Золотые будни Колымы

Полевой сезон. Глава 6.

Гла­ва 6

Но­чью вы­пал снег. Я вы­шел из па­лат­ки и не уз­нал до­ли­ну. Бе­лые соп­ки на фо­не го­лу­бо­го не­ба. Све­ти­ло ма­то­вое солн­це, но его лу­чи не со­гре­ва­ли зем­лю. Всё во­круг, ка­за­лось, умер­ло. Под но­га­ми бе­лый са­ван хо­лод­но­го сне­га. Воз­дух был на­сто­ян ис­па­ре­ния­ми та­лой снеж­ни­цы.

По­ка Ле­о­нид го­то­вил зав­трак, я ре­шил про­гу­лять­ся по ли­ст­вен­нич­ку.

За­сне­жен­ный лес был тём­ный и уг­рю­мый. В изум­руд­ных вет­вях ли­ст­вен­ниц со зло­бой шеп­тал ве­тер. Хруп­кие си­ре­не­вые огонь­ки ле­пе­ст­ков иван-чая бы­ли за­сы­па­ны сне­гом.

Гру­ст­но смот­реть на рос­пись из­мо­ро­зи на мху. Ран­няя зи­ма не ра­ду­ет. Ле­дя­ное не­бо и лет­ний снег. Ка­кой жес­то­кий кли­мат се­ве­ра! Снег че­рез день рас­та­ет. Ещё бу­дет те­п­ло. Но пер­вый зво­но­чек про­зве­нел.

Я вер­нул­ся в ла­герь.

Кла­ва на­бро­си­ла на пле­чи те­ло­грей­ку, се­ла на ска­мей­ку с не­при­чё­сан­ны­ми во­ло­са­ми, по­ник­шая.

– Как те­перь умы­вать­ся в та­кой хо­лод? – в её гла­зах от­ра­зил­ся ужас. Она зяб­ко пе­ре­дер­ну­ла пле­ча­ми.

Я слег­ка улыб­нул­ся. Как об­во­ро­жи­тель­ны по­ступ­ки жен­щин. Да­же их ми­нут­ная сла­бость при­ят­на.

Из па­лат­ки вы­гля­нул по по­яс раз­де­тый Кле­пи­ков. Он про­ди­рал гла­за спро­со­нья. По­тя­нул­ся. Его не­ле­пая фи­гу­ра на­по­ми­на­ла мед­ве­дя, вы­лез­ше­го из бер­ло­ги, прав­да не та­ких вну­ши­тель­ных раз­ме­ров. Всё же че­ло­век!

Сла­ва на­гнул­ся, на­брал в ла­до­ни сне­га и на­чал рас­ти­рать им свою во­ло­са­тую грудь, до­воль­но по­кря­ки­вая. По­том по­бе­жал к ру­чью. Стал об­ли­вать­ся ле­дя­ной во­дой, вскри­ки­вая от об­жи­гаю­щей те­ло во­ды.

Про­нёс­ся ми­мо нас крас­ный, как ин­де­ец, и скрыл­ся в па­лат­ке. Я и Кла­ва с удив­ле­ни­ем и ин­те­ре­сом на­блю­да­ли за его про­це­ду­ра­ми, пе­ре­гля­ну­лись. В гла­зах у Кла­вы за­го­ре­лись озор­ные огонь­ки.

Зав­тра­ка­ли как обыч­но за сто­лом, об­жи­га­ясь, го­ря­чим бор­щом, а паль­цы рук мерз­ли.

– Как мож­но есть та­кой го­ря­чий! – за­ка­приз­ни­ча­ла Кла­ва и по­ло­жи­ла лож­ку воз­ле сво­ей ме­тал­ли­че­ской мис­ки. Она по­ста­ви­ла лок­ти на стол, сжа­ла ла­до­ня­ми го­ло­ву, те­ре­бя во­ло­сы на вис­ках, и ста­ла смот­реть, как ест Кле­пи­ков.

– А ты де­лай как я, – Кле­пи­ков с не­воз­му­ти­мым ви­дом лож­кой со­скрёб со сто­ла снег и бро­сил его в мис­ку. По­ме­шал лож­кой. По­про­бо­вал:

– В са­мый раз, – про­дол­жал есть, не ог­ля­ды­ва­ясь на нас. У не­го, на­вер­ное, за уша­ми тре­ща­ло от удо­воль­ст­вия.

***

Я ра­зо­рвал кон­верт. Раз­вер­нул лист и про­чи­тал от­вет, на­пе­ча­тан­ный на ма­шин­ке.

Гео­ло­го­раз­ве­доч­ный тех­ни­кум го­ро­да Ан­грен дал со­гла­сие на мой пе­ре­вод на оч­ное от­де­ле­ние это­го тех­ни­ку­ма на вто­рой курс. У ме­ня ра­до­ст­но за­ще­ми­ло в гру­ди, не­у­же­ли сбы­ва­ют­ся мои меч­ты! Ка­кое сча­стье!

