Зомби-пышка в поисках некроманта!

Глава 7

— Люсинда! — спустя несколько удивительно долгих секунд вскрикивает Лукас. — Любовь моя! Что случилось с тобой?

— На меня напал медведь, — отвечаю я и в ярости тычу в него пальцем. — Ты бросил меня в лесу!

Он подскакивает ко мне, яростно мотая головой.

— Что ты, дорогая, тебе приснилось! Мы отыграли свадьбу, приехали домой и уснули, а когда я встал пописать, тебя уже не было!

«Ну-ну…» — думаю я и, прищурившись, с подозрением смотрю на мужа бывшей хозяйки моего пухлого тела. Что-то он явно привирает, но да ладно, я слишком устала и замёрзла, чтобы сейчас выяснять, в чём дело.

— Я домой, — заявляю я и прохожу мимо офицеров.

В тот же момент один из них вскрикивает:

— Господи Иисусе!

Я останавливаюсь и с удивлением смотрю на него.

— Ва… ваша спина, — мямлит другой.

— Всё в порядке, джентльмены! — тут же встревает Люсиндин муж, хватает меня за плечи и впихивает в дом. — Я сейчас же вызову ей лекаря.

Лекаря? Ну точно, в средневековье попала! Да и ладно. Сил удивляться уже нет.

Полицейские уходят, а я смачно зеваю и захожу в дом. Но тут меня ждёт ещё одно потрясение. Прямо передо мной оказывается офигенно красивая стройная женщина в том, в чём родила её мать. Она сидит на низком столике, широко раздвинув длиннющие ноги, и держит в руке венчик для пыли, которым прикрывает свой детородный орган.

— Ух ты! — восклицаю я и поворачиваюсь к Лукасу.

— Ой! — в голос восклицают голая барышня и Лукас.

— Ой? — спрашиваю я Лукаса и шлёпаю его ладонью по щеке. Знать будет, как женщин в дом приводить, пока жена в лесу сражается с медведем! Жаль, самокат в сарае остался, а то бы я и его им огрела.

— Милая, это не то, что ты думаешь, — нагло заявляет Лукас, и я бью его по второй щеке. Он рукой даёт голой девушке знак проваливать. Но проваливает она почему-то не на улицу, а в маленькую дверцу под лестницей. Да и чёрт с ней, всё равно Лукас не мой муж, а Люсиндин.

— Я хочу в душ и спать, — говорю я. — Проводи меня.

— Конечно, дорогая, — любезно причитает Лукас и едва ли не кланяется мне, указывая рукой на маленькую дверь под другой лестницей. — Прошу сюда. Сейчас Марго нагреет тебе воды. Марго! Воды! — орёт он, и из маленькой дверцы, где исчезла голая, появляется она же, но в одежде. В таком классическом длинном чёрном платье и белом кружевном переднике, который завязывает на ходу.

— Ты трахаешься с прислугой? — возмущаюсь я. — С моей, да? Это мой дом, да? Ты поэтому на мне женился?

— Неееет, — тянет он, да так ненатурально, что я невольно снова закатываю глаза. — Она просто забыла одеться, она глупенькая. Вытирала пыль голая, а тут мы…

— Ага, — обрываю я его и толкаю дверцу.

За ней некое подобие громадного железного корыта, керосиновая лампа на низком деревянном столике, ведро и окно без занавески с видом на лес. Шикарно! Ну и ладно, всё равно тело не моё, чего стесняться?

— Иди-ка за лекарем сходи, — велю я ему и снова слышу тот самый громоподобный рык, что застиг меня врасплох в лесу. А в животе появляется ещё более странное, непривычное и тянущее ощущение, коего я за всю свою жизнь так ярко не испытывала.

— Голодная, моя плюшечка! — вдруг принимается сюсюкаться со мной Лукас и тянет руки к моему животу. И это после всего, что было! Я с размаху бью его по рукам.

— А ну не трогай! За лекарем, говорю, иди! — рявкаю я на него, пока голая, но уже одетая Марго таскает в ванну воду. Затем она запихивает под ванну дрова и поджигает их, открывает на потолке заслонку, чтобы дым выходил, и я оказываюсь не только в помещении с большим окном без занавески, но ещё и без крыши. Вот это конструкция! С таким же успехом они могли бы обрызгать меня во дворе из шланга.

Я не без труда стягиваю с себя подранную сорочку, стоя спиной к Марго, и вдруг слышу мощный удар. Оборачиваюсь. Марго ни с того ни с сего свалилась в обморок. Ну ок. Кидаю сорочку в угол, вытаскиваю служанку за дверь и наконец-то остаюсь одна. Ну и муженёк же ей достался, этой Люсинде. А она, похоже, сама не очень-то умна. Но теперь я понимаю, почему её последнее желание перед смертью было найти в следующей жизни нормального мужика. В наше время нормальный мужик на вес золота. Хотя, учитывая антураж, так было во все времена.

Я забираюсь в потеплевшую от костра ванну. Лишняя вода выплескивается, вытесненная моим немаленьким телом, и тушит костёр. А что, неплохое приспособление, очень остроумно! Встаю, закрываю заслонку на потолке, дёрнув за верёвку, и полностью погружаюсь в тёплую ванну. Блаженство. Вода слегка окрашивается кровью, но я решаю пока об этом не беспокоиться. Если бы раны были серьёзными, они должны бы нехило так болеть, но я совсем не чувствую их, а значит, там простые царапины. Кровь наверняка смывается засохшая. Отмоюсь, вылезу и перебинтуюсь, а там, может, и лекарь объявится.

— Мадам Люсинда, — спустя некоторое время слышу я дрожащий голос Марго. — Вы там живы?

— Живее всех живых! — заявляю я. — Принеси мне свежую сорочку и приготовь постель.

— Да, мадам, — отвечает Марго. — Вы меня простите, я дурочка, забылась и платье не надела.