Зов Чёрной Луны

Глава 6

Иван подрабатывал ночным грузчиком в магазинах и точках общепита. С вечера ему обычно звонили, он договаривался об оплате и пропадал на всю ночь. Заработок был небольшой, но он приносил с собой продуктовую просрочку из магазинов, готовую еду из ресторанов- жить было можно. Почти сразу Ромка попросился с ним. Иван сначала отнекивался:
- Работа трудная физически, а ты слабый, свалишься ещё где-нибудь. Живи пока так, еды хватает.
- А ты меня бери в качестве помощника, без денег. Должен же я как-то отплатить за гостеприимство!
- Помощник из тебя, скажу я... Ну, ладно, давай попробуем.
Поначалу, и правда, Роман сильно уставал. От слабости подкашивались ноги, пот градом заливал лицо, мышцы, отвыкшие от нагрузок болезненно ныли, в висках стучало. Он приходил утром и как подкошенный падал на свой продавленный диван.
Но вскоре привык, ему даже нравилось играючи перекидывать полные паллеты, напрягая наливающиеся бицепсы. Да и ходили они не каждую ночь, было время отдохнуть. А после и вовсе стали работать по очереди.
По пятницам у них собиралась разномастная молодёжь. Пили, травили разговоры. Бесчинств и безобразий Иван не допускал, запретными веществами никто не баловался. Да и вообще публика собиралась несмотря на молодость, довольно интеллигентная и интересная. В основном студенты гуманитарных вузов, приезжие бессребреники. Романа удивляло, как умело Иван руководил этим сборищем. Ему даже казалось, что гости немного побаивались хозяина. И это было удивительно, так как Ваня казался самым добродушным и гостеприимным человеком из тех, кого ему приходилось встречать. Но когда он поднимал голову и устремлял взгляд на не в меру разбушевавшегося студента, все как-то затихали и сникали.
- Послушай,- ещё в самом начале поинтересовался Роман,- а соседи не жалуются на твои сборища?
- А какие соседи? У меня их нет.
Роман и сам замечал, что никогда и никого не встречал в подъезде.
- Как так?
- А дом был под выселение. Часть жильцов выселили, потом инвестор разорился, объект выставили на торги, но желающих так и не нашлось. Дом-то старый, дореволюционный, вложения большие требует.
- И что во всем доме никого нет?
- В других подъездах живут кое-где, в этом я один. Его первым расселять начали, бабка ещё жива была. Потом она умерла, пока я в наследство вступал, всё и закончилось.
- Жаль, жил бы сейчас в какой-нибудь новостроечке.
- Не. Мне здесь больше нравится. Тут, чувак, такая история у дома, хоть книгу пиши. Будет время- расскажу.
- Бомжи не беспокоят?
Иван как-то странно ухмыльнулся и опять дреды на его голове шевельнулись словно живые.
- Стороной обходят.
- Почему?
Иван молча пожал плечами и перевел разговор на другую тему.
А вскоре он уехал.
- Ты, чувачок, последи тут за порядком, пока я отъеду. Вот телефон, звони насчёт работы. Ну ты в курсе. Студентам воли не давай, если что - гони в шею.
- Ты надолго?
- Не знаю, может на пару-тройку недель, может на месяц. Как пойдёт.
- Далеко?
- Угу. Дела у меня, чувак. И не спрашивай какие. Меньше будешь знать- крепче будешь спать.
Насчет сна он правильно заметил. Сны и видения больше не беспокоили Романа. Он сначала отчаянно скучал по ним, но потом чувства улеглись, и он старался об этом больше не думать. Но это пока был рядом Иван. Как только он уехал, в сны стала приходить черноволосая незнакомка. То что происходило между ними заставляло отчаянно краснеть по утрам и сладкой болью разливаться внизу живота. Все дни он ходил, изнывая от жгучего желания и понимая, что ему требуется разрядка, искал знакомства с девушками, что было совершенно нетрудно: молодые пятничные студенточки были не прочь завязать отношения. Но беда была в том, что он грезил только одной. Той, из своих снов. Закрывая глаза, представлял в своих руках извивающееся змеиное тело, слышал её низкий голос, шепчущий в ухо странные завораживающие слова. Он почти сходил с ума от наваждения и желания, потерял аппетит и, наверное, что-нибудь бы сделал с собой, чтобы прекратить эту сладкую губительную пытку, но тут вдруг вернулся Иван и всё закончилось.
