Золотые близнецы

Свадьба по обычаям Аарина

Все казалось непривычным Эсси в этой чужой стране. В другой ситуации, он без сомнения поспешил бы удовлетворить свое любопытство, разглядывая незнакомые наряды и прически. 
Если бы не письмо, изменившее все его планы... Если бы не болезнь отца и похищение сестры... К счастью, Альриин, словно устыдившись ночной беседы, прекратил на время любовные атаки, и это дало Эсси хотя бы немного времени для того, чтобы все обдумать. Остаток пути прошел сравнительно спокойно, то есть, больше никого не похищали пираты, и «жених» не приходил в спальню. Они завтракали, обедали и ужинали вместе, и на палубе проводили целые дни, глядя в бескрайнее небо и беседуя обо всем на свете. Эсси эти беседы доставляли огромное удовольствие, тем более что они отвлекали его от дурных мыслей о сестре и об отце, да и о собственной участи тоже. Приятно было общаться с таким человеком, как Альриин: умным, эрудированным, деликатным и благородным. Он ни разу не напомнил Эсси о сестре и о том неприятном разговоре, что у них вышел, и принц был благодарен ему за это. Но, тем не менее, ЭссерджиХана часто устремлял за горизонт внимательный взгляд, бессознательно ища там черную точку – пиратский корабль, увезший его сестру. Он не переставал надеяться на то, что храбрейшая ШахиштрёХана уже захватила пиратский корабль, и на всех парусах несется вдогонку свадебной эскадре. Но этого не произошло. На границе их, как и было обещано, встретил весь фрэнхайнский флот, готовый броситься в погоню за «Черным Драконом», но тот исчез в неизвестном направлении, и его помощь, увы, не потребовалась.
Увидев родные флаги, ЭссерджиХана опять засомневался. Это было последней возможностью вернуться домой, даже если и против воли ааринцев. Если он раскроет правду позже, то превратится в заложника без всякой возможности когда-либо вернуться домой.
Но дома был больной отец, который ожидал от него, наследника, других действий. Все хотели, чтобы он пожертвовал собой ради благополучия своего народа, и ЭссерджиХана не видел другого выхода. С тоской на сердце он проводил красно-золотые флаги, возвращавшихся назад кораблей, а следующим светлым днем после того, как они скрылись за горизонтом, впервые увидел впереди высокие башни Ия-гамы.
Эсси вернулся в свою каюту, чтобы подготовиться к высадке. Он снова надел свадебное платье из золотой ткани, гораздо быстрее разобравшись со всеми юбками и рукавами. Оставалось совсем немного времени до того, как ему придется принять окончательное решение, и безрадостные мысли, мучавшие его последние дни, не исчезли и тогда, когда он спустился на Ию.
Безропотно позволив "жениху" вести себя под руку, он все еще пытался найти выход их сложившейся ситуации.
Шахи конечно же жива. В этой схватке у пирата нет шансов, и очень скоро она наверняка будет здесь. Еще и поблагодарит за то, что избавил ее от всех этих церемоний. Альриин – другое дело. Похоже, его намерения более чем серьезны, но сестра вряд ли их по достоинству оценит. А значит, нужно будет все рассказать еще до того. Например, сразу после свадьбы. Кстати, как она проходит здесь?
Как раз в тот момент, когда Эсси вдруг заинтересовался происходящим и решил уточнить что все-таки следует делать, Альриин легонько ущипнул его за руку, привлекая внимание. Оказалось, что они вышли на огромную площадь, полную людей, и судя по всему предназначенную для церемонии. 
Навстречу им уже спешил кто-то, явно играющий в происходящем не последнюю роль. Это был очень высокий мужчина, на полголовы выше Альриина, но, видимо, из-за своего роста привыкший часто сгибаться. Казалось непросто с таким ростом уместиться даже в ааринских домах, с их высокими потолками и дверными проемами. Именно такое впечатление складывалось при взгляде на его сутулую спину и выдвинутые вперед костлявые плечи. Голова была покрыта реденькими волосиками пепельного цвета, сквозь которые была видна бледная кожа. Из-под кустистых бровей зорко за всем следили маленькие выцветшие глаза. Над тонкими губами нависал большой крючковатый нос, а снизу их обрамляла аккуратно подстриженная бородка клинышком. 
Человек был одет в длинную серую мантию и черный плащ, спускавшийся от воротника. В специальные отверстия плаща были продеты тощие крючковатые руки, обтянутые узкими серыми рукавами. Не смотря на простой покрой его одежды, и сутулую осанку, мужчина всем своим видом внушал почтение и выглядел человеком волевым и властным, умеющим приказывать и держать все под контролем.
– Это твой отец? – спросил Эсси, указывая на него взглядом.
– Нет, прости, у нас не было времени рассказать тебе о церемонии. Это зиарий – высший жрец. Он должен первым поприветствовать тебя.
– Почему?
ЭссерджиХана редко в своей жизни встречался со жрецами. Однако о роли, которую играет этот класс в политической жизни Аарина, он конечно знал.
– Считается, что посланник Ауэйсы скорее поможет тебе освоится здесь. О, смотри, а вон там моя мать!
Там, куда указывал Альриин, Эсси заметил лишь молодую красавицу в темно-зеленом одеянии. Количество драгоценностей на ней было так велико, что она сияла, как маленькое солнце. Словно в ответ на его взгляд, девушка помахала ему тонкой светящейся рукой.
