Золото для дракона. Я тобой дышу.

ГЛАВА 4

Идти Рии не куда была, и она поплелась обратно на кухню, ладно завтрашний день будет еще одним испытанием, а сегодня придется вернуться. Осторожно прошмыгнув к огню на кухне, и протянув к нему руки,  она передернула плечами и принюхалась, есть очень хотелось, живот сводило судорогами от голода. В кухне пахло хлебом, мясом, девушка осмотрелась, на столе под платком стояла корзинка, и там был ароматный хлеб, на другом столе под крышкой томилось мясо, и рядом лежали овощи. Рия улыбнулась, ну хотя бы голодная она сегодня спать не ляжет, и пусть день был тяжелым, хотя бы ночь будет сытой. Ночь Рия провела, скрутившись на ковре прямо перед очагом, она не боялась простыть, у очага было тепло, или проспать, уж тут ее точно разбудят.

Следующий день был хлопотным, ее заставляли чистить овощи, с самого утра и выносить мусор, никто не задумывался, завтракала она или нет, ее толкали и кричали, что она нерасторопна, нерадива, даже пытались огреть то тряпкой, то палкой от теста, но Рия не обижалась, и очень уверенно уворачивалась от всех предметов, летящих в нее, это было нормально в среде таких же рабов как и она, здесь каждый себе господин, живи или умри.

К обеду у нее болела спина, и гудели ноги, она упала на стульчик за очагом и прижалась спиной к теплой стене, закрыв глаза.

– Что устала? Я тебя здесь не видела раньше, или может невнимательно смотрела, – тихий шепот вывел девушку из раздумий. Рядом сидела тоненькая фигурка черноволосой девушки, на голове платок, на груди передник весь в муке, значит поваренок, решила Рия и улыбнулась.

– Я новенькая.

– А зовут тебя как?

– Цея, – ответила Рия, это имя она использовала в мире рабов, так было проще и легче, девушка закрыла глаза, их перерыв может кончиться в любую минуту, нужно дать отдых усталому телу. Она угадала, окрик главного повара вывел девушек из раздумий, и они выскочили как ошпаренные в зал.

– Эй, Цея, вынеси помои и чтоб туда и обратно, у нас обед для наставников, не за горами, – крик повара разбудил в девушке желание как можно быстрее отсюда сбежать.

Рия схватила ведро с остатками еды, сброшенными в ведро после обеда студентов, и выскочила на задний двор. Она тащила ведро и наблюдала за слугами, шныряющими вокруг, большинство женщин уже не молоды, в летах, или же совсем юные девочки, таскали воду, стирали одежду и колотили ковры, мужчины, а их было не много, кололи дрова и таскали бочки с вином и корзины с едой. 

«Пора уходить, сегодня ночью и уйду» – Рия уже выходила на задний двор за небольшую калитку, когда остановилась в ужасе. На небольшой дороге, ведущей к сточным ямам, стоял на коленях раб, черные волосы спутанным комков висели на затылке, рубашка порвана и открывает оголенную всю в порезах спину, а вокруг него стоят два молодых дракона и поигрывают, держа в руках довольно внушительные ремни, веревки – девушка даже описать их не могла, с нанизанными на них небольшими бусинами. Рия ахнула, когда веревка с нанизанными на ней бусинами прошлась по спине раба, но он даже не вскрикнул, хотя на оголенных участках появились красные метки.

«Знают же, как это больно и бьют с оттяжкой» – выдохнула девушка. А потом Рия услышала то, что ее очень заинтересовало, и она вся сжалась для того, чтобы лучше понять, о чем говорят эти господа.

– Отверженному место только в сточной канаве, вот там и живи, – один из молодых драконов, по виду из красных, даже одежда носила отпечаток принадлежности рода, еще раз ударил по спине раба, рассмеялся и показал на канаву, в которой плескалась зловонная жижа. Раб молчал, и оставался на месте.

– Он, наверное, глух как труп, может, ему поможем? – рука второго господина поднялась вверх, и послышался звук удара, раб вздрогнул, видно и у него есть порог боли, которую он мог вынести. Второй господин принадлежал к зеленым драконам, тонкая фигура, зеленый камзол, смеялся, видя, как появляются на спине раба красные точки, от его удара.

Рия начала вспоминать кто же такие отверженные, но в летописях о них ничего не было сказано, кто же он такой. А потом она увидела небольшую татуировку, сквозь порванную рубашку на спине: черный дракон распустил крылья, чтобы взлететь, татуировку дракона пересекал меч, который торчал в его груди, будто дракона закололи. Драконица Рии ахнула и заворочалась от боли или от тоски. И девушка решилась, она должна помочь, и она сделает это, девушка повернулась спиной к драконам и потащила по земле ведро, охая и ахая, всем своим видом  изображая как же ей тяжело. Потом встала, вытерла лоб и, вздохнув, двинулась дальше, делая медленно шаг за шагом. Ее остановил окрик: – Эй, девчонка, ты куда идешь, не видишь разве, здесь господа развлекаются?

Рия встала и осмотрелась, она стояла рядом со стоящим на коленях рабом, но перед господами.

– Простите, – ее голос тронул, кажется бы любого, так она тихо и со скрипом в голосе говорила, даже умудрилась пустить слезу – я так устала, что голова болит, потому я вас и не заметила, а ведро такое тяжелое.

Бранд до сих пор помнил, как ему ставили эту метку, метку отверженного, метку раба. Клан черных драконов, там нет места жалости, нет места любви, но все-таки дети, рожденные в подземельях, любили своих родителей, и друг друга, им отвечали тем же. Когда брат вызвал его на дуэль, он и не думал, что все закончится именно так, но он победил, а потом был пир в честь его победы, он хорошо помнил, как его отец провозглашал его самым сильным из своих сыновей, и потом сон, который превратился в ад. Вот он опять стоит на коленях связанный в пещере, а над ним колдует брат, нанося руны на спину, запечатывая его дракона навсегда, а потом был долгий путь по пустыне, и эта пытка становилась почти невыносимой.