Золушка. История злой королевы.

Новая работа.

Расставив миски на полке, я прихватываю кусочек сыра для питомца и поднимаюсь к себе. Юбка Анастасии была простой, значит, сегодня я высплюсь. Подвесив корсаж на окно, я прикалываю к нему будущий низ. Сформировав его, я решила оставить небольшой шлейф. Пусть будет утончённой. Соединить тонкий шелк и плотную основу оказалось не так-то просто. Я снова исколола все пальцы, но результатом осталась довольна. Платье получилось нежным и юным. Анастасия никогда плохо ко мне не относилась — сохраняла нейтралитет. Это не особо радовало мачеху, но она ничего не могла с этим сделать.

Оставив еду для крысы на полу, я устало рухнула на кровать. Нормальный сон, а завтра я покажу платье Анастасии. Было бы логично, если бы я делала самое сложное так долго. И, если мне не придумают работу, я займусь своим платьем.

Сон обволакивает мысли, не оставляя место для раздумий. Просто вязкая пустота и она мне нравится. Черная и прохладная, как шелк, она затекает в голову и выплескивается, как сладкий мед. Мурашки бегут по телу и я, наконец, расслабляюсь. Моя постель жёсткая, а одеяло неприятно колет руки, но я привыкла. Меня сослали сюда с мягких перин, но всё скоро изменится. Мои покои во дворце будут огромными. Я хочу большую постель, огромный шкаф и зеркало. Зеркало будет венцом моей спальни. Если понадобится, я даже использую белую магию для него. Интересно, а существует ли чёрная магия? Хотя, зачем она мне, если есть белая? И пригодится ли волшебство во время жизни во дворце? Не думаю.

Мачеха вряд ли оценит мой труд. «Слишком неаккуратно, Золушка», «Слишком долго, Золушка», «Тебе стоит работать усерднее, лентяйка». И никакой похвалы. Даже папой она всегда была недовольна. По её мнению, он привозил слишком мало денег. Эта змея даже не замечала, как трудно ему даётся дорога. Она же и забрала у меня последнюю родную душу. Дом завещался мне, но я стала бы владелицей, когда мне бы минуло восемнадцать. Со временем это условие забылось, а я не напоминала, вынашивая свой план по завоеванию более шикарной жизни. И скоро всё случится.

Рассветное солнце нагло заглянуло в окно и поползло вдоль моей постели, предательски касаясь кончиков волос и подкрадываясь к глазам. Потянувшись, я ощутила приятное тепло весенних лучей. Они согревали и обволакивали тело, заставляя проснуться. Приоткрыв глаза, я зло посмотрела на светлое окошко. Во дворце прикажу повесить плотные шторы, чтоб не просыпаться с рассветом. Мама всегда учила искать плюсы даже в самых ужасных событиях. Что ж…я могу заняться своим платьем. Точно! Завтра вечером бал. Стоит также подумать про остальное. Даже если я сошью красивое платье, я не смогу явиться на бал. Ни обуви, ни тиары — ничего. Я могу воспользоваться белой магией, но мне ещё нужна карета и всё, что к ней прилагается. А если магии и вовсе не хватит? Что я буду делать с огромной каретой? У меня слишком мало денег, чтобы нанять экипаж. Закрыв лицо руками, я устало вздохнула. Я так переживала о платье, что совсем забыла о других составляющих.

Звон колокольчика отрезвил меня. Мачеха встала так рано? Быстро оправившись перед зеркалом, я слетела вниз, перескакивая через одну ступеньку. Что ей могло понадобиться в такую рань?

—Вы меня звали, мадам? — Осторожно ступив в темную комнату, я потупила взгляд. Мачеха лежала в своей постели и сонно смотрела в пустоту. Для своих сорока лет она выглядела очень даже неплохо. Темные волосы постоянно убирались в высокую прическу, а морщины, как ни странно, обходили стороной худое лицо. Анастасия была её юной копией, но из-за своей скромности не могла сохранить статность своей матери.

—Слишком долго шла, — лениво протянула она. — Займись завтраком. Я буду в своей комнате, мне что-то нездоровится. — Только теперь я заметила темные круги, залегшие под ее глазами. Они оттеняли голубизну, делая её взгляд почти чёрным. — А после завтрака сходишь за порошком. У нас, кажется, закончился, а моя голова просто адски болит. После этого ты должна постирать шторы.

—Но я же делала это в прошлом месяце! — Возразила я. Если я начну их стирать, это займет весь день! А моё платье не готово. Да я вообще не готова.

—Ничего страшного. В доме станет свежее. И ещё. Завтра бал, а я до сих пор не видела ни одного платья.

—Платье для Дризеллы готово. Но если я буду заниматься шторами, у меня не останется время на остальные, — с надеждой на её благоразумие пробормотала я.

—Значит…будешь шить ночью. Не поспишь немного, ничего.

Немного? Как же мне хотелось сказать ей правду. Высказать, что за две ночи я сшила три платья. Но нельзя. Она и без этого загрузила меня работой.

—Хорошо, мадам.

Залетев на кухню, я быстро засыпала хлопья каши в маленькую кастрюльку. Параллельно я сварила яйца и нарезала масло и хлеб. Чем быстрее я подам завтрак, тем раньше начну снимать шторы. Подхватив тяжеленный поднос, я аккуратно поднялась к мачехе, стараясь не разлить или рассыпать что-то по дороге. Молча оставив тарелки у нее на тумбе, я направилась в когда-то мою комнату. Из-за того, что она «больше и просторнее», я уступила её милым сестрицам. А меня под предлогом лучшей освещённости, тишины и уединения переместили на чердак. Толкнув тяжёлую дверь, я тихо вошла. Ужас. От моей уборки неделю назад не осталось и следа. Пробравшись сквозь горы платьев и боа, я оставила спящим «красавицам» завтрак и удалилась. Начну с нижних этажей.

Шторы оказались ужасно тяжёлыми и большими. Только с первого этажа собралась куча, которую я еле донесла до маленького сарайчика, в котором уже стоял огромный таз с мыльной водой. Теперь второй. Тюли и портьеры с ламбрекенами и без. Сгрузив гору, которая была чуть меньше меня в воду, я разложила ткани в тазу, чтобы они равномерно намокли. Пусть пока полежат, а я схожу за порошком для мачехи. Вдруг на меня рухнула холодная капля. Только сейчас я заметила, что на смену солнышку пришли огромные чёрные тучи, с которых издевательски скатывались крупные капли. Недовольно вздохнув, я взяла сумку и направилась к аптеке. Милая девочка с улыбкой протянула мне белый мешочек с сладко пахнущей пудрой внутри.