Зов Чёрной Луны

Глава 5

Очнулся Роман в шумной комнате. Он лежал на протертом старом диване, в ногах больно упираясь спиной в его голени, кто-то сидел, дымя сигаретой. Попытался рассмотреть незнакомца и в удивлении замер: на голове у того, словно у Медузы Горгоны шевелился пучок змей. Роман зажмурил глаза, а когда открыл их с облегчением понял, это всего лишь дреды.
Он огляделся вокруг : в неярко освещённом, довольно просторном помещении сквозь клубы дыма наблюдались какие-то люди: парни и девушки. Они сидели группками, или парами, пили, болтали, смеялись, в воздухе витали винные пары. На него никто не обращал внимания. Со стен кое-где лохмотьями свисали старые ободранные обои, потолок, в желто-зеленых разводах местами зиял брешами отвалившейся штукатурки. Несмотря на запущенность, грязь, шум и гвалт, Роману отчего-то стало спокойно на душе.
В комнату с пакетами в руках, под радостные вопли присутствующих, ворвались два парня. Они ловко опрожнили позвякивающие стеклом сумки и открыв бутылки, кинулись разливать содержимое. Со всех сторон к ним потянулись разномастные ёмкости. Сидевший в ногах Ромы человек подпрыгнул, достал откуда-то с полки гранёный стакан и наполнив его до половины поднес к Ромке.
- Очухался? Ты это... больше не падай, чувак. На, подлечись.
Роман поднялся, присел и послушно влил в себя теплую ядрёную жидкость. Горло обожгло, он закашлялся и тут же незнакомец сунул ему оторванный от буханки ломоть черного хлеба. Голодный Роман с жадностью набросился на хлеб. Почти сразу опьянев, почувствовал, как по телу разливается блаженство. Ему стало хорошо и впервые за долгое время он расслабился. Потом наливали ещё, он пил, уже не закусывая. Его всё умиляло вокруг, он вслушивался в разговоры, пьяно улыбался, с кем-то обнимался, братался и было здорово, что никто участливо не заглядывал ему в глаза, не спрашивал о самочувствии, никому не было интересно, кто он, что он помнит, а что нет, всем было всё равно.
Утром проснулся на том же самом диване, кто-то заботливо накрыл его пыльным пледом. Было тихо, вокруг все спали. Страшно болела голова, хотелось пить. Он встал и шатаясь пошёл искать кухню. Кухня была старой, обшарпанной и очень грязной. Стены в застарелом желтом жиру желчно блестели, будто насмехаясь. Ему стало дурно, слева от себя он нащупал какую-то дверь, ввалился в неё и склонился над унитазом. Голодный желудок изрыгал только жидкость, разбавленную зеленой желчью. Посидев ещё некоторое время на замызганном полу, встал, опираясь на стену, прошел на кухню. Там в засаленной раковине, до верху наполненной немытой посудой умылся и долго хлебал воду, присосавшись к холодному медному крану. От выпитой воды голова снова закружилась. Он ринулся к спасительному дивану и через несколько минут снова забылся сном.

Они ехали верхом по пыльной дороге, группа всадников. Он изо всех сил пытался сдержать под собой горячего жеребца. Тот рвался вперёд, удивлённо скашивая глаза на хозяина, обычно порывистого и рвущегося вперёд.
- Что ты хочешь от меня, Нумитор? Я вернул тебе трон, я вернул тебе Альба Лонгу, что тебе ещё нужно?
Он в раздражение посмотрел на деда.
- Я хочу передать власть тебе, Ромул,- Нумитор ещё прямо сидел в седле, но возраст говорил сам за себя: седые кудри поредели, лицо исполосовали глубокие морщины,- Альба Лонга твоя по праву. Но ты должен бросить эту девку, она околдовала тебя, ты не видишь ничего кроме неё!
- Я женюсь на ней! И никто не сможет помешать мне!
