Золушка?! Да! Та самая!

5 глава.

И вот настал этот долгожданный день. День бала! Последние примерки и подгонки платьев продолжались до глубокой ночи, и Золушка добрела до своей постели только под самое утро. Сводные сестры заснули не раньше. Как все девушки, они волновались перед днем, когда их представят самому королю, и долго не могли уснуть. Мачеха, предвидя эти тревоги и стараясь сохранить лица дочерей свежими и румяными, велела не тревожить их до самого обеда. Благодаря этому и Золушке удалось как следует отдохнуть.

А после позднего завтрака, поданного для всех в гостиную, начались хлопотные сборы. Сначала падчерица натаскала в комнату каждой по целой ванне горячей воды. Потом помогла каждой вымыть волосы. Затем сушила их полотенцами, и у огня, не сильно жарко растопленных каминов. Хоть и был первый день лета, но маменька боялась простудить своих деток и велела затопить во всех спальнях камины. Когда волосы высохли, Золушка долго расчесывала их, чтобы сделать пышными и блестящими.

— По тысячу проходов щеткой на каждый локон, — наставляла её мачеха.

Вот чем не обделила девушек природа, так это волосами. Они были прямыми, густыми и приятного каштанового цвета: у Хильды более темного тона, и рыжеватые у Тории. Парикмахеров не звали. Во-первых, они неимоверно дорого запросили за свои услуги в этот день, во-вторых, Золушка, всегда причесывавшая сестер для выхода в свет, делала укладки гораздо лучше. У неё были очень умелые ручки, которые творили на головах её родственниц настоящие шедевры. Она искусно вплела в волосы Тории ленты с бриллиантами, взятые на вечер у Годрих. А Хильде искусно завила локоны, оставив их распушенными и часть волос со лба заколов наверху в красивый узел. У висков украсила прическу коралловыми шпильками, идущими в комплекте с серьгами и браслетами. Их давно заложили, но в честь такого праздника выкупили на один вечер.

Потом следовал легкий обед из холодных закусок. Кушая, девушки отдыхали от своих «трудов» и наблюдали, как Золушка делает укладку на голове маменьки. Да, она тоже желала выглядеть привлекательно и не поскупилась на наряд и для себя.

О том, что Золушке тоже следует покушать, никто даже не задумывался. Они вообще, кажется, не знали, что она тоже иногда ест и пьет. И, конечно, попроси она отдых и еду, в доме бы непременно поднялся скандал.

— Золушка, посмотри, как завязан мой пояс, — попросила сладким голосом Тория.

— А мой корсет? Золушка, как ты думаешь, может, стоит попробовать затянуть еще туже? — по-сестрински советовалась Хильда.

Несмотря на нелюбовь к сироте, они знали о тонком вкусе Золушки, и когда девушка советовала им что-то, непременно выполняли.

Чему падчерица удивлялась весь день, так это, покладистости сестер. За все время они ни разу ей даже не нагрубили. Молчала и мачеха, лишь кивая на все её действия. Наверное, все силы девиц ушли на волнение. А может, они вдруг, волшебным образом, подобрели?

На чудеса Золушка не рассчитывала и была, как всегда в присутствии родни, начеку. И не зря. Несколько раз в отражении зеркал она уловила, как сестры бросали за её спиной друг другу загадочные взгляды. В них читалась злобное предвкушение и издевка. Это не предвещало ничего хорошего, но Золушка старалась не думать о возможных каверзах и продолжала выполнять возложенную на неё работу и грезить о вечернем представлении.

Наконец, ровно в шесть вечера, к дому подъехал красивый блестящий экипаж, нанятый мачехой. Собственная карета была в столь жалком состоянии, что их могли просто не пустить на ней во дворец, приняв за самозванцев-простолюдинов.

Кучер и лакей, прибывшие вместе с экипажем, помогли дамам взобраться по откидным ступеням. Девицы поместились на сиденье справа, а маменька в пышном бальном платье, увеличившим её и так нескромные габариты, села слева. Сестры долго усаживались, расправляя складки платьев, чтобы они за время поездки не смялись. Золушка помогала им, стоя на земле. Когда дверцы захлопнулись, она опомнилась и остановила кучера, уже готового хлестнуть лошадей.

— Постойте! Я сейчас запру дверь.

Мужчина, сидевший на козлах, очень удивился.

— Неужели вы тоже едете? — спросил он смешную замарашку.

— Только до ограды замка. Так ведь, миледи? — спросила Золушка, не рискнув называть сейчас мачеху маменькой.

Вдруг в последний момент она разозлится и возьмет свое разрешение назад?

Ах, бедная наивная девочка!

— Конечно! — согласилась мачеха. — Только сначала принеси мне стакан томатного сока. А то я так запыхалась, и хочу выпить чего-то освежающего.

— И я! — подхватила Хильда.

— И я тоже хочу томатного сока, — вдруг пожелала Тория, которая терпеть его не могла.

— Принеси тогда весь кувшин, — велела мачеха. — Да поживей!

Самый ранний сорт помидоров рос в небольшой теплице за домом. Только на этой неделе они дали первый урожай, и вчера мачеха велела отжать из них сок.

Золушка быстренько вернулась к карете, держа в руках небольшой поднос. На нем стоял деревенский кувшин с широким горлышком, наполненный до краев красным соком, и три тонких стакана.

— Я первая, — потянулась к кувшину Тория.

— Нет, я!

Сестры привычно заспорили, высунув руки из окна.

Кто опрокинул ей прямо на голову густой напиток, Золушка не уловила. Она стояла, пораженно хлопая глазами, не шевелясь и до конца не веря в происходящее. Неужели можно быть настолько жестокими? Почему? То, что это было сделано специально, говорил громкий смех всей троицы и их довольные лица.

— Что же ты такая неуклюжая, Золушка? — проворковала Тория медовым голоском. — Неужели не могла отскочить?

— Неуклюжая, словно корова! — фыркнула Хильда. — Это она и виновата! Неровно держала этот поднос. Еще и стаканы разбила. Хорошо хоть не испачкала нам платья. Маменька, ну что вы молчите?

Мачеха сидела, удовлетворенно откинувшись на сиденье.

— Бедная Золушка, — лицемерно посочувствовала она. — Куда же ты теперь поедешь в таком виде? Ты грязная и мокрая и в дороге обязательно простудишься. Придется тебе остаться дома.