Он не стал рассказывать другу о том, что с ним происходило во время его отсутствия, но проницательные глаза и лукавая усмешка будто говорили о том, что тот каким-то образом о чем-то догадывается.
- Что-то, ты, чувак, квёлый последнее время. Может съездим куда на природу, развеешься?
- Я не против,- пожал плечами Роман,- но куда?
- А хочешь, на дачу ко мне рванём? Родители сейчас на море, никто мешать не будет. Речка рядом, искупаемся.
Стоял жаркий август и выехать из душного города, действительно, хотелось.
Иван не стал откладывать поездку в долгий ящик, побросал в рюкзак продукты из холодильника и через час уже усаживались в электричку.
Ехали недолго, дачный посёлок почти примыкал к Москве, что удивило Романа.
- Да тебе всё лето за городом жить можно, а ты в пыльной квартире жаришься!
- Не, брат. Предки жить спокойно не дадут. Да и потом наездился я сюда в детстве. Тоска и отстой.
- Не скажи... - были первые слова Романа при виде старого двухэтажного деревянного дома.
Такие дачи он видел только в кино, когда показывали фильмы о советской элите.
- А кто твои родители?
- Обычные пенсионеры. Мама - бывший фармацевт, отец - автослесарь. А вот дед у меня был генералом артиллерии. И дача от него осталась.
- Здорово!
Дом был темный, сплошь заросшей диким виноградом, тесно переплетённым с гроздьями шишек хмеля, свисающими словно гирлянды с давно некрашенных стен дома. Полузаброшенный мрачный сад казался глухим и непроходимым. Несмотря на жару от него веяло сыростью и запахом прелой листвы.
- Мне кажется, что тут давно никого не было,- раздвигая высокую траву произнёс Роман.
- Странно, я был уверен, что родители практически живут на даче,-он задумчиво достал телефон. Несколько раз набирал номер, но никто не отвечал.
- Связи нет. Ну, ладно, заходи.
В доме наоборот было свежо и опрятно. Роман с интересом разглядывал комнату. Кожаный диван с круглыми подлокотниками, украшенный белой тканной салфеткой, стол, накрытый льняной скатёркой, резные венские стулья, кресло-качалка с небрежно брошенным клетчатым пледом, полосатые самодельные коврики - всё это передавало атмосферу ушедшей эпохи. Казалось хозяин совсем недавно оставил на журнальном столике прочитанную газету, а сам вышел на крыльцо покурить.
- Знакомься, это мой дед Нестор Арнольдович , собственной персоной,- указал на портрет Иван.
Роману отчего-то показалось знакомым строгое лицо с умным прищуром. Мужчина был изображен в полной генеральской амуниции. Из под фуражки виднелись коротко подстриженные седые волосы.
Рома долго всматривался в его лицо, разглядывал надпись под портретом.
- Нестор Арнольдович Нумитов. Твоя фамилия разве Нумитов? -удивился он.
- Нет. Мама в девичестве Нумитовой была.
- Странное имя у твоего деда. И фамилия... Что-то мне напоминает... Нумитов... Нумитор!
Ну конечно! Дед Ромула - Нумитор! А я думаю, кого мне его лицо напоминает! Если бы не короткая стрижка, точь-в-точь бы был!
Иван остановился у портрета, потом с жалостью похлопал друга по плечу:
- Ну, чувак, крыша у тебя и правда, едет. Ты наверное видел где-нибудь портрет моего деда, вот он тебе и приснился.
- Да где я мог его видеть?
- Да мало ли. В детстве где-нибудь в журнале например. В "Огоньке" на обложке его большое фото было, может ещё где.
Роман недоверчиво пожал плечами, но может быть, действительно, так и было.
- Ты иди на второй этаж, располагайся. Чаю глотнём и на речку.
Рома задумчиво поднимался по скрипучим ступеням. И опять его охватило чувство полного родства с окружающей обстановкой. Наверху оказалась открытой только одна комната - узкая, как келья с одной единственной железной солдатской кроватью и казенной тумбочкой. Роман бросил на неё свой рюкзак, переоделся в шорты и спустился вниз.
