Золотая клетка. Проклятый дракон.

Глава 2

Утро в Элдхаллоу встретило меня леденящим холодом, пронизывающим до костей. Казалось, даже воздух замерз, превратившись в острые иглы, впивающиеся в кожу. За двадцать лет своей жизни я не испытывала ничего подобного. Холод проникал сквозь стены, сквозь одежду, словно стремясь заморозить саму душу.

Почувствовав, что зубы начинают выбивать дробь, я поспешила одеться. Накинув на плечи теплый плащ, я подошла к камину, надеясь хоть немного согреться. Пламя весело потрескивало, но его тепла едва хватало, чтобы отогнать леденящий мрак, царивший в комнате.

Собравшись с духом, я покинула гостевую спальню и отправилась на поиски Нострадамуса. Коридоры замка казались еще более мрачными и пустынными, чем ночью. Тусклый свет, проникавший сквозь узкие окна, едва рассеивал полумрак, играя зловещими тенями на стенах.

Напомнив себе о найденном свитке и о необходимости узнать правду, я ускорила шаг. Каждый пройденный мной поворот казался нескончаемым, каждый новый коридор - лабиринтом, ведущим в никуда.

Спустя какое-то время я заметила вдалеке стража, стоящего возле массивной двери. Собравшись с духом, я уверенно направилась к нему.

– Простите, – обратилась я к стражу, – я ищу Нострадамуса, провидца. Не подскажете, где я могу его найти?

Страж окинул меня холодным взглядом, но, заметив герб Анкровейла на моем плаще, смягчился.

– Провидец находится в своей башне, – ответил он, указывая рукой в сторону дальней части замка. – Но я не уверен, что вам разрешат его видеть. Император не любит, когда его беспокоят.

– Я понимаю, – ответила я, – но мне необходимо встретиться с Нострадамусом по важному делу. Я уверена, он будет рад меня видеть.

Страж пожал плечами. – Как знаете, принцесса. Но не говорите потом, что я вас не предупреждал.

Поблагодарив стража, я направилась в указанном направлении. Башня провидца находилась на самой высокой точке замка, и путь к ней был долгим и утомительным. Пришлось преодолеть множество лестниц и узких переходов, прежде чем я, наконец, добралась до цели.

У двери в башню меня встретил еще один страж, более суровый и неприступный, чем первый. Он преградил мне дорогу, скрестив руки на груди.

– Вы куда? – спросил он грубым голосом. – К провидцу нельзя без разрешения Императора.

– Я – принцесса Лилиан из Анкровейла, – ответила я чётко и уверенно. – Я прибыла сюда по воле Императора и должна срочно поговорить с Нострадамусом.

Страж нахмурился. – Знаю я вас, принцесса. Но это ничего не меняет. У меня приказ никого не пускать.

Я понимала, что уговорами делу не поможешь. Необходимо действовать хитростью.

– Послушай, – прошептала я, наклонившись к стражу, – у меня есть важное сообщение от Императора. Он приказал мне передать его Нострадамусу лично. Это вопрос государственной важности.

Страж заколебался. Было видно, что он не хочет брать на себя ответственность за возможное нарушение приказа.

– Я не знаю… – пробормотал он, почесывая затылок. – Если Император узнает, мне несдобровать.

– Не волнуйся, – заверила я его. – Я возьму всю ответственность на себя. Просто позволь мне пройти.

В конце концов страж сдался. Он медленно отодвинулся от двери, пропуская меня внутрь.

– Только помните, – предупредил он, – чтобы это было в последний раз.

Поблагодарив стража, я вошла в башню. Винтовая лестница уходила вверх, в самую высь. Поднявшись по ней, я оказалась перед массивной деревянной дверью, на которой была вырезана звезда с изображением глаза в центре.

Сглотнув ком в горле, я постучала. Вязкая тишина мгновенно поглотила звук, сделав ожидание невыносимым. Я уже собралась постучать снова, как вдруг дверь медленно, со скрипом, приоткрылась, являя взору узкую щель. Из темноты пронзительно взглянули два огонька, словно угольки тлеющего костра.

– Кто там? – прозвучал хриплый, словно истёртый ветрами голос.

– Принцесса Лилиан из Анкровейла, – ответила я, стараясь говорить, как можно увереннее. – Мне необходимо с вами поговорить.

Щель в двери расширилась, и я увидела Нострадамуса. Он стоял в полумраке, закутанный в темный плащ, словно тень, отделившаяся от стены. Его лицо, испещренное морщинами, казалось древней картой, на которой запечатлены судьбы многих поколений. Глаза, глубоко посаженные в глазницы, горели странным, неземным огнем.

– Лилиан… Да, я ждал тебя, – прошептал он, отступая назад и пропуская меня внутрь. – Судьбы сплетаются, как нити на ткацком станке.

Я вошла в башню. В нос ударил запах сушеных трав, пыли и чего-то неуловимо мистического. Комната была завалена книгами, свитками и странными артефактами. Между стопками книг громоздились хрустальные шары, алхимические колбы, и странные приборы, от которых тянулись тонкие провода. В центре комнаты стоял огромный телескоп, направленный в окно, сквозь которое пробивался бледный луч утреннего света.

Нострадамус, казалось, не замечал беспорядка. Он двигался с грацией и ловкостью, противоречащей его возрасту, словно паря над землей. Жестом пригласив меня к столу, заваленному исписанными пергаментами, он поинтересовался:

– Что привело тебя в мою обитель, дитя? Время дорого, и слова должны быть взвешены.