, что это не ведунья, а чародей говорит, обольщает и заманивает. В какой-то момент Жунь взволнованно глянул на старого дружинника:

- Я взмок… Весь в поту… Девка из рук выскальзывает.

Волин понимающе кивнул и сам сменил Жуня, не доверяя остальным:

- Иди ополоснись.

На верёвки дядька больше не полагался, после того, как альвийка, шепча незнакомые заклинания, превратила добротные путы в труху. К нему подошёл Камен и кивком указал на белеющий вдалеке силуэт. Волин облегчённо выдохнул: наконец-то вернулся Радомир!

Волхв шёл весь мокрый, с прилипшими к плечам и рукам травинками, землёй и ещё непонятно чем. Высокий, жилистый, на его теле не было ни капли лишнего жира, только мышцы перекатывались под серебристой в лунном свете кожей. Тёмная дорожка волос сбегала по груди вниз. Длинные ноги ступали по траве спокойно, не опасаясь холода и скрытых острых камней.

Володаровича, похоже, совсем не беспокоила собственная нагота. Или он ещё до конца не осознал, что сменил животный облик на человеческий. Мужчина спокойно прошёл мимо застывших поварих. Впрочем, те честно старались не приглядываться, торопливо покинув поляну. Нянька Сияна закрыла рукой глаза княжне и задёрнула полог. Остальные смотрели на лицо волхва, перемазанное кровью.

Радомир подошёл к взъерошенной альвийке и накрутил на её руку пропавший амулет. Вспыхнувшее на мгновение зеленоватое свечение в ночной темноте заметили все. А Нимфириель зашипела, словно от боли. Когда Володарович завязал последний узелок, девушка уже повисла безжизненным кулем на руках Пелга.