Золушка для ледяного маркиза

Глава 4

Автобус притормозил возле остановки, выходила здесь только я. Деревня, куда я направлялась, была не особо большой. У тех, кто помоложе имелся собственный транспорт, а старики зимой предпочитали сидеть дома, выезжая в город только по большой необходимости.

Магазин в Шарье был, даже целых два. Товар здесь конечно был немного дороже, чем в городских супермаркетах, но деревенским много и не надо – своё хозяйство под боком имеется.

Поэтому прищурив глаза от слепящего солнца, закинула рюкзак за спину и направилась в сторону засыпанной снегом рощи. Узкая тропинка вилась и петляла, устремляясь вдаль. До деревни идти ещё километра три. Мороз пощипывал за щёки и выстуживал руки, в которых я несла пакеты с покупками.

Пришлось взять их сначала в одну руку, а вторую засунуть в карман. Когда рука немного согрелась, я поменяла её на другую. Идти так было сложнее, но другого выхода у меня не было. Ничего, ещё немножко осталось – вон уже крыши домов показались.

Возле околицы тропинка расходилась сразу на три стороны: одна из них вела на центральную улицу, вторая к коровнику за деревней, а третья, самая узенькая, в сторону леса. Домик бабушки Нади был как раз в стороне леса, на самой окраине деревни, поэтому я не раздумывая свернула на третью тропинку – так значительно ближе.

Правда скоро я пожалела о своём выборе, тропинка заворачивала к лесу, а к бабушкиному дому мне пришлось идти по целине, прокладывая новую тропинку, местами проваливаясь почти по колено. И как я не подумала, что зимой деревенские огородами не ходят и дорожек здесь не чистят.

Дом был обнесён стареньким забором. Добравшись до калитки, я поняла, что из-за обилия снега даже не смогу открыть её. Хорошо вспомнила, что сбоку на заборе есть плохо прибитая доска, я всё собиралась починить, да так и не успела.

Да, вот она, висит на одном гвозде.

Отодвинув доску в сторону, я сняла рюкзак, засунула его в образовавшуюся щель, а затем протиснулась сама. Снега за забором было меньше и я, кое-как пристроив доску на место, подхватив в одну руку рюкзак, во вторую пакеты, пошла напролом к родному дому. Снег засыпался в короткие ботинки, ледяной коркой налипал на джинсы, руки от холода уже почти ничего не чувствовали, зато по спине сбегали противные ручейки пота.

Сделав последний рывок, я добралась до крыльца и только тут вспомнила, что ключ от двери припрятан у меня в сарае. Оставив вещи на крыльце, я проложила ещё одну тропинку до старой сараюшки, где в потайном месте лежал ключ.

Вспомнив, что в доме не топлено и не намного теплее, чем на улице, прихватила ещё с пяток поленьев.

Руки настолько озябли, что я с трудом смогла открыть замок. Распахнув дверь, закинула в сени свои вещи и вернулась за поленьями. Мне их пришлось сначала сгрузить на крыльцо, чтобы освободить руки.

Стукнув пару раз ногами по полу, стряхивая с ботинок снег, прошла сразу к печи. Она у бабули большая, занимает самое почётное место – прямо по центру дома. С одной стороны печи к ней подключена газовая горелка, но я не уверена что в доме есть газ. А с другой стороны печку можно топить обычными дровами.

Засунув поленья в печь, я достала зажигалку, огонь вспыхнул сразу, словно только того и ждал. Он лизал сухие поленья, словно сладкую карамельку и те сразу же занялись, загораясь. Я подсунула руки поближе, согревая озябшие пальцы. Потом вдруг меня вдруг словно кто-то толкнул – я вспомнила про печную заслонку. Выдвинув её почти наполовину, сразу услышала, как довольно загудел огонь в печи, разгораясь ещё сильнее.

- Нужно принести ещё дров! – сказала я сама себе. Голос эхом разнёсся по пустому дому. Я поёжилась. От этого стало как-то не по себе.

Но, но! Не время раскисать! Эти поленья быстро догорят, нужно принести ещё!

У двери на вешалке висели старые бабушкины вещи. Сняв с гвоздика видавший виды овчинный тулуп, натянула его прямо поверх куртки. Похлопав по карманам, нашла в них вязаные рукавицы.

- Вот и хорошо! Вот и ладненько! – прошептала я в полголоса.

Сделав четыре ходки сложила у печи приличную кучку дров. В новой экипировке было намного теплее, да и дорожку до сарая я уже прилично утоптала. В доме ощутимо запахло живым теплом, но потребуется не один час, чтобы протопить его полностью.

А пока я решила выпить чаю. Правда воды в доме не было, идти к колодцу сил тоже. Но есть ведь снег! Взяв ведро, я снова отправилась на улицу. Набрала в него снега и, вернувшись в дом, поставила прямо на печную плиту. Снег растаял очень быстро, только воды оказалось чуть на донышке, а ведь было целое ведро! Ладно, на бокал чая мне хватит.

Достала с полки чайник, заглянула в ведро, на воде плавал мелкий мусор. Пришлось поискать в шкафу кусок марли. Свернув её в несколько слоёв, я процедила снежную воду, заливая её в чайник, пообещав, что как только отогреюсь, схожу к колодцу. Уж больно муторным это оказалось – добывать воду из снега.

Достала из пакета пачку заварки и сахар. Руки выполняли привычную работу и это успокаивало. Заварила чай, отрезала кусок батона и, пододвинув один из табуретов к печи, уселась ближе к теплу.

Кипяток приятно согревал изнутри, жар от печки постепенно согревал дом, так что скоро я сначала сняла шапку, а после и куртку. Не то от пережитого стресса, не то я просто пригрелась, но меня стало клонить в сон. Подкинув ещё дров, я закрыла дверь на засов и прямо в одежде забралась под одеяло.

- Вот он – первый день твоей свободной жизни! – подумалось мне. Сонно улыбаясь, сладко зевнула и закрыла глаза.

Сколько спала - не знаю, когда открыла глаза, то не сразу поняла, где я. Было темно, но темнота меня не пугала. Я к ней привыкла. В моей каморке не было окон, и я со временем прекрасно научилась в ней ориентироваться.

Вот и сейчас, стоило глазам немного привыкнуть к полумраку, и я уже могла рассмотреть очертания предметов. Зыбкий лунный свет вычерчивал на половицах светлый прямоугольник окна, перечёркнутый крестовиной рамы. Судя по всему сейчас уже глубокая ночь.