Золушка с блокнотом

Страница 10

Дэн

С упоением читал её очередной ответ. Удивительно. В детстве она любила рисовать. А ведь многие любили этот вид творчества, но далеко не все потом становились художником. Надоедало увлечение? Становилось интереснее что-то другое?

А следующее желание было чуть осознаннее. Значит, она мечтала стать танцовщицей, но её желание убили? Покачал головой. Как жаль, что родители часто считают что они лучше знают, как их детям будет лучше. Но увы, все мы личности, и все мы разные. Настолько разные, что в одной семье могут родиться писатель, столяр и швея. У матери, которая любит петь, и у отца, который любит рыбалку.

И все увлечения имеют право на существование. Всё, что не нарушает конституцию, а также права другого человека, имеет право на жизнь.

Нашёл в интернете альбом, который посоветовала мне моя знакомая, включил его и начал писать ответ.

«Моя дорогая Золушка!

Это печально, что тебе запрещали увлекаться тем, чем ты действительно хотела заниматься. Но это, увы, повсеместно. И пока взрослые не начнут осознавать, что выросли в токсичной среде, не начнут понимать, что повторяют родительские шаблоны со своими детьми, это так и будет продолжаться.

Единственное, что мы можем – дать своим детям вырасти в любви, гармонии, взаимопонимании и взаимопомощи. Показать им, что такое на самом деле счастье».

Застыл, потому что музыка, которую мне посоветовала моя Золушка, была невыносимо прекрасна. Кажется, наш музыкальный вкус совпадал. И я был готов слушать этот плейлист без остановки.

«Музыка, которую ты посоветовала, – бомба. Я готов поставить её на повтор. У тебя есть ещё подобная в загашнике?

Не бойся неудач. Делай то, что тебе нравится. Танцуй, наслаждайся жизнью и своим примером вдохновляй других. Это жизнь, которая должна нравиться тебе. Я с удовольствием посмотрю на тебя танцующую.

Если ты снова захочешь и сможешь вернуться к рисованию, это тоже будет здорово. Вдруг в тебе спит настоящий художник? Вдруг из-за твоих родителей свет не увидит нового Малевича? Кто знает, мы никогда не поймём, что наше, а что нет, пока не начнём пробовать и экспериментировать».

Остановился, потому что сердцебиение участилось. Я должен был задать тот самый вопрос, который боялся озвучить. Но тянуть больше нельзя было. Вдруг Эду это окончательно надоест?

«И, собственно, я бы хотел спросить у тебя. Ты не хочешь встретиться? Я буду рад увидеть тебя вживую. Что ты на это скажешь?

Если ты согласна, то оставь свой номер в блокноте.

Дэн.»

И почему-то в этот раз моё сердце стучало, как безумное. Руки вспотели, и я вновь почувствовал себя как подросток перед первым свиданием.