- Глупец! Разве ты не видишь - она ведьма. Она разрушает все вокруг. Женщин и детей косят болезни, мужчины сходят с ума.
- Так говорят завистники. Назови мне хоть одно имя!
- А Феофан? Где он теперь? Разве не знаешь ты, что она своими чарами лишила его разума?
- Он вольный человек. Я дал ему свободу и мне нет больше дела до него.
- Потому что твоя голова занята только ею. Гони прочь эту девку. Бери власть в свои руки, женись на достойной и живи в мире!
- Мне не нужна власть, Нумитор! Мне нужна только она! Отдай Альба Лонгу Рэму, а я построю на холме новый город. Свой город! И я сделаю Лайил своей царицей.
- Ни одна женщина не поедет в этот город, пока она с тобой. Про неё ходят страшные слухи, говорят, что она пьёт кровь младенцев.
- Чего только не выдумывают ревнивицы! Вся её вина лишь в том, что она красивая женщина. Сделай своим наследником Рэма, Нумитор и оставь меня в покое!
- Рэм слишком ленив. Хоть вы появились на свет из одного чрева почти одновременно, но слишком разные. Ты-воин Ромул, Рэм изнежен, празднолюбив, он всегда будет твоей тенью. У Тация подросла прекрасная дочь. Женись на ней, она мудрая и добрая девушка. И, поговаривают, неравнодушна к тебе.
- Герсилия? - он расхохотался, вспомнив дочь Тация. Она была полной противоположностью Лайил. Невысокая, белокожая, с рыхлым полноватым телом и нечистой кожей. Её хвалили за ум и добросердечие, но если у девушки нет других достоинств, всегда стараются приписать хоть что-то. Он усмехнулся.
- Нет.

Роман проснулся от шума, поднявшегося в комнате. Все уже проснулись, началась какая-то суета и сборы. Вчера он так и не понял где очутился, мелькала мысль, что попал в среду маргиналов, но сегодня при свете дня, понял, что это не так. Это была обычная молодёжь, они смеясь собирали свои вещи, обсуждая перепитии вчерашнего вечера, прощаясь, расходились. Поднялся и Роман. Но уходить не хотелось, да и некуда было. Вчерашний его сосед судя по всему был хозяином квартиры, так как никуда не собирался, дружески прощался с приятелями, провожая каждого до дверей.
Роман в нерешительности присел на край стула.
- А ты, чувак, не торопишься? - миролюбиво спросил хозяин, проводив последнего гостя.
- Да мне, собственно, некуда...
- Рассказывай,- парень сел на подоконник, раскуривая сигарету,- будешь?
Рома отрицательно покачал головой. Потом вдруг, как на духу, выложил ему всю свою историю.
- Как же ты не побоялся пойти на какой-то эксперимент? Ну да, ладно, кто из нас глупостей не делал. Меня Иваном зовут. Хочешь оставайся здесь. Места хватит,- потом на миг задумался, затушил сигарету и серьёзно спросил:- Значит бежал вчера за незнакомкой из своих видений?
Роман кивнул: - Только не подумай, что я какой-нибудь сумасшедший!
- Да я и не думаю ничего такого. Красивая говоришь? Черноволосая?
- Да. И чувство у меня такое, будто она сама меня сюда привела. Да я её вчера в этом зеркале видел.
- В этом? - Иван подошёл к мутному квадрату и осторожно провёл по нему пальцем.
- Ты действительно веришь мне!- Роман удивлённо разглядывал Ивана,- дело в том, что я сам себе не верю иногда.
- Ну почему ж не верю? Ты, чувак, даже не представляешь какие дела в мире могут твориться! Видел я твою красотку, живёт она здесь.
- Как живет? Где? - всполошился Роман.
- Ну, не совсем живет... И не совсем она. Призрак её. И раз она тебя сюда притащила, значит нужен ты ей, чувак! Очень нужен!
