Золотая нить

ГЛАВА 19

ГЛАВА 19

И ведь смотрела на него так, словно он задавил ее котенка. Этими своими невозможными глазищами. А от самой просто разило этим Финном, хоть топор вешай.

- Зачем?

- Не хочу растить чужого ублюдка, разве не ясно.

Вендела сглотнула.

- Я не беременна.

Гретир прикрыл глаза на секунду, но этого времени хватило, чтобы вновь увидеть сидящую у стены Венделу и голову этого мальчишки у нее на коленях. Лгунья, какая же она лгунья.

Дверь ванной комнаты хлопнула так, словно из пушки выстрелили. И у этой дряни еще хватает наглости обижаться. Во рту чувствовался вкус крови, наверное, вылезают клыки. Надо было срочно стравить пар, пока крышу не сорвало. Убивать Венделу в его планы не входило. Во всяком случае, пока.

Греттир пошарил во внутреннем кармане пиджака. Ага, вот он – волшебный порошок. Неизбалованные предки не брезговали отваром из мухоморов, но их потомки умели ценить дары цивилизции. Чистый мескалин был одним из них.

Он высыпал половину содержимого пакетика в бокал, добавил шампанского и выпил половину. Сейчас… сейчас попустит. Снова долил шампанского, но пить больше не стал, поставил бокал на тумбочку.

Вендела вышла из ванной, прошла к кровати и села в ногах.

- Надо подождать десять минут.

- Знаю.

Он приоткрыл окно и присел на подоконник. Здесь запах чужого самца почти не чувствовался.

- Хочешь знать, какими были последние его слова?

- Нет.

- Почему? Сомневаешься, что он в свою последнюю минуту думал о тебе? Или пожалел о том, что сделал?

- Я думаю, что в твоем исполнении даже самые красивые слова прозвучат грязно.

- Грязно брать чужое!

- Я не вещь! Меня нельзя забрать.

- Твой отец обещал тебя мне.

- Вот и женился бы на моем отце.

- А ты не возражала, когда мы заключали помолвку.

- Я было молодой и глупой. Я не разбиралась в мужчинах.

А теперь, значит, стала разбираться? Греттир дернул воротник рубашки. Надо было срочно выпить еще.

Он опрокинул в рот остатки шампанского, затем повторил процедуру с порошком и выпил еще. На дне бокала оставалось немного, чуть больше глотка. Вендела выхватила у него бокал и допила.

- Не важно. Все сказано и сделано. Теперь ты моя, пока я сам тебя не отпущу.

Она улыбнулась блестящими от вина губами:

- А если я все-таки ношу ребенка Финна? Что тогда?

Похоже, последняя надежда на ее порядочность рассыпалась в прах. Дочь Освивра Турханда все-таки была шлюхой. Дерзкой, лживой, упрямой шлюхой.

Греттир подошел к ней почти вплотную и, преодолевая отвращение, наклонился так, что кончики их носов почти соприкоснулись. Вендела не дрогнула, даже не моргнула, смотрела в глаза все с тем же дерзким вызовом.

- Тогда я на твоем месте молил бы богов о легкой смерти.

И снова ни проблеска страха, только радужка стала светло-зеленой, как ледник под солнцем.

- Десять минут истекли, Греттир Валлин. Можешь проверить тест.

Он медленно выпрямился.

- А ты не хочешь посмотреть?

- Нет. Это твоя затея. Сам играй в свои глупые игры.

Греттир вышел в ванную и пропал. Он что заснул там, или глазам своим не верит, с раздражением подумала Вендела. Язык пощипывало от мескалина, но не так сильно, как бывало обычно от настойки мухомора. Дэгрун Рауда не признавала этих новомодных средств, и питье для полета души готовила по старинному, веками проверенному рецепту. Жаль только, что после бабушкиной мухоморовки ужасно болела голова и во рту словно кошки нагадили. Чтобы прогнать неприятный вкус Вендела налила и опустошила еще один бокал шампанского. На дне бутылки плескалось жидкости еще на два пальца. А, ладно. Она допила все до капли.

Греттир вышел из ванной сосредоточенный и какой-то неприятно довольный. Волосы его были мокрыми, а на груди белой рубашки расплывалось пятно воды.

- Тест отрицательный.

Знаю, идиот.

- Жаль.

Он сощурился:

- Жалеешь, что не залетела от любовника? От полукровки?

- Да, жалею. Он был настоящим эйги даже с половиной крови. И от него были бы сильные дети.

Она бы помогла. С тремя-то веретенами можно было спрясть такую нить, хоть Фенрира (1) связывай.

- Наши дети будут сильнее.

- Какие еще «наши дети»?

Вендела, конечно, должна была убить Греттира, но собиралась сделать это тихо, чисто и аккуратно, без вот этого средневекового хоррора и треша из старинных саг. Никогда не надо впутывать в родовую месть детей.

- Которых ты мне дашь. И до свадьбы я должен убедиться, что ты не бесплодна.

- И как же ты собираешься убедиться?

Греттир ухмыльнулся так, что захотелось запустить в него бутылкой, только боялась не попасть, потому что он, хитрый, все время раздваивался.

- Я знаю только один способ. А ты?

Да что у него в голове? Полтора таракана? Ни один эйги не предложил бы порядочной девушке такую унизительную сделку.

- А я ухожу.

Как ни странно, он не попытался ее задержать. Отступил, давая дорогу.

- Только учти, что второй раз предлагать не буду. Тебе сильно повезло, что я все еще хочу тебя после всей этой истории с мальчишкой Густавсоном.

- Мне повезло? Если это шутка, то не смешная.

- Какие шутки? После сегодняшнего твои шансы выйти замуж – ноль. Никто не захочет взять за себя порченую девку.

- Не очень то и хотелось!

Финн умер, Греттир оказался гадом, остальные, видимо, не лучше. Слава богам, в наше время, муж не единственный свет в окошке для образованной современной девушки.

- И вся Стая будет тыкать пальцами в вашу семью.

- Наплевать.

Все равно бабушка предложила уехать. В конце концов, где-нибудь в деревне тоже жить можно. Скучно, конечно, но зато воздух чистый, и природа и все такое.

- Отлично. Я пришлю тебе приглашение на мою свадьбу.