Я ходил по по­сёл­ку и си­ял яр­че солн­ца. Толь­ко бы ус­петь офор­мить пе­ре­вод до на­ча­ла за­ня­тий. Чув­ст­во­вал лёгкость движений, слов­но у ме­ня вы­рос­ли кры­лья.

– Сту­дент! – вдруг ус­лы­шал я зна­ко­мый мне го­лос сза­ди. Обер­нул­ся, но не сра­зу уз­нал Тая­ло­ва. Он от­рас­тил се­бе бо­ро­ду. Шагнул к не­му на­встре­чу. С раз­ма­ху об­ме­ня­лись ру­ко­по­жа­ти­ем.

Тая­лов ве­се­ло по­тряс мне ру­ку.

– Ну, как твои де­ла? – спро­сил он ме­ня.

Я пом­рач­нел.

– Ско­ро уе­ду от­сю­да.

– Как уе­дешь! Ку­да?

– Уез­жаю с се­ве­ра, – по­яс­нил я, гло­тая слю­ну от не­лов­ко­сти. Ведь Тая­лов был пер­вым, с кем я по­де­лил­ся свои­ми пла­на­ми на бу­ду­щее.

– Яс­но. Ко­гда?

– Вот при­дут до­ку­мен­ты. Я, Ко­ля, на оч­ное от­де­ле­ние пе­ре­во­жусь.

– Что сно­ва на Урал?

– В Ан­грен.

– А! В го­род ар­бу­зов в Сред­нюю Азию, не­да­ле­ко от мо­ей ро­ди­ны, – про­тя­нул он за­дум­чи­во, гла­за его по­ту­ск­не­ли. Он как-то рас­те­рян­но по­смот­рел на ме­ня. По­том что-то вспом­нил и спро­сил:

– Ты ку­да сей­час?

– Я?

Тая­лов сно­ва по­смот­рел на ме­ня:

– Не хо­чешь мне по­мочь?

– А что на­до?

– Мы с зав­хо­зом прие­ха­ли за кар­тош­кой. Он ку­да-то исчез. Шо­фёр вор­чит. Да вот с то­бой встре­тил­ся. По­мо­ги по­гру­зить кар­тош­ку.

Я со­гла­сил­ся. Мы по­шли к ово­ще­хра­ни­ли­щу. Склад был от­крыт. За­шли в по­луть­му. За­пах сы­ро­сти уда­рил в нос.

За­ве­дую­щая скла­дом уви­де­ла нас и за­кри­ча­ла:

– Что при­шли! Вы­ме­тай­тесь от­сю­да! Се­го­дня я от­пус­кать ни­че­го не бу­ду.

Тая­лов за­мял­ся.

– Что вы нас го­ни­те! – с оби­дой в го­ло­се спро­сил он.

– Раз­ве не ви­ди­те, про­ход у ме­ня не ос­во­бо­ж­ден, – от­ве­ти­ла она зыч­ным ко­ман­дир­ским го­ло­сом, пя­лясь на нас сер­ди­ты­ми гла­за­ми.

– Сем­ка, Пти­цин! Ку­да вы про­па­ли? Сва­ли­лись на мою го­ло­ву, пьян­чу­ги не­сча­ст­ные.

Она се­ла на ящик, ста­ла нам жа­ло­вать­ся.

– Раз­ве мож­но так ра­бо­тать! Что же это та­кое! За­чем при­шли? – сно­ва спро­си­ла она нас.

– За кар­тош­кой.

– Кто та­кие?

– Из экс­пе­ди­ции.

– Гео­ло­ги что ли? Лад­но, дам кар­тош­ки, – по­доб­ре­ла вдруг она. На вид ей бы­ло лет со­рок. На тол­стых паль­цах урод­ли­во смот­ре­лись зо­ло­тые коль­ца.

Мы пе­ре­ми­на­лись с но­ги на но­гу, вы­слу­ши­вая при­чи­та­ния жен­щи­ны. На­ко­нец от­ку­да-то из-за меш­ков, ле­жа­щих шта­бе­ля­ми в про­хо­де, поя­ви­лись двое муж­чин в си­них ха­ла­тах.

– За­чем зва­ла! Раз­ве не зна­ешь, что у нас длин­ный пе­ре­кур – спро­сил на­халь­но один, ки­вая но­сом и пе­ре­дер­ги­ва­ясь от ико­ты. Гла­за его уш­ли ку­да-то в сто­ро­ну, по­том вер­ну­лись и на се­кун­ду ос­та­но­ви­лись, му­чи­тель­но вос­при­ни­мая на­ши ли­ца.

Что-то не хва­та­ло на его ли­це. Я вздрог­нул, ко­гда по­нял, что у не­го нет кон­чи­ка но­са.