Золотые будни Колымы

Полевой сезон. Глава 2.

На­стал дол­го­ждан­ный день, ко­гда наш от­ряд ос­та­вил ба­зу, пе­ре­ко­че­вал на но­вое ме­сто, в до­ли­ну ру­чья Ра­до­ст­но­го, где нам пред­стоя­ло про­вес­ти весь по­ле­вой се­зон.

Бы­ло нас чет­ве­ро ра­бо­чих и трое гео­фи­зи­ков. Рас­по­ло­жи­лись мы в двух па­лат­ках. Со мной жи­ли двое мо­ло­дых пар­ней, школь­ни­ки из по­сёл­ка Ягод­ное, и по­вар Ле­о­нид. Во вто­рой па­лат­ке жи­ли Го­ло­ва­нов, Кле­пи­ков и Кла­ва Се­ме­но­ва. На­ши па­лат­ки стоя­ли не­да­ле­ко от ру­чья.

На­чал­ся июнь. Мы на­хо­ди­лись в ши­ро­кой до­ли­не. Во­круг нас бы­ли соп­ки.

Ли­ст­вен­ни­цы ра­до­ва­ли глаз сво­ей неж­но-зе­лё­ной хво­ей. С ве­ток пры­га­ли бел­ки. Воз­ле ру­чья разросся таль­ни­к, где пря­та­лись стаи ку­ро­па­ток. Дур­ма­ни­ли го­ло­ву за­па­хи ба­гуль­ни­ка. Цве­ла шик­ша, брус­ни­ка, го­лу­би­ка. На скло­нах со­пок очень мно­го бы­ло цве­тов про­стре­ла. В за­рос­лях кед­ро­во­го стла­ни­ка кри­ча­ли кед­ров­ки. Пек­ло солн­це. Поя­ви­лись ко­ма­ры. Они не да­ва­ли нам по­коя.

В па­лат­ке в трех­лит­ро­вой бан­ке бы­ла на­ли­та мас­ля­ни­стая бе­лая жид­кость от ко­ма­ров. Ей рас­ти­ра­ли ли­цо, шею, а так­же ру­ки. Мазь от­пу­ги­ва­ла ко­ма­ров, но они кру­жи­лись ря­дом. Мазь по­мо­га­ла до пер­во­го по­та. Стои­ло толь­ко вспо­теть, как си­ла её про­па­да­ла. Ко­ма­ры впи­ва­лись в ли­цо, за­ле­та­ли при ды­ха­нии пря­мо в рот. Гла­за щи­па­ло от ма­зи. Свер­ху ли­ца мы на­бра­сы­ва­ли мел­кую чёр­ную сет­ку на­ко­мар­ни­ка, но это по­мо­га­ло ма­ло.

Так как наш от­ряд был не­боль­шим, пер­вое вре­мя ра­бо­та­ли все вме­сте. Кле­пи­ков стал доб­ро­душ­ным ма­лым, ис­чез­ли с ли­ца чван­ст­во и важ­ность, с шут­ка­ми и при­ба­ут­ка­ми он пе­ре­но­сил ни­ве­лир. Мы же ус­та­нав­ли­ва­ли в ство­ре про­филь­ной ли­нии веш­ки с ку­соч­ка­ми бе­лой ма­те­рии, ко­то­рую при­вя­зы­ва­ли свер­ху.

Кле­пи­ков смот­рел в ни­ве­лир и ру­кой по­ка­зы­вал нам, где нуж­но ус­та­нав­ли­вать веш­ки.

Веш­ки за­го­тав­ли­ва­ли из мо­ло­дых ли­ст­вен­ниц, без­жа­ло­ст­но сру­бая их под ко­рень и об­стру­ги­вая то­по­ром зе­лё­ные вет­ки. При­хо­ди­лось так­же сру­бать всё, что рос­ло в ство­ре. Та­ких про­филь­ных ли­ний нуж­но бы­ло прой­ти три вдоль до­ли­ны дли­ной по два ки­ло­мет­ра и три по­пе­рёк до­ли­ны дли­ной по од­но­му ки­ло­мет­ру.

На обед все­гда при­хо­ди­ли в ла­герь. По­вар го­то­вил нам обед в ос­нов­ном из кон­сер­вов. Ели ба­ноч­ные щи и бор­щи. За хле­бом хо­ди­ли по оче­ре­ди в по­сё­лок, ко­то­рый на­хо­дил­ся при­мер­но в пяти-шести ки­ло­мет­рах в сле­дую­щей до­ли­не за соп­ка­ми.

Ле­са в до­ли­не бы­ло ма­ло. Вид­не­лись от­ва­лы от ста­рых гор­ных вы­ра­бо­ток. Они за­рос­ли тра­вой и буй­но цве­ту­щим осо­том. Из пес­ка и галь­ки мес­та­ми тор­ча­ли кус­ки по­гну­тых рель­сов, лис­ты же­ле­за.

