Золотой Грифон

Не выходи за черту

Смеркалось.Солнце медленно клонилось к горизонту, заливая деревню тусклым, золотисто-алым светом. Воздух наполнялся вечерним покоем. Люди собирали инструменты, закрывали ставни, торопились укрыться в своих избах. Из кузницы доносился звон металла. Последний удар молота перед ужином.

— Суп поставь, я сейчас зайду! — крикнул кузнец через плечо жене, вытирая сажу с лица.

И в этой тихой, почти сонной гармонии вдруг раздался топот маленьких ног. По тропинке бежал мальчишка вихрастый, разгорячённый, смеющийся. Он крепко держал в руках бечёвку, к которой был привязан пёстрый летучий змей, парящий в вечернем небе.

Миша несся, не глядя под ноги, и внезапно врезался в старосту деревни сухонького старика с поседевшей бородой. Староста рухнул в пыль, ворча и охая.

— Миша! — выдохнул он, поднимаясь. — Я же говорил тебе не бегать по деревне, шельмец!

Мальчик обернулся, нагло улыбнулся и, показав неприличный жест, крикнул:

— Съешь-ка это, старик! — и снова сорвался с места, громко хохоча.

Староста остался стоять, качая головой. А Миша всё бежал к самой окраине деревни, туда, где кончались избы и начинались древние леса. Там, у самой границы, лежала тонкая линия соли, посыпанная кругом вокруг поселения, а на деревьях тихо покачивались амулеты. Это были обереги от чудовищ, что водились по ту сторону.

Ветер усилился, и змей, потеряв высоту, упал прямо у самой солевой черты. Мальчик остановился. Солнце уже почти скрылось за лесом, и тени стали гуще. Он сделал несколько шагов вперёд, глядя на змея, лежащего почти у запретной линии. Осторожно протянул руку, чтобы его достать.

И вдруг другая рука, сухая, морщинистая, неожиданно вынырнула из тьмы и опередила его. Пальцы, похожие на корни, схватили змея. Миша отшатнулся.

Из-за деревьев показалось лицо старческое, морщинистое, но с доброй улыбкой.

— Хочешь вернуть своего змея, милок? — мягко спросила женщина, выходя из лесной тени.

— Да, — пробормотал Миша, не сводя глаз с её рук.

— Хороший змей. Ты сам его сделал?

— Сам.

— Умелый мальчик… А мне такого сделаешь?

Миша замялся.

— Мама запретила говорить с незнакомыми.

— Ах вот как… — старуха чуть склонила голову. — Меня зовут Алёна. А тебя как?

— Михаил.

— Видишь? Теперь мы ведь не незнакомцы. — улыбнулась она. — Значит, теперь можно. Сделаешь и мне змея?

— Ну… ладно, — неуверенно ответил он.

Старуха протянула ему змея. Миша осторожно шагнул к ней, стараясь не переступить солевую черту.

— Возьми, — прошептала она, а потом, будто между делом, раскрыла вторую ладонь. На ней лежали яркие карамельки. — Хочешь конфетку?

Миша посмотрел назад. Деревня уже тонула в сумерках, окна темнели, никого не было видно. Он медленно кивнул и протянул руку.

Как только его пальцы пересекли границу, старуха молниеносно схватила его за запястье. Её улыбка исказилась. Одним рывком она втянула мальчика через солевую линию. Миша закричал, но было поздно. Из её рта блеснули жёлтые зубы, и она вгрызлась ему в руку, с диким хрустом вырывая плоть.

Мальчик, захлёбываясь криком, пытался доползти обратно к белой линии соли, но цепкая рука старухи ухватила его за волосы. В последнем отблеске закатного света его тело исчезло в лесной тьме.