Золото Эльдорадо для двоих

Глава 7. Ярмарка

— Вставай, защитник хренов! — сквозь мерзкую, вязкую, как болото, пелену послышался женский, явно очень недовольный голос, а в следующую секунду Джей Джея начали резво трясти, заставив поморщиться и застонать. Мэдди… Ах, точно, это она! Кто еще может так приласкать его? Правильно — никто.

Голова Снида трещала по швам и вот-вот грозила взорваться. Даже сквозь закрытые веки солнечный свет воспринимался невероятно болезненно. Он абсолютно не понимал, что происходит вокруг него. Джей ощутил боль в шее и внезапное головокружение. Еще через несколько секунд в голове зашумело, и он на секунду потерял контроль над телом. Но как только в просветах трезвого ума появились мысли, что во рту сейчас настоящая пустыня и больше всего на свете Сниду хочется пить, его желание мгновенно исполнилось — на него полилась холодная струйка воды.

— Просыпайся, пьянь подзаборная! Сладко спалось в оплаченном мною номере, на моей кровати?! — раздался свирепый возглас гарпии под именем Мэдди. На что Джей лишь промычал что-то нечленораздельное и открыл рот, ловя капли языком.

— Кто бы говорил, мисс «бухой стрелок по бутылкам» 1889, — съязвил он и блаженно улыбнулся.

— Ах так, да?! — спустя мгновение Хокинс безжалостно выплеснулась ледяную воду ему на лицо.

— Твою мать! Ты с ума сошла?! — этот радикальный метод подействовал, и Снид подскочил как ошпаренный, стирая ладонью воду с лица. Он вдруг зашипел от боли, когда дотронулся до разбитой губы, застонал от прикосновения к сбитой скуле и сморщился от ощущения запекшейся крови под носом.

— С тобой сложно не сойти с ума! — проворчала Мэдди и поставила стеклянный графин на тумбочку.

Ей было не менее плохо, чем Джею, если даже не хуже. Однако, проснулась Мэдди немного раньше него и пришла в полнейший шок, когда почувствовала, что он крепко обнимает ее во сне, уткнувшись носом в шею. Хокинс чуть не завизжала от неожиданности и, сбросив его руку с себя, принялась судорожно вспоминать, что было сегодняшней ночью…  Пока Хокинс опохмелялась, память медленно возвращалась к ней… В голову Мэдди стрелой вонзилось воспоминание, что она просто притащила Джея в комнату и упала спать.

Ничего не было!

Как камень с плеч упал…

Хокинс успела кое-как оклематься, незаметно проскользнуть мимо избитого и злого бармена на улицу, чтобы принести все сумки в номер, пока виновник вчерашней драки спокойно посапывал в ее кровати.

Снид тут же схватил графин и стал жадно пить оставшуюся воду. Мэдди села рядом с ним и тяжело вздохнула, оглядывая его избитое лицо.

— Что ты натворила этой ночью?! Какого черта, ты украла кошелек у Дикого Ястреба?! Ты в курсе, кто он такой?! — раздраженно спросил Джей и обернулся, испепеляя ее взглядом. Его сердце улетело в пятки от страха за нее в тот момент.

— Понятия не имею. Я была пьяна, между прочим из-за тебя и твоего дружка, а он не хотел отдавать МОИ деньги! Которые же сам и проиграл, — непринужденно пожала плечами Хокинс, вновь начиная злиться на этого идиота. Почему она так остро реагирует на каждую его фразу, вспыхивая как спичка?!

— Да он бандит пострашнее меня будет в этой округе! Он найдет тебя за два счёта и прострелит твою безрассудную башку! Понимаешь?! На нем висит несколько десятков убийств! О нем в соседних штатах с ужасом говорят! — гневно прорычал Снид и схватился за пульсирующую от боли голову.

— Позволь напомнить, что ты тоже полез с ним драться! Так что мы квиты, и теперь он убьет нас двоих, пупсик! Кто тебя вообще просил лезть к нему?! — простонала Мэдди, массируя виски. — А если бы тебе нос, ребра сломали или еще, что похуже? Чтобы я делала? Тут на много миль из «врачей» только старые бабки-повитухи! — она плюнула в пол от злости и достала из сумки бутылочку спирта и марлю.

— Ты слышала, что они про тебя говорили?! Как я должен был реагировать?! — где-то внутри засвербило от неприятных воспоминаний. Они — как ослепляющие пятна. Его мать вся в синяках, избитая новым клиентом…

— Пройти мимо, будто бы ничего не было! Да мне плевать, что про меня говорят! Я за тебя, глупого, испугалась, волновалась, сама притащила сюда! Сама оплатила этот гребаный номер, — Мэдди намочила тряпку едким спиртом и приложила ее к кровавой скуле, и Джей вскрикнул от боли. — А теперь обрабатываю твои раны.

— Не ты ли мне вчера говорила, что больше жизни меня ненавидишь?! — зашипел еще сильнее Снид и вцепился в покрывало рукой. — Но сейчас ты все равно хлопочешь возле меня, — он злорадно улыбнулся.

— Ты мог бы сказать «спасибо», а не язвить. Я не забирала свои слова обратно! — Хокинс, как назло, еще сильнее прижгла разбитую губу и подбородок. — Больно? — вдруг смягчилась она.

— Очень, — процедил Джей, краем разума надеясь, что Мэдди правда волнуется о нем. На самом деле, это было невероятно великодушно с ее стороны, потому что Снид неоспоримо больше виноват перед ней. И вина, и стыд пожирали его изнутри, заставляя его все сильнее огрызаться. А ей ведь в тысячу раз хуже.

— Так тебе и надо, дорогой, — Хокинс дьявольски ухмыльнулась, и между ними точно вспыхнули искры. Несмотря на это в горле встал ком обиды. — Ты что-нибудь слышал про банальную вежливость и жалость? Так вот, я вожусь с тобой только, потому что имею совесть, в отличие от тебя, — и каждое ее убийственное слово, как удар кинжалом в сердце, ранило очень тонко и больно. Джей ничего не ответил на этот выпад и замолк.

— Ты сказала, что я чертовски нравлюсь тебе… Вчера вечером… Мэдди, это так? — неожиданно спросил он, и девушка в шоке замерла, смотря в его синие, как бушующее море, глаза. Хокинс чуть не выронила из рук марлю. Она правда могла такое сказать?..

— Даже если у меня были к тебе чувства, то… Все в прошлом. Все это было ошибкой! Твое появление в моей жизни было ошибкой! — Мэдди гордо вздернула голова и бесстрастно оглядела Снида, в противовес последний раз протерев царапину. — Все, я обработала тебе все раны, приводи себя в порядок… И уходи!

Сердце Джея пропустило удар, и он не сразу воспринял слова Хокинс всерьез. Они — как хлесткая пощечина — бьют резко и очень больно.