Золотая клетка для Золушки

Глава 24

Уля чуть притормозила перед шлагбаумом. Не удержалась — бросила быстрый взгляд в зеркало заднего вида. Темно-коричневая тойота остановилась метрах в трехстах от въезда на территорию.

Как обычно. Но Ульяна все равно вздохнула с облегчением. Хоть немного, но все-таки проедет без вечного “хвоста”. Расслабленно откинулась на спинку водительского сидения и даже позволила себе на секунду прикрыть глаза.

Машина медленно покатилась по идеально ровному асфальту. Ульяна легко постукивала пальцами по дверце, перебирая простой ритм, который шел изнутри нее. На губах застыла тихая улыбка — редкая, настоящая. В этот момент она была собой и ни на кого не оглядывалась.

В доме горел свет. Уля судорожно вздохнула, стиснула пальцами руль и заставила себе несколько минут неподвижно просидеть в машине. Она не могла себе позволить появиться перед Асланом расстроенной и напряженной. Он ненавидел, когда она была не в настроении. Особенно, когда возвращался из своей очередной командировки. В последний год их стало слишком много.

— Где ты была? — Аслан стоял в гостиной, рассматривая какие-то бумаги. — Я вернулся, а тебя нет.

Ульяна с трудом удержала внутри себя раздражение. Сжав зубы, натянула на лицо улыбку. Выдохнула. И скинув в коридоре плащ, прошла вперед — к Шамхалову.

Ульяна ненавидела первые дни после того, как Аслан возвращался из своих поездок с братом. Чужой какой-то, нервный. Смотрел на нее исподлобья, будто она виновата в чем-то. А она просто устала. И не знала как ему все это сказать. Да и страшновато как-то.

— А то ты не знаешь? — мягко улыбнулась Уля, хотя внутри все кипело от негодования. — Твоя охрана ходит за мной по пятам. От меня скоро люди начнут шарахаться.

— Очень хорошо! — Аслан бросил бумаги на диван. А потом медленно, снизу вверх осмотрел Ульяну. И только после этого открыл объятия. — Иди ко мне.

И снова этот ужасный чужой запах! Ее чуть не вырвало, голова закружилась, Уля почти повисла на руках Аслана. Она старалась не дышать. Каждый раз одно и то же. И нет, это не был чужой парфюм, запах самолета, дороги или чего-то еще. Так пах сам Шамхалов. И только через два-три дня этот запах исчезал, а до этого Ульяна буквально лезла на стенку.

Ее до чертиков трясло, когда приходилось в эти дни ложиться с ним в кровать.

Требовательный властный поцелуй заставил задержать дыхание. Ульяна застыла, давая Аслану целовать ее так, как он хочет. Попыталась расслабиться, вспомнить их умопомрачительные ласки в первые месяцы, когда они только узнавали друг друга. Когда так безумно влюблены.

— Ну вот. Так лучше! — Аслан нехотя отпустил Ульяну. А она сделала еще шаг назад. — Значит, хочешь снова поступать? Зачем? Чего тебе не хватает?

Шамхалов отвернулся, пошел в спальню, так что Уле, чтобы он ее услышал, пришлось почти бежать за ним.

— Как чего, Аслан?! Мне скучно! Я взяла академ, потому что ты попросил! Но ремонт давно закончился.

— Ты сама не знаешь, что хочешь! — Шамхалов лениво расстегивал пуговицы. — То дизайнером, то архитектором… Теперь аналитиком-айтишником? Тебе самой-то не смешно.

Ульяна сглотнула подступивший к горлу ком. Отвернулась.

— Я так не могу больше, Аслан, — все-таки всхлипнула, не сдержалась. — С ума сойду в этих стенах. Мне тесно здесь, понимаешь? Каждый день как день сурка! Утро, завтрак, спорт дома, потом к косметологу или на ногти. Потом обед. Потом йога, танцы и массаж, потом…

— Надо разбить оранжерею, а лучше сделать большой зимний сад. Наподобие Аптекарского огорода*. Будет у нас зимой лето, — перебил ее Шамхалов, задумчиво в окно. — Ты же любишь цветы.

— Ты меня вообще слышишь! — закричала Уля. — Какая оранжерея?! Я задыхаюсь здесь.

Аслан круто развернулся, бросил на Ульяну такой взгляд, что слезы на глазах мгновенно высохли. Она сама того не осознавая сделала шаг назад.

— Попей воды и прекрати истерику. — От жесткого взгляда Шамхалова Улю передернуло. Перед ней стоял чужой человек. — Специально выбрала там, где мужиков побольше?

— Что?!

— Я сам выберу то, что тебе нужно. И оплачу обучение. Учиться будешь дистанционно, ну или заочно.

— Ты шутишь? — Уля еще пыталась убедить себя, что Аслан это несерьезно. — Ты же сам говорил…

— Ну что я говорил? Что? — Шамхалов уже полностью раздетый недовольно смотрел на нее. — У тебя есть все! И это все дал тебе я! А тебе все мало… Я устал!

За них захлопнулась дверь в ванную. А Уля так и осталась стоять.

Он устал. Устал! От чего? От того, что она не хочет и не может так жить? Что ей мало смотреть на него влюбленными глазами и ждать с утра до ночи, когда он вернется? Заново подогревать ужин? Да она уже видеть не может этот дом! Он как проклятие, насмешка над ней и ее мечтами.

Этого она хотела? Отгородилась от мира, разругалась с Гордеевым, с бабушкой натянутые отношения. Ни одного родного человека рядом не осталось. Все что может — это поболтать со своими косметологом и маникюршей. Ну и с девочками иногда в бассейне.

Уля ушла из спальни, спряталась на первом этаже в одной из гостевых комнат.

Содержанка. Любовница. Шлюха.

Злые слезы крупными каплями скатывались по щекам. Она стала очень часто плакать. Но сейчас быстро протерла лицо, едва услышала мужские шаги. Да что ему неймется-то?!

— Вот ты где? — Аслан, стоял в банном белом халате и смотрел на Улю снизу вверх. — Не надо слез, ладно? Будешь ты учиться, но так как я сказал. Или вообще не будешь. И это не обсуждается, дорогая. Идем ужинать.

— Не хочу!

— Ульяна!

На языке вертелся язвительный вопрос насчет женитьбы, но глядя в холодные глаза Шамхалова, Ульяна опустила взгляд в пол.

Она и правда сама не знала, чего хочет. Любила Аслана, эта любовь, правда, не была такой чистой и прозрачной, как раньше. Да и замуж по-прежнему хотела. Но все чаще вспомнила слова Гордеева, что даже брак с Шамхаловым ничего ей не даст. Так и будет сидеть в золотой клетке, которую сама же и обустроила себе с комфортом. эта любовь уже не была такой чистой и прозрачной, как раньше.