Золотые россыпи Богучара

БУЛАВИНСКИЕ «БОГУЧАРЦЫ»

Встреча с Михаилом Яковлевичем Булавиным состоялась 7 февраля 1984 года в городе Воронеже. В это время мне приходилось учиться в Воронежском универ­ситете марксизма-ленинизма. В свободное от учебы время периодически доводи­лось работать в Воронежском областном государственном архиве. От своего отца я узнал, что недалеко от архива находится дом №33 по улице Кирова, в котором проживал писатель.

Михаил Булавин родился 14 октября 1900 года в семье железнодорожного рабочего, происходивше­го из крестьян села Сухой Донец Богучарского уезда. Место рождения – город Белосток Гpодненской губеpнии (ныне – в Польше). После демобилизации из рядов Красной Армии работал на жележнодо­рожной станции Курск.

Начал писать в середине 1920-х, примкнув к Курской ассоциации пролетарских писателей (Ку­рАПП). Первый рассказ «Голод» был опубликован в Курске в альманахе «В гору» (1927). Рассказ «По­бег» был замечен А.М. Горьким, который дал ему положительную оценку.

Рассказ «Строитель» был опубликован в Воронеже в альманахе «Звено». Рассказ «Побег» был опу­бликован в 1930 году в газете «Курская правда». Михаил Булавин окончил годичные сценарные курсы в 1931 году, был сценаристом-консультантом на Первой Госкинофабрике в городе Москве.

С 1931 г. Михаил Булавин проживал в Воронеже. В 1938 году в Воронеже вышел литературно-худо­жественный сборник под названием «Непобедимая», посвященный 20-летию рабоче-крестьянской Крас­ной Армии и Военно-Морского Флота, с частушками. Одними из авторов были Михаил Булавин, Петр Прудковский и Григорий Ры­жманов. После этого были по­вести «Лава», «На оскорблен­ной земле», роман «Боевой 19-й». По материалам граж­данской войны писателем соз­дан роман-хроника «Богучар­цы», героями которого стали знакомые каждому богучарцу Малаховский, Радченко, Бон­дарев, Прокопенко. С 1932 года работал ответственным секретарем Воронежского отделения Союза писателей СССР (1934-1938гг.), ответ­ственным корреспондентом Центральной газеты «Изве­стия» по Воронежской, а за­тем Куйбышевской области с 1942 года. Заметки о творче­стве М. Булавина можно най­ти в журнале «Подъем» №3 за 1957 год в изложении З. Ан­чиполовского. Мой визит к писателю был вызван одним интересным событием. В 1984 году, когда я работал ди­ректором Полтавской восьмилетней школы, мы с ребятами готовились к открытию школьного краевед­ческого музея, одна из экспозиций которого была посвящена гражданской войне.

И членами штаба «Богучарец», и мною лично велась активная переписка со многими участника­ми гражданской войны. Одним из исследователей боевого пути 40-й Богучарской стрелковой дивизии имени Серго Орджоникидзе был Головачев Николай Дмитриевич. Как он написал в своем письме в мае 1983 года: «По просьбе отдела пропаганды РК КПСС и РайОНО выступал на районной учительской конференции с лекцией об историческом прошлом Богучара». В сентябре-октябре 1948 года он напеча­тал несколько статей в богучарской газете «Коллективист» об истории установления Советской власти и гражданской войне.

Николай Дмитриевич поддерживал тесную связь с писателем Михаилом Булавиным, так как именно автор романа «Боевой девят­надцатый», изданного в 1949 году, помог вернуть его рукопись-мо­нографию о богучарцах – участниках гражданской войны. В свое время он обращался в Воронежский обком партии о судьбе моногра­фии Н.Д. Головачева.

Вот как об этой истории рассказывал Н.Д. Головачев в письме на мое имя: «Из оставленной мною в Воронеже, в издательстве рукопи­си «Богучарцы в борьбе за Советскую власть» (принятой к печати и после расторгнутого договора о ней) принятый на работу издатель­ства Сергей Виноградов, сделал брошюру о военкоме Радченко, по­ловину, слово в слово, списав у меня. О чем я узнал опять-таки из брошюры, пересланной В.А. Малаховским. К сожалению, и писа­тель Троепольский, не спросив меня, получил от В.А. Малаховско­го полную копию монографии «Богучарцы» и более года держал у себя, желая на этом материале написать киносценарий. Когда мне это стало известно от богучарцев, живших в Москве, он на мои пись­ма о немедленной возврате рукописи не отвечал, и только после вы­зова в Воронежский обком партии и замечания, что такое поведение недостойно советского литератора, возвратил работу, но не мне, а т. Врачеву, которую я обещал московским богучарцам…».

Всем этим событиям предшествовала переписка с Михаилом Яковлевичем Булавиным. В своем письме от 7 июня 1983 года, которое хранится в моем архиве, он рассказывал о своей переписке с исследователями, школами, ветеранами Богучарской дивизии, и, в частности, сообщал: «Сам я лично вряд ли вам сумею помочь. Дело в том, что мне 83 года. Я никуда не хожу потому, что у меня нет ноги, да и нет сил двигаться, больше сижу, читаю, смотрю телевизор, слушаю. Как я чувствую себя? – До­живаю. Больше делать в этом возрасте нечего. Мой роман «Богучарцы» переиздавался несколько раз. Последний раз был переиздан в 1977 году. Конечно, в магазинах уже не найти. Роман «Боевой девят­надцатый» издавался в прошлом году, но его нельзя найти даже в букинистическом магазине, а у меня ведь были: «На оскорбленной земле», «Лава», сборник рассказов «Суровые годы». Но их уже нет нигде. В библиотеках они изнашиваются и превращаются в хлам».

В январе 1984 году мне посчастливилось встретиться с Михаилом Яковлевичем Булавиным.

В трехкомнатной квартире на улице Кирова у писателя была выделена небольшая - два на три - ме­тра отдельная комната-кабинет. Небольшой рабочий стол, на котором стояла печатная машинка, кро­вать и два стула. Михаил Яковлевич был без одной ноги и с трудом передвигался.

К слову, скажу, что недавно один воронежский писатель Михаил Федоров опубликовал в книге «Громкие» дела писателей» рассказ «Дело Леонида Завадовского», описав в нем Михаила Булавина, как злобного, ненавистного к другим человека: «Уже полтора года были членами правления, сумели получить шикарные квартиры в центре Воро­нежа с огромными залами, которые по замыслу предоставившего их тогдашнего партийного секретаря Центрально-Черноземной области Варейкиса предназначались для встреч с чита­телями. Но что-то до таких встреч у Подобе­дова и Булавина не доходило. Комнаты квартир обставили купленной за счет писательской ор­ганизации мебелью». Описанная квартира, в которой я встречался с М.Я. Булавиным, никак не соответствовала той, которую описал воро­нежский «писатель» Михаил Федоров.