Золотая рыбка в деле. Новогоднее желание

Глава 7

Я постаралась успокоить сердцебиение и выровнять дыхание. Слова Еремея стали чëтче. Он говорил тихо, но голос был твëрдым и недовольным. Словно он отчитывал провинившегося ребёнка.

— Ты хоть подумала? Лëд мог быть опасен! — выговаривал парень, грозя пальцем проруби. — А если бы она... и потом ты... Всякое могло случиться! Ну а сегодня? Эти ленты... Ей же страшно, понимаешь?

Его слова меня беспокоили. Под кожу закралось неприятное чувство. А когда из проруби Еремею ответили, у меня и вовсе душа ушла в пятки, я едва не вскрикнула. Вовремя опомнилась, не хотелось выдать себя.

— Помогала, как умею! — раздался мелодичный и звонкий, словно хрусталь, голос. — Ты же сам просил: «Пусть бы само случилось»! Вот оно «само» и случилось, что теперь тебе не так?

— Злата, ну нельзя так, как ты в толк не возьмёшь? А коли поранилась бы она? Я бы в жизнь себе не простил! А посмотрит на меня с ненавистью, так и свет мне мил не будет, — горячо ответил юноша, снимая ушанку и с жаром бросая её в снег рядом с ледяной водой.

— Но ведь цела твоя краса, здорова вполне! А коли сумлеваишьси, так ты сам спроси. Она тут, рядышком, слышит всё! Да, Ярослава? — в голосе слышалось веселье и хитринка.

Еремей, явно испуганный, резко обернулся в мою сторону. И тут уже было не скрыться, тулуп мой яркий выделялся цветным пятном на чёрно-белом фоне зимнего леса. Парень замер, словно страшась любым своим движением спугнуть меня.

Мои щëки обдало жаром, ноги будто обмякли. Захотелось сделаться невидимой, слиться со снегом белым, лишь бы не заметили. Но было поздно. Пришлось выходить из своего схрона.

— Я тут... Гуляла немного. Мимо шла... — заикаясь, аки дитя неразумное, промямлила я, глядя себе под ноги.

Руки сами нашли длинную косу, а пальцы стали быстро перебирать локоны. Мне было страсть как любопытно, с кем говорил Еремей, но и страшно тоже, а потому я не смела поднять глаза.

— Вот и свиделись! Ну здравствуй, Ярослава, — вновь заговорил загадочный житель замёрзшей реки.

Я медленно подняла пушистые ресницы, тронутые инеем и взглянула в полынью.

В тёмной воде блестела небольшая рыбка. Каждая её чешуйка — что золотая монетка. Тусклое зимнее светило играло на блестящих боках волшебной рыбки яркими солнечными зайчиками. Глаза у неё были умные и даже хитрая улыбка на... лице... присутствовала.

— Здравия тебе, рыбка, — немного придя в себя, поприветствовала я, хотя в происходящее до конца не верилось.

— Зови меня Златой! Я, как ты понимаешь, волшебная. Хочешь, желание тебе исполню? — великодушно предложила она.

Еремей было шагнул вперёд, словно предостеречь хотел, но я уже резко мотала головой, от чего тяжёлая коса волос стучала меня по бокам тулупа.

— Нет, не хочу! Благодарствую за предложение, но не надо, — надеюсь, мой голос звучал не слишком испуганно.

— Ишь, какая, — рыбка прищурилась и вплеснула плавником ледяную воду. — Ну, тогда с миром идите. В гости заглядывайте.

Злата уже собиралась нырнуть обратно, но мне хотелось окончательно прояснить с ней все мои догадки.

— Постой! Злата, подожди! — быстро крикнула я. Рыбка остановилась и повернулась снова ко мне. — Расскажи мне... Коли верно я истолковала, тот лëд твоих... эмм... плавников дело?

— Моих-моих, — ничуть не смущаясь, ответила Злата.

— И блины? И щенок? И ленты?

— Ну, да. Желание было загадано, было и исполнено.

Я быстро перевела взгляд на Еремея, тот стоял ярче свёклы, уши горели, что пламя в печи, а золотые локоны, подсвеченные уже клонившимся к закату солнцем, отливали розовым цветом, от чего парень, казалось, весь пылал огнём стыда.

— Спасибо за честность, — я поклонилась рыбке, не смея её больше задерживать.

Для начала мне стоило всё обдумать, а уже потом решать, что делать. Мысли никак не желали укладываться в голове, метаясь в панике. Вот как приду к какому выводу, тогда можно будет снова Злату навестить.

Волшебная рыбка уплыла восвояси, а я осталась с Еремеем у небольшой, теперь уже опустевшей, полыньи.

— Так значит... — начала я, и юноша вздрогнул плечами, будто я приговор ему выносила. — Значит, это всё — твоё желание?

Я неопределённо обвела рукой деревню, видневшуюся издали. Еремей только молча кивнул, в глаза мне не смотрел. Зато я разгадывала его, словно увидела впервые.

Высокий, симпатичный, плечи широкие, лицо честное, руки натруженные. И взгляд... немного печальный и одновременно нежный. И почему я раньше не замечала таких деталей?

Сердиться на юношу не получалось, несмотря на все мои приключения за пришедшие сутки. Я только вздохнула и предложила Еремею вернуться в деревню.

Он снова кивнул и пошёл вперёд, сильнее утаптывая снег, чтобы мне легче было пробираться по сугробам. Я не сопротивлялась, шагая по его следам и пытаясь уместить в мыслях то, что узнала.

Дойдя до деревни, Еремей застыл, не поворачивая ни к моему дому, ни к своему. Мне как-то тоже неловко было просто так уйти, да и вопросов было много.

— Яська, я извиниться хочу. Из-за меня с тобой всё приключилось... — набрав в грудь побольше воздуха, громко выдал парень, я даже слегка вздрогнула от его напора.

— Да... Понимаю. Но не страшно, я цела, как и сказала Злата, — я постояла молча, вновь перебирая волосы на конце своей косы, а затем спросила: — Ты ведь можешь рассказать мне всё, как было на самом деле? И с самого начала.

— Конечно, всё расскажу без утайки.

Голос Еремея был слегка грустным. Кажется, он был уверен, что после нашего разговора я с ним больше видеться не захочу, как он и говорил рыбке. Но у меня внутри были совсем другие эмоции. Только всё равно сначала я хотела услышать историю парня.

— Тогда, пойдём? Только к тебе, если можно. У нас сейчас гости. Ряженые ещё там, скорее всего, а ещё братец твой... Не дадут поговорить.

— Хорошо, идём в мою избу.

И юноша направился в сторону дома, а я старалась поспевать за ним. Становилось всё любопытнее, как же Еремей рыбку встретил и откуда его желание появилось.