Золото не греет

Глава 1

Она спустилась на кухню уже одетая. Белая скатерть, хрустальные салфетницы, серебряные ложки. Всё строго на своих местах. Стала накрывать стол на четверых. Она делала это каждое утро уже восемнадцать лет.

Александр зашёл через несколько минут. Уже одетый, пахнущий свежим одеколоном.

— Доброе утро, дорогая, — сказал он. — У меня для тебя подарок.

Муж взял её руку, надел на запястье браслет. Холодный, тяжёлый. Золото и бриллианты.

Эвелина посмотрела на браслет, потом на него.

— Спасибо, — произнесла она ровно. — Очень красиво.

Он поцеловал её в щёку, сел за стол, взял чашку эспрессо, которую она поставила перед ним, и уткнулся в телефон.

Через несколько минут на лестнице загрохотало. Вики спустилась первой — уже в идеальном макияже, с телефоном в руке.

— Мам, отвези меня в школу, — сказала она. — Папа сказал, что водитель сегодня занят.

Эвелина кивнула и взяла ключи от машины.

Лукас спустился в наушниках. Увидев мать, снял один.

— Привет, мам.

— Привет, — она улыбнулась. — Ты готов?

— Ага, — он кивнул. — Жду вас.

Александр допил кофе, поднялся.

— Сегодня у меня сложный день, — сказал он, не глядя на Эвелину. — Не жди к ужину.

И вышел, не обернувшись.

Эвелина осталась на кухне одна. Посмотрела на браслет. Золото и бриллианты. Плата.

«Почему ты не уйдёшь?» — спросила она себя.

И сама же ответила: ради детей, чтобы они росли в полной семье. Ради того, чтобы не слышать за спиной шёпот: «Разведёнка». Чтобы не начинать всё с нуля — без денег, без работы, без жилья.

И главное, чтобы не признавать: восемнадцать лет прошли зря.

Она выдохнула и вышла из кухни.

Женщина с детьми вышли из дома вместе. Вики села на переднее сиденье, Лукас — сзади.

— Как учёба? — спросила Эвелина, взглянув сначала на дочь.

— Нормально, — ответила Вики, не отрываясь от телефона.

— А у тебя, Лукас?

— Ой, мам, — он оживился, снял наушники. — Нам по математике задали столько, что я до вечера буду сидеть. И по физике контрольная на следующей неделе. И ещё этот дурацкий проект по истории…

— Ты справишься, — сказала она.

— Да я-то справлюсь, — он вздохнул. — Но учительница по истории… она меня не любит.

— Может, потому что ты спишь на её уроках? — Вики оторвалась от телефона и улыбнулась.

— Я не сплю!

— Ну-ну, — она засмеялась — мне-то не гони.

Эвелина улыбнулась.

— Покажи мне эссе вечером, — сказала она Лукасу. — Посмотрим, что можно исправить.

— Правда? — он обрадовался. — Спасибо, мам.

Вики хмыкнула, но уже не зло — скорее по привычке.

У школы Виктория выскочила первой, бросив на ходу:

— Пока, мам.

Эвелина посмотрела в окно. У входа стоял парень — высокий, светловолосый. Дочь подбежала к нему, и он обнял её. Она улыбнулась, что-то сказала, парень засмеялся. Они стояли близко, говорили о чём-то своём — не слыша никого вокруг.

«Ян», — подумала Эвелина. Она видела его пару раз. Кажется, учился в университете, на год старше.

Сын вышел следом, но перед этим обернулся.

— Пока, мам.

— Пока, — она улыбнулась. — Удачи с историей.

Он помахал рукой и побежал к входу.

Вернувшись домой, она убрала со стола, вымыла посуду, пропылесосила гостиную, сложила бельё.

Ровно в час женщина была в ресторане. Жена Ланца уже сидела за столиком у окна.

— Эвелина! — женщина привстала, коснулась щекой её щеки не прикасаясь. — Как я рада, что мы наконец встретились. Александр столько о вас рассказывал!

«Вряд ли», — подумала Эвелина. Вслух сказала:

— Мне тоже очень приятно.

Они заказали салат и рыбу. Жена Ланца говорила о ремонте, о школе для сына, о том, как сложно найти хорошего поставщика икры. Эвелина кивала, улыбалась, задавала нейтральные вопросы.

— А вы, Эвелина, чем занимаетесь?

— Домом, детьми.

— О, это самая важная работа, — женщина понимающе кивнула. — Я тоже всё бросила, когда вышла замуж. Карьера — это для тех, у кого нет выбора.

Эвелина улыбнулась. Сделала глоток воды. Пузырьки поднимались к поверхности и лопались. Один, два, три.

Она ехала домой и смотрела на проплывающие за окном улицы. Жена Ланца была мила, но разговор с ней — как хождение по тонкому льду. Ни слова правды. Ни слова о себе. Только о ремонте, школе, икре.

Раньше, в университете, были подруги. С ними можно было смеяться до колик, плакать в голос, говорить о чём угодно. Александр сказал: «Они тебе не нужны. У тебя есть я». Она послушалась. А теперь нет ни подруг, ни его. Только пустота.

Она заехала в супермаркет — купить продукты на ужин. Лосось, овощи, рис, сливки.

Дома переоделась в спортивную форму. Два раза в неделю — фитнес. Тренер хвалил её за упорство. Она не говорила ему, что приходит сюда не за красивым телом, а за тем, чтобы на два часа забыть, кто она.

В семь часов вернулась. Поставила лосось в духовку. Нарезала овощи. Накрыла на стол — снова на четверых.

— Вики, ужин!

— Я не голодна!

— Лукас!

Тишина.

Эвелина вздохнула, наложила ему на тарелку лосось с овощами и поднялась наверх. Постучала.

— Войдите, — сказал он.

Она открыла дверь. Сын сидел за компьютером, в наушниках. Увидев мать с тарелкой, снял их.

— Я не голоден, — сказал он.

— Ты всегда не голоден, — Эвелина поставила тарелку на стол. — Но поесть надо.

Он посмотрел на еду, потом на неё.

— Ладно, — он взял вилку. — Спасибо, мам.

Она улыбнулась и вышла, прикрыв дверь.

Женщина спустилась на кухню. Села за стол одна. Лосось остывал. Овощи стали мягкими. Она положила себе немного, прожевала, не чувствуя вкуса.

Александр не пришёл. Она не ждала.

Эвелина вымыла посуду, сложила остатки еды в контейнеры. Поднялась в спальню. Приняла душ. Легла в кровать.

Свет выключила. В темноте город за окном казался ближе. Она лежала на боку, лицом к окну, и смотрела, как машины скользят по набережной, как вдалеке мигает шпиль собора, как небо над горами становится фиолетовым, а потом чёрным.