Золотая находка

Глава тридцать четвертая

Наемный экипаж пронесся через старые Восточные ворота и свернул на Черепичную улицу. Пассажиры, внутри кареты заворочались. Гордик выглянул в окошко. Улыбнулся.

Голубые Скалы с их свежим горным воздухом, лечебной водой, огромным мраморным бассейном внутри парильни, конечно, замечательное место, хоть и скучное до ломоты в зубах. Но на недельку, раз в два года… нет, в три года, можно.

С лица Гордика не сходила улыбка. Два фунта веса остались на курорте – запланированная им закалка характера прошла без сбоя. К счастью, бабушка одобрила его решение, только под наблюдением доктора, который расписал ему диету и процедуры.

Два фунта!

Гордик, довольный, потянулся и окликнул:

- Ба, просыпайся.

Утренние улицы были пустынны, и уже через несколько минут экипаж подъехал к дому. Домоправитель Феликс, увидев из окон – кто вышел из кареты, тут же выбежал на встречу.

- С возвращением, эльдор. Как ваше здоровье и самочувствие, грельдора Нарина?

- Как видишь, Феликс – расцвела.

Домоправитель одобрительно кивнул и подхватил чемоданы. В доме уже не спали и накрывали на стол. Гордик обнял родителей, хитро на них поглядел. Когда сели за стол, решительно отказался от порции цыпленка.

- Обойдусь йогуртом.

Грельдора Элин взволнованно нахмурилась.

- Ты себя хорошо чувствуешь?

- Лучше не бывает.

- Гордик соблюдает рекомендации доктора, - пришла на помощь бабушка. – Я оставлю Феликсу список блюд и накажу строго следить за соблюдением Гордиком диеты, - голосом, не требующим возражений, сказала она, и добавила. – А вас попрошу просто не мешать. Мальчик принял верное решение.

Родители удивленно переглянулись.

- Но йогурт… - сделала попытку грельдора Элин.

- Мама, - сердито покосился на нее Гордик, но тут же смягчил голос. – Все хорошо, мама.

Бабушка перевела разговор на другую тему. Курорт Голубые Скалы считался респектабельным местом отдыха, где можно было встретить известных людей не только из Беннедбуга, но и из столицы. Грельдора Нарина рассказала, с кем они общались, с кем познакомились. Гордик, съев за минуту йогурт, терпеливо сидел и поглядывал на часы. Еще нет и девяти. Ленц точно дрыхнет, Лори тоже. Марек наверняка с дедом на конюшне. Можно к нему рвануть.

Пока взрослые разговаривали, мальчишка пару раз поймал на себе взгляд матери. Странный взгляд… Такой же, как и несколько лет назад, когда он сильно повредил ногу и почти месяц ходил в обнимку с костылем.

Да, странный, тревожный взгляд.

Часы пробили девять, и Гордик встал со стола.

- Ладно, я пошел.

- Ты куда? – Слишком поспешно спросила мать. Будто ждала.

- К Ленцу.

Родители растерянно переглянулись. Замялись, смущенно пряча глаза. Королевский судья коротко кашлянул.

- Сядь, Гордик, есть разговор, - замолчал, глядя на сына, который продолжал стоять, удивленно вскинув брови. – Да, сядь, я тебе говорю!

Гордик опять присел за стол.

- Понимаешь, - грельдор Стафр подергал ус. Скривился. – У твоих друзей неприятности. Большие. По-настоящему большие. Такие дела, Гордик. Они сбежали, и Маркус вместе с ними.

В комнате все затихло. Или это в ушах? В глазах посерело – воздух, стены столовой. Вместо фигур родителей – пятна… И схлынуло, вернув назад солнце и привычные, родные лица, не спускающие с него глаз. Гордик судорожно сглотнул.

- Как так сбежали?

- Я не знаю подробностей.

- Неправда, - жестко подала голос грельдора Нарина.

Королевский судья вымученно поводил головой и вздохнул.

- Ладно, кое-что мне нашептали. Почему-то детьми заинтересовались люди из департамента магии. Есть точные сведения, что на Сержио Горана очень сильно надавили, чтобы он дал согласие.

- На что согласие? – Спросила бабушка Гордика.

- На временную опеку над детьми и перевода их в закрытую школу.

- Что было дальше?

- Когда за ними приехали, детей уже в доме не было. Сейчас их ищут. Везде. У тети Агаты сидит засада. Приказ о поимке детей разослан по всем сыскным ведомствам.

- Приставы дремать не будут, - проговорила грельдора Нарина. – Погодите. А причем здесь Маркус? Почему вместе с Горанами сбежал и он?

Гордик едва заметно усмехнулся. Ему не надо было этого объяснять.

- Гордик, ты что-то знаешь? – Спросил отец.

- Не больше твоего.

- Врешь, - сердито прошипел Королевский судья. – Если что-то знаешь, будет лучше для всех, если сейчас и здесь ты об этом расскажешь. Для своего же блага.

- Мне нечего тебе сказать, отец, - ответил Гордик и встал из-за стола.

- Ты куда?

- К себе в комнату.

Дойдя до двери, услышал за спиной сухой голос.

- Несколько дней я запрещаю тебе выходить из дома. Не вынуждай меня идти на крайние меры. Ты понял, Гордик? Ты же не девица, чтобы я запирал тебя в комнате на ключ.

- Ты прав, отец, - убедительно кивнул мальчишка, соглашаясь с отцом. – Я – не девица.

Зайдя в свою комнату, он остановился посреди комнаты.

- Думай, Гордик, думай, - проговорил, и плюхнулся на кровать. Лежал долго, уставившись в потолок и не обращая внимания на звуки, доносящиеся из-за двери. Во всем, что случилось, был один положительный момент – желание поесть исчезло начисто. И если бы ему сейчас кто-то предложил кусок отбивной, то Гордик не пожалел бы сил размазать тарелку с аппетитной порцией по стене.

- Я сплю! – Рявкнул он служанке, постучавшей в дверь. Его действительно не надо было запирать в комнате. Он сам это сделал, закрывшись своим ключом. Чтобы решить, как поступать дальше.

Думать, Гордик, думать.

В доме тети Агаты приставы, и не имеет смысла совать туда нос. Да и не поможет она. А кто поможет? Гордик рывком сел на кровать. Мотнул головой и сердито стукнул кулаком по лбу.

Их кто-то сдал, к ведьме не ходи.

Есть предположения?

Есть, и вполне разумные. Чтобы там Лори не говорила насчет этого хмыря Кира Женеля, он заслужил, чтобы с ним разобраться.