Я, про­хо­дя ми­мо, смот­рел на ис­ко­рё­жен­ную ме­ст­ность до­ли­ны, и, ду­мал, как дол­го ещё бу­дет ле­чить вре­мя на­не­сён­ные зем­ле ра­ны. Ви­ди­мые сле­ды гор­ных ра­бот на по­верх­но­сти это лишь ма­лень­кая час­ти­ца, сколь­ко же спря­та­но в зем­ле в вы­ра­бот­ках же­ле­за: рель­сов, ва­го­не­ток, ло­мов, кайл, ло­пат, ко­то­рых ни­кто не вы­тас­ки­вал.

Я ос­та­нав­ли­вал свой взгляд на по­лу­за­сы­пан­ных сво­дах шахт, что на­веч­но спря­та­ли тай­ну про­ход­ки, дав­но об­ва­лив и за­сы­пав штре­ки, рас­сеч­ки, осев­шей с го­да­ми зем­лей.

Ста­вить веш­ки на жид­кой гли­не эфель­ных от­ва­лов бы­ло опас­но. Мож­но бы­ло про­ва­лить­ся в тря­си­ну. Та­кие мес­та мы об­хо­ди­ли сто­ро­ной, ста­вя веш­ки с краю.

За­кан­чи­вая про­ход­ку цен­траль­ной про­доль­ной ли­нии, мы по­до­шли вплот­ную к дей­ст­вен­но­му ле­су. Ме­ст­ность ста­ла вы­ше. На тер­ра­се рос ве­ко­вой лес. Ли­ст­вен­ни­цы бы­ли тол­стые, од­но­му не об­хва­тить ствол. Не­сколь­ко та­ких ги­ган­тов вста­ли на на­шем пу­ти. То­по­ри­ки у нас бы­ли ма­лень­кие охот­ни­чьи. Ру­бить та­кие ство­лы ими бы­ло не­воз­мож­но. Да как-то не под­ни­ма­лась ру­ка на та­ких кра­сав­цев – бо­га­ты­рей, что, рас­ста­вив свои длин­ные вет­ки, как мох­на­тые ла­пы, уст­ре­ми­лись вверх. Нуж­но бы­ло за­ки­нуть на­зад го­ло­ву, что­бы рас­смот­реть край не­ба сквозь ажур­ную сеть вет­вей.

Мы бро­си­ли свои то­по­ри­ки и ре­ши­ли про­гу­лять­ся по ле­су. Я по­шёл с Вик­то­ром, Са­шей. Кле­пи­ков, Кла­ва ос­та­лись под­жи­дать Го­ло­ва­но­ва. Он не­мно­го от­стал от нас.

Све­ти­ло солн­це, про­ни­кая свои­ми лу­ча­ми вглубь ле­са. Тре­вож­но сви­ст­нул и прыг­нул на ствол ли­ст­вен­ни­цы бу­рун­дук. Пря­чась за вет­ку, он смот­рел на нас свои­ми ма­лень­ки­ми глаз­ка­ми. Хвост у не­го был пу­ши­стый.

Мы вы­шли на по­ля­ну. Кру­гом тор­ча­ли пни, по­чер­нев­шие от вре­ме­ни. Сза­ди раз­да­лись кри­ки, нас зва­ли, при­шлось ид­ти об­рат­но.

– Что раз­бе­жа­лись по ле­су, слов­но по гри­бы при­шли? – ска­зал не­до­воль­но Кле­пи­ков, уби­вая с ожес­то­че­ни­ем вдо­ба­вок ко­ма­ра на сво­ем лбу.

Мы по­до­шли по­бли­же к си­дя­щим гео­фи­зи­кам.

– Сбе­гай­те кто-ни­будь за пи­лой, – по­про­сил веж­ли­вей и ин­тел­ли­гент­ней Ни­ко­лай Ива­но­вич, об­ра­ща­ясь к нам.

– Что бу­дем пи­лить, – вы­ска­зал­ся я не­ре­ши­тель­но, – а нель­зя как-ни­будь обой­ти?

– Ты, что пред­ла­га­ешь ни­ве­ли­ром сквозь де­ре­во смот­реть? – Кле­пи­ков за­сме­ял­ся, чер­ты его ли­ца от­ра­зи­ли вы­ра­зи­тель­ную ми­ми­ку из ко­ми­че­ских мор­щин, – от­мо­чил сту­дент. Как ска­жет, хоть па­дай!

– Да это не кус­тар­ник ру­бить, – вста­вил вес­кое сло­во Го­ло­ва­нов, – по­по­теть при­дет­ся.

Вик­тор и Са­ша стоя­ли ря­дом со мной. Иро­ни­че­ская улыб­ка бро­ди­ла по их ли­цам.

– Мож­но мы вдво­ем схо­дим? – по­про­сил Вик­тор.

– Лад­но, иди­те. Толь­ко бы­ст­ро. Од­на но­га здесь, дру­гая там.

Ре­бя­та за­ве­ри­ли, что вер­нут­ся бы­ст­ро и ис­чез­ли в ча­ще ле­са.

– По­на­бра­ли ме­люз­гу в от­ряд, ра­бо­тать не­ко­му, – Кле­пи­ков сло­мал в ру­ках сухую вет­ку.