Золотая рыбка. Хочу замуж за Шварценеггера

Глава 24. Газета

Нет,  я никак не могла ошибиться. В чём угодно я могла ошибиться,  но только не в этом.

Повернувшись по направлению голоса,  я увидела двух мужчин,  стоявших у белоснежных столиков и попивающих вино. В их руках была газета,  и они обсуждали написанную в ней статью.

– Игорь Курятников в 3-ем раунде нокаутировал Фреда Хатчингса, – прочитал мужчина и перекинул газету через стол своему приятелю. – Вот видишь,  говорил я тебе, этот русский боксер довольно перспективный, одерживает одну победу за другой. Надо будет на него поставить в следующем бое.

– Кто ж знал... А я ставил на Хирнса сотку баксов,  но тот проиграл, – второй мужчина смял газету и отбросил в сторону.  – Не повезло.

Они стали говорить о чем-то другом. Но для меня услышанной информации уже было достаточно,  чтобы окружающий мир перевернулся с ног на голову.

На несгибаемых ногах я приблизилась к столу и подняла упавшую газету,  пока ее не перехватил ловкий официант.

– Извините за мусор,  мадам, – пролепетал он, пробегая мимо.

Но я не обратила внимание. Перед глазами у меня потемнело, когда я разворачивала смятую бумагу.

НЕ МОЖЕТ БЫТЬ... НЕ МОЖЕТ БЫТЬ...

– Эй, что случилось? – с тревогой отозвалась Алина. – Ты чего,  Рената? Я тебя первый раз такой вижу! У тебя что, сердечный приступ?

Но я не слушала её. Моё сердце выбивало барабанную дробь, а зал качался перед глазами,  словно мы находились на корабле, а не на твёрдой земле. Впрочем, мои ощущения были очень близки к тем,  какие испытывали пассажиры Титаника перед затоплением в Атлантическом океане. Казалось, что я уже тону, погружаюсь в воду, и мне не хватает воздуха.

Мне пришлось опереться на столик, чтобы сохранить равновесие. Дрожащими пальцами я разложила смятую газету на столе и увидела на развороте большую фотографию своего Игоря.

Статья была про него. Точнее, про успешного российского боксера Игоря Курятникова, который начинал свои победы с любительского турнира "Золотая перчатка", и затем за весьма короткое время выиграл национальный чемпионат в тяжелой весовой категории, стал чемпионом Содружества Наций, выиграл европейский титул и стал олимпийским чемпионом в полутяжелом весе.

Я смотрела в газету,  не в силах поверить своим глазам. Потрясение моё было так велико,  что я не могла сдвинуться с места и не могла понять, что происходит,  где я и как меня зовут.

– Ал… л.., – мой язык никак не мог выговорить имя эльфийки, хотя я ещё не знала,  что именно собираюсь её спросить.

– Алэнитрисентия, – подсказала она мне. – А что случилось? А,  ты об этом. Ну и что?

– Эт-то прав-вда? – заикаясь,  выдавила я через спазмы в горле заплетающимся языком.

– Покажи… А,  ну да,  конечно правда. Тут же всё написано. Но тебе-то какая сейчас разница? Ты ведь теперь жена Арнольда Шварценеггера!

Я неприязненно вздрогнула,  услышав это имя,  и повернулась голову туда,  где он только что находился. Но ни Арнольда,  ни его новой подружки не было ни за соседним столом. Их вообще не было нигде в поле моего зрения. Единственное,  что напоминало о них – это два пустых бокала, оставшихся на столе. На горлышке того бокала, что слева, красовалось красное пятно губной помады.

Не знаю почему,  но увиденное зрелище немного отрезвило меня.

– Не говори мне о нём, пожалуйста, – попросила я. – Лучше объясни,  как это случилось? Как так вышло,  что Игорь вдруг добился таких высот? Ведь он давно забросил бокс,  и кроме телевизора,  его больше ничего не интересовало…

– Ну, значит,  появился новый стимул для мотивации, – устало ответила Алина. – Откуда мне-то знать?

Вот тут я разозлилась.

– Нет,  ты не прикидывайся,  ты же всё про всех знаешь! – я вытащила кулон из-за пазухи и сердито потрясла его в воздухе. – Ну-ка,  колись давай,  что тебе известно обо всём этом? Иначе я знаешь, что с тобой сделаю?? Знаешь что???

Я бегло осмотрелась по сторонам,  и мой взгляд упал на соседний стол.

– Я тебя в стакан с чаем брошу,  с горячим!  И буду держать там,  пока ты не ответишь на мои вопросы!

Или мне показалось, или на самом деле, но Алина испуганно и сердито запыхтела внутри кулона.

– Зачем же такие крайности, ведь мы все-таки подруги, – проворчала она. – Ладно, скажу. Но я предупреждаю сразу. Ответ тебе не понравится.

– Говори!

– Значит,  я предупреждала. Ответ у тебя прямо под носом. Посмотри внимательнее на эту газету. Точнее,  на его фото.

Я стала вертеть перед глазами газету и так и эдак. Возможно,  я выглядела очень странно со стороны,  потому что ко мне за столик больше никто не подсаживался – наоборот,  другие гости обходили меня стороной,  бросая подозрительные взгляды.

Но сейчас всё было неважно. Фотография Игоря сильно помялась,  но я смогла разобрать,  что он запечатлен там не один.

– Кто это с ним рядом? – подозрительно спросила я,  всматриваясь в размазанную печатную черно-белую картинку.

– А ты так и не поняла? Это его жена, конечно.

– К-к-какая еще жена?

– Обычная жена. Верная, заботливая, которая его понимает, поддерживает и помогает. И зовут её Оксана.

Должно быть,  в этот момент все в зале услышали странный стук – это отвалилась и упала на пол моя удивленная челюсть. Или этот стук раздался только в моей голове, неважно. Суть в том,  что я остолбенела – ну точь-в-точь как жена Лота,  которая оглянулась,  чтобы узреть разрушаемые небесным огнём нечестивые города Содом и Гоморру.

В таком виде,  остолбеневшую и с газетой руках, меня и запечатлел фотограф,  выскочивший буквально из ниоткуда. Рядом со мной оказался Арнольд, который быстро обхватил меня за талию своей огромной ручищей,  притянул к себе и воскликнул:

– Чиииз!!! – и ослепительно улыбнулся на камеру,  а фотограф сделал еще один кадр, и вспышка фотоаппарата ослепила меня. Впрочем,  я все равно ничего не заметила. Рука Арнольда разжалась,  и он снова исчез,  растворившись в толпе гостей, а я всё стояла и смотрела в другое пространство.