Выпили по стакану чая на небольшой терраске. Иван всё время задумчиво оглядывал заросший дворик.
- Надо бы траву выкосить вечером.
Роман кивнул.
- А ты давно родителей видел?
- Давно. Созванивались как-то. Я был уверен, что они сюда по-прежнему ездят.
- Может болеют?
- Ну, чувак, если бы болели я бы знал, наверное! И дозвониться не могу. Хотя они сейчас в Крыму, а там со связью, сам знаешь...
Когда выходили из калитки, Ивана окликнула пожилая женщина из соседнего двора.
- Ванятко, ты что ли? И не узнать совсем! Чёйт на голове у тебя? Страх какой! И родители всё лето носу не кажут! Не заболели ли или ещё чего похуже?
- Нормально всё у них, на море они сейчас. Привет баб Мань.
- На море? Дача зарастает, а они на море! Деньги какие завелись? - вскипела соседка.
- Некогда нам, баб Мань,- отмахнулся от неё Иван.
Но женщина никак не унималась.
- И кто это с тобой? Дружок что ли? На море они укатили! Нечего сказать. А я за домом вашим присматривай! Кабы не я, растащили бы всё! - неслось вслед уходящим парням.
- Говорливая у вас соседка,- заметил Роман.
- Первая сплетница в посёлке. Ух и доставалось мне в детстве от неё! Всё родителям доносила! Хотя что ей ещё делать? Одинокая она.
Так, переговариваясь, дошли до небольшой речки, сплошь усыпанной телами местных дачников. Задерживаться не стали. Искупались и пошли обратно. Многие здесь знали Ивана, посыпались вопросы, на которые тому явно не хотелось отвечать.
- А ты спрашивал, почему не езжу сюда. Проходу не дадут. Молодежи почти нет. Одни старики. Они от скуки и любопытства за мажай загонят. Сейчас ещё бабку Маню встретим опять. Та вообще, как репей.
Но, на их счастье, никто по дороге не встретился.
Освежившись после речки, парни взялись за работу. Иван вытащил из сарая старую косу, подтачил её и принялся скашивать заросший двор. Роман сгребал траву и уносил к куче у забора. Уставшие и потные присели на крылечке.
- На речку не пойдем, из колодца обольёмся.
После обливания холодной водой на короткое время пришла бодрость, но вскоре после ужина их сморило и они разошлись по своим кроватям.
Роман почти сразу провалился в глубокий сон, но среди ночи внезапно проснулся. Сквозь незашторенное окно светила полная луна и в комнатушке было относительно светло. И тем не менее он не сразу заметил сидящую в углу комнаты фигуру. Онемев от ужаса, Роман молча всматривался в сидящего.
- Вань, это ты?- прерывистым шёпотом спросил он.
- Почему ты не послушал меня, Ромул?
Блик луны осветил лицо говорившего. Это была точная копия генерала с портрета, Роман уставился на блестящую золотую звезду на погоне мундира, потом его взгляд упал на волосы незнакомца. Они не были подстрижены, а перевязаны тонкой тесьмой сзади.
- Дьяволица принесёт тебе беду и мир не будет для тебя прежним. Вернись в Альба Лонгу, заклинаю тебя. Ты хочешь построить вечный город, но пожнёшь смерть!
- Кто вы такой? - с усилием произнес Роман, ужас в груди нарастал.
- Ты не узнаёшь своего деда, Ромул?
Незнакомец поднялся и сделал шаг к Роману.
- Это всего лишь сон,- в панике решил тот,- всего лишь сон.
Изо всех сил пытаясь проснуться , обреченно наблюдал медленное приближение генерала.
- Разве вы не дед Ивана?- сквозь оцепенение прохрипел Роман.
- Он не внук мне, не внук! Чертова блудница принесла щенка в подоле! - яростно прокричал старик, сжимая кулаки.
От нестерпимого ужаса Роман проснулся. Он лежал, восстанавливая дыхание, сердце гулко билось. Долго не мог уснуть, но потом снова забылся крепким сном.