Роман изумленно смотрел на собеседника, пока тот весело не рассмеялся:
- Ну что купился! Хахаха! Купился, вижу, чувак!
- Ты шутил что ли? А я уж думал,- Роман облегченно вздохнул,- ладно я: ку-ку, но ещё и ты! - они долго и весело смеялись, обсуждая розыгрыш.
- Ладно, чувак, оставайся! Понравился ты мне, сам не знаю почему! Живи, сколько хочешь!
- Спасибо Вань, а что за хата эта?
- Моя. Бабка покойная мне завещала. Прикинь, я её в жизни не видел, она мне толи двоюродная, то ли троюродная, седьмая вода на киселе. Померла вот и квартиру завещала.
- Повезло,- вздохнул Роман,- а сам-то откуда?
- Как откуда? Москвич. В черти каком поколении москвич,- с гордостью произнёс он.
- А родители?
- А что родители? Живут себе, мне не мешают, а я им.
- А чем занимаешься?
- Да так... халтуркой разной. Я, чувак, по своей сути - анархист, не терплю над собой никакой власти. Слушай, а паспорт у тебя есть?
Роман похлопал себя по карманам и выудил из одного красную книжицу:
- Вот. Если тебя что-то смущает...
- Да не. Это.., работка подвернётся, отказываться не будешь?
- Нет, конечно. Вроде мозги на место встали, сны только...
- Фигня всё это. Все с тобой нормально, чувак. Ты ж на яву этого легионера или как там его, не изображаешь?
- Да, нет.
- Ну и лады. Ты, давай, приберись тут чуток, а я пожрать сварганю.
Роман послушно стал убирать следы вчерашнего застолья. Иван выдал ему пару больших мусорных пакетов и веник с совком. Доски мелкого паркета были почти черными от въевшейся в них грязи. Мыть пол было бесполезно, грязь можно было снять только со стружкой верхнего слоя.
Убрав мусор, расставил мебель, огляделся вокруг, присев на диван. Его не покидало появившееся чувство родства с этим домом. Не смотря на грязь и разруху все казалось милым и узнаваемым, будто после долгих скитаний он, вдруг, вернулся домой.
Из кухни поползли аппетитные запахи. В животе заурчало. Он давно уже не ел и от голода сводило пустой желудок.
Иван насыпал из кастрюли две огромные чашки макарон, заправленных тушёнкой.
- Кушать подано, чувак! - он жестом пригласил Романа садиться. Тот жадно набросился на еду.
- О, да, я вижу ты сильно проголодался. А мне что-то после вчерашнего не лезет,- констатировал Иван, видя, как его новоявленный товарищ уплетает за обе щеки незамысловатое угощение. Он отодвинулся от стола, наблюдая за Романом, закурил.
- Слушай, а вдруг, ты и в правду в прошлой жизни был этим самым основателем Рима? - он неспеша потянулся к телефону, набрал Википедию, - не густо. Но все сходится.
- Сходится,- Роман говорил с набитым ртом,- понимаешь, я ведь ничего про него не знал раньше. Откуда это ко мне пришло? Дед этот, Нумитор,он, оказывается и в самом деле, существовал.
- Я вообще-то считал, что это легенда. Ну а девка твоя, как зовут её, говоришь?
- Я наяву никак не могу вспомнить её имени. Толи Лейла, толи Лиля. Нет, точно не Лиля,- он задумался,- странное какое-то имя.
Иван опять вперился в Википедию.
- Ни о какой Лейле нигде не упоминается. А вот жена была. Герсилия.
- Да. Я читал. И дед мне её сватал.
- Пишут, была красавицей. Может быть это она и есть.
- Нет, точно не она. И не красавица, врут.
Он попытался вспомнить Герсилию. Но в видениях он не видел её, и ничего не выходило. Перед глазами упрямо появлялась Кони.
- Ну я тебя поздравляю, женишься на уродке,- хохотнул Иван.
- Не думаю...- задумчиво ответил Роман.