Золотая рыбка в деле. Новогоднее желание

Глава 6

Я вернулась в горницу к гостям, и некоторое время старалась вести себя, как полагается в праздник. Но собственные мысли отвлекали, заглушая песни, а в горло больше кусок не лез. Я всё продолжала думать о выражении лица Еремея, попутно то и дело вспоминая его мягкие губы, коснувшийся моего запястья.

В доме стало жарко. То ли от собравшегося народу, то ли от моих дум, заставляющих сердце быстро колотиться об рëбра. Мне захотелось выйти на воздух, приложить к горящим щекам холодный снег.

— Маменька, папенька, я выйду на крылечко, дурно мне что-то, — тихо шепнула я, родителям, сидевшим во главе стола.

— Что с тобой, дочка? — спросил отец, обеспокоенно глядя на моё лицо.

Матушка тоже всполошилась, спрашивая, не надобно ли за лекарем послать. Но я только отрицательно помотала головой, уже поднимаясь из-за стола.

— Всё в порядке, просто воздух нужен, жарко стало, — уверила я родителей.

Взяв свой тулуп, вышла за дверь. Оказавшись на улице, тут же набрала полную грудь ледяного воздуха. Лёгкие обожгло холодом, но мне стало на удивление легко. Я стояла на крыльце, щурясь от света и любуясь яркими искрами зимнего солнца, играющего цветными переливами на снежном покрывале. По деревне с разных сторон слышались щедровки да смех, за спиной, из избы, тоже лились весёлые речи, звонкие частушки и хохот.

Когда руки и уши стали совсем холодные, я хотела вернуться. Но вдруг меня отвлёк скрип снега и звуки тяжёлых размашистых шагов. Я приложила раскрытую ладонь ко лбу, силясь разглядеть супротив солнца, кто пожаловал к нашему дому?

Сначала мне виделся только высокий тёмный силуэт, слегка подёрнутый дымкой из-за выступивших на глаза слëз от мороза. Однако сморгнув холодные капельки, смогла разглядеть Драгомира, уверенно шагающего в мою сторону. По коже пробежали неприятные мурашки, прятаться было поздно.

— Ярослава, ты гляди. Снова свиделись. Никак судьба нам? — широко улыбаясь, пробасил Драгомир.

— Что ж за судьба такая, коль ты в избу мою шëл и меня заметил? Чей не на столичном рынке столкнулись, — отбросив косу назад, я сложила руки на груди и недовольно посмотрела на парня.

— Неправда твоя, Ярослава, — хмыкнул он. — Я мимо шëл, к... По делам направлялся, в общем.

Заминка всего на мгновение и хитрый взгляд в сторону говорили громче слов, по каким делам направлялся Драгомир. Очередная девица соблазнилась его сладкими речами да широкими плечами. Хотелось плюнуть на него и скрыться в доме, но воспитание не позволяло. Но и стоять, что сосна на пустыре, мне не хотелось. Тем более, что Драгомир уже направил на меня свой жаждущий взгляд, заставляя мороз пробираться под тёплый тулуп.

— Что же ты, Ярослава, какая неприветливая. Праздник ведь. Хоть бы в избу позвала да яствами праздничными поподчивала, — сказал Драгомир, явно замечая, как мне хочется сбежать поскорее.

— Проходи, гость дорогой! Рады тебе в этом доме! — нарочито громко крикнула я. Приглашения хотел — получай!

На мой голос тут же выбежала матушка, а следом и отец. Они приветствовали Драгомира, тот поздравил их с праздником, пожелал здравия и хотел было ретироваться, но от моей маменьки так просто не сбежать. Тем более, что она была уверена, будто Драгомир женихом моим сделается обязательно, а посему и внимания ему уделала больше остальных.

Когда мама утягивала парня в дом, а он в бессилии оглядывался, я не выдержала и быстро показала ему язык. На душе сделалось легче. Раз хотел в гости, вот и гости́. А планы твои разрушенные меня не касаются.

— Ярослава, затвори дверь и входи уже, — крикнула мама прежде, чем скрыться в горнице.

Ой, вот этого бы мне страсть как не хотелось. Поэтому я решила побродить по деревне, пока Драгомир будет у нас в доме. Жаль только платок не прихватила, уши и так уже отмëрзли. Но если уж и выбирать, то всяко лучше уйти, чем с Драгомиром за столом сидеть и ловить его сальные взгляды, да слушать хвастовство о предстоящем сватовстве. А уши, авось, и не отвалятся совсем.

— Мама, я к Дульсинее, обещалась ей с нарядом на завтра помочь. Я недолго, — крикнула я и сбежала с крыльца, не дожидаясь, пока маменька начнёт бранить меня.

Выбежав за калитку, словно за мной кто-то мог гнаться, я обернулась, но никого не увидела. Значит, родители крепко вознамерились праздновать с Драгомиром и кормить того до отвала. Тем лучше, пусть. Мне сейчас всё одно с собой побыть хотелось, мысли остудить да в порядок привести.

Я стала бродить По тропинкам не слишком заботясь о том, куда иду. Лишь бы подальше от громких песен, да от разных разговоров. Сама не заметила, как свернула в сторону опушки леса, что рос вдоль замёрзшей реки.

Деревья стояли укрытые пушистыми снежными одеялами, сквозь которые виднелись тонкие очертания тëмных веточек. Лес тихо спал, ожидая весны. Мне показалось хорошей идеей побродить там в тишине, поэтому я увереннее зашагала в ту сторону, проваливаясь валенками в нетронутый снег.

Дойдя до первого дерева, я вся взмокла и запыхалась. Не знаю, в чём было удовольствие сюда брести по нехоженым сугробам. Да только будто что-то манило меня.

Обернувшись, чтобы посмотреть, как далеко теперь стоят низенькие домишки, от которых поднимался тонкий дымок из печных труб, я увидала, что не только мне захотелось странных прогулок.

С другого конца деревни но, несомненно, в сторону реки и деревьев, брела ещё одна фигура. Так же как и я, человек рыхлил гладкую поверхность снежного полотна уверенными шагами. Однако, в отличие от меня, явно шёл со знанием дела.

Отдышавшись и приглядевшись, я признала в идущем Еремея. Сердце пропустило удар, а глаза загорелись любопытством. Куда же он так резво направлялся? Мне захотелось разузнать, и я, не задерживаясь, двинулась к нему навстречу.

Но Еремей, явно меня не разглядев, свернул в сторону и пошёл к излучине реки, что скрывалась за деревьями. Я последовала за ним. А завидев его, склонившегося над прорубью, замерла, спрятавшись за широким стволом тополя.