Утром ночной кошмар уже не казался таким страшным. Тем не менее, спустившись вниз, подошёл к портрету, всматриваясь в лицо. Генерал на портрете упрямо смотрел сквозь Романа. Взгляд его был суровым и надменным.
- Разглядываешь старика?- Иван подошёл сзади,- странный эффект у портрета, где бы я не стоял, мне всегда казалось, что он смотрит мне прямо в глаза.
- Я как раз наблюдаю обратное действие. Ты знаешь, он мне сегодня снился ночью.
- Ого! Твои сны изменились. И что же сказал тебе мой дед?
- Что ты не его внук.
Услышав слова Романа Иван помрачнел.
- Это же сон, ерунда какая-то,- увидев хмурое лицо друга, успокоил Роман.
- К сожалению, не ерунда. А ведь это правда. И я узнал об этом совсем недавно.
Он заварил кофе и вышел на террасу, кивком головы приглашая с собой.
- Я всегда побаивался деда. Никогда он не был ласков со мной, да и родители не особо обращали на меня внимания. Со мной всегда рядом находилась тётка - младшая мамина сестра. Она была инвалидом с детства, одна нога короче другой, поэтому не работала и была в доме кем-то вроде прислуги. Меня всегда удивляло отношение к ней в нашей семье. В отличии от высокомерной матери и властного деда она была мягкой, ласковой, молчаливой.
- А бабушка? - рассказ Ивана навеял воспоминания о собственной бабушке.
- Я её никогда не видел. Она ушла из семьи сразу после моего рождения.
- Как ушла?! Куда?
- У нас не принято было это обсуждать. Не знаю. Ну так вот. Практически все время я проводил с тётей Адиной.
- Ну и имена у вас.
Иван кивнул и продолжил:
- После её смерти я узнал, что она была не родной дочерью Нумитовых. Её усыновили в детстве. Тогда у советской элиты было модным брать в дом сирот. Так маленькая еврейская девочка попала в наш дом. Но и это ещё не всё. Оказалось, что я на самом деле её сын, а мои родители усыновили меня, когда Адина родила ребёнка вне брака. Чтобы скрыть позор. Их собственный сын умер во младенчестве. Усыновить то усыновили, но полюбить не смогли. И не спрашивай, почему я почти не общаюсь с ними, чувак,- он грустно покачал головой.
- Ну и история,- Роман удивлённо смотрел на Ивана,- знаешь, ты хоть и родился в генеральской семье, а я в деревенской, детство наше чем-то похоже, меня тоже сначала воспитывала бабушка, а потом ненавидящая своего ребёнка- мать. А квартира? От кого она тебе досталась?
- А она как раз от родственницы моей настоящей матери. Та долго искала её, и, наверное, какое-то время они общались и Адина открыла тайну моего рождения. Вскоре она умерла, потом умерла и её родственница. А квартира была завещена мне.
- Имя какое, Адина,- никогда не слышал.
- В переводе с иудейского "кроткая", так что я по матери еврей.
- А про настоящего отца тебе ничего не известно?
- Нет. Сколько я не пытал мать,- он замялся,-ту, которую всю жизнь считал своей, она только молча поджимала губы в ответ.
- А приёмный отец, он ничего тебе не говорил?
- Что ты! Это человек полностью раздавленный моей высокородной роднёй. Такой мезальянс! Дочь генерала вышла замуж за простого автослесаря! Правда, он всегда неплохо зарабатывал, но права голоса никогда не имел. Они с Адиной больше подходили друг другу, оба тихие, запуганные. Кстати, мне всегда казалось, что он искренне меня любит, но боится проявить чувства.
- А не мог он быть твоим настоящим отцом?
Иван застыл в раздумье.
- Знаешь, мне и самому это приходило в голову. Один раз я видел, как он с Адиной сидели рядом и он нежно гладил её руку, будто успокаивая. А после её смерти был совсем раздавлен.
- Может быть остались какие-то документы?
- Не знаю, не думаю. Хотя... Знаешь, последние годы дед провёл на даче. На втором этаже его кабинет и спальня. Никогда не видел, чтобы комнаты были открыты, даже при его жизни. Меня приводили туда в редких случаях, когда я шкодил, чтобы он вынес свой вердикт