– Смотри, она помахала нам. Я думаю, ты ей понравилась... – наклонившись ближе, прошептал Альриин.
– Это твоя мать?
– Светлая царица Магелика.
– Она выглядит такой молодой...
– Правда, она прекрасна? Пока я не увидел тебя, я не думал, что кто-то может сравниться с ней.
К спасению ЭссерджиХаны, который просто не знал, как на это ответить, зиарий, шествующий навстречу, остановился, и провозгласил громовым голосом:
– Осиян встреси насей тясь! Воистину осиян!
Говорил он на фрэнхайнском, со страшным акцентом и ЭссерджиХана хихикнул, не забыв благовоспитанно прикрыть рот кулачком.
– Позволь мне представить своему народу мою избранницу, прекрасную госпожу ШахиштрёХану.
Эсси украдкой глянул в сторону Магелики. Царица стояла, положив увешанные драгоценным металлом руки на специальную подставку. Ее лицо, сияющее молодостью, он хотел бы рассмотреть поближе. Что из себя представляет царица, и стоит ли ее боятся?
– Прежде чем она сойдет на землю, отданную Ауэйсой нашим детям, она должна стать твоей женой. Готова ли наследница Фаренгая пройти последнее испытание?
ЭссерджиХана едва не пропустил вопрос мимо ушей. Его взгляд был до сих пор прикован к царице и он мог бы поклясться, что успел заметить, как по ее лицу пробежала тень недовольства. Магелика нахмурилась, и принц почувствовал предупреждающий укол – это отозвался оставленный ярна талисман. Впрочем, среди толпы, собравшейся на площади, царица могла быть не единственным человеком, недовольным свадьбой.
– Я готова.
Если он может освободить Шахи от какого-нибудь неприятного обряда, почему бы ни сделать это? Альриин напоследок сжал его руку, и две жрицы развели их в разные стороны.
– Я призываю в свидетели Ауэйсу, дающего и отнимающего жизнь! Пусть одарит он своей милостью этот союз.
Жесты зиария были настолько театральными, что, казалось, он всего лишь играет свою роль. Медленно и торжественно он возложил руки на резной ларец, поднесенный младшими жрецами, откинул крышку и извлек наружу небольшой продолговатый предмет. Толпа заволновалась.
– Это знак особой милости Ауэйсы, – зашептал кто-то совсем рядом. ЭссерджиХана даже не заметил, разглядывая царицу, что к ним с принцем, присоединились две женщины, в просторных серых мантиях.
Повинуясь едва заметным жестам зиария, они отвели новобрачных друг от друга, так, чтобы те стояли по обеим сторонам от дорожки, на одинаковом расстоянии от алтаря.
Лишившись поддержки Альриина, Эсси почувствовал себя совсем беспомощным. Он не понимал, что происходит, потому что все события, происшедшие на корабле немного отвлекли его от чтения протокола встречи. И он боялся навредить будущему Шахи. Наверное, все эти чувства отразились на его лице, потому что жрица внезапно улыбнулась подбадривающе и слегка сжала пальцы. 
Эсси глянул на нее с благодарностью.
– Что мне нужно делать? – решился спросить он, надеясь, что от волнения не забыл ааринский.
Они сделали несколько шагов вперед, прежде чем принц услышал ответ:
– Это эйен. Просто засуньте руку внутрь и держитесь за своего будущего супруга. Так долго, как только сможете.
– Звучит просто, да?
– Удачи.
– Спасибо, но...
– Меня зовут Моль. Запомните моё имя.
С этими словами жрица отпустила его. ЭссерджиХана пообещал себе запомнить не только это имя, но и лицо, хотя в нем, как и в бледном пучке волос, украшающем голову девушки, не было ничего примечательного. "Моль", повторил он про себя, и, глубоко вздохнув, поднялся по ступенькам.
Зиарий еще раз воздел руки к небесам и громко закричал. В его крике не было слов, но каким-то образом Эсси принял его за сигнал к началу действия. 
Протянув руку вперед он засунул ее в странную штуковину, которая оказалась полой внутри. И едва не закричал от неожиданности. Там внутри было холодно. Очень холодно.
Настолько, что ощущение температуры за несколько секунд превратилось в самую настоящую боль. Когда их с Альриином руки сомкнулись, боль на секунду отступила, чтобы вернуться опять, с еще большей силой.
Он не видел и не слышал толпы, начавшей кричать имя ШахиштрёХаны. И не заметил лица Магелики, по которому проскользнула мимолетная тень, прежде чем смениться довольной улыбкой. 
Моль сжала кулаки, всей душой переживая за любимого принца и незнакомую, но прекрасную принцессу.
Император Асумаах вспомнил свою свадьбу, еще ту, скрытую туманом времени. Когда он точно также стоял на этой площади, но держал в руках не точеную ручку Магелики, покрытую золотом, а крепкую, без единого украшения, руку первой жены. 
Сдвинув брови, задумчиво он переводил взгляд со своего второго сына, на наследника, который сидел рядом.
Всегда улыбался Лель, наследник трона, а теперь сидел тихо, не отводя глаз от рук своего отца.
И только Рявля, шут, был доволен. Он-то, пока, всё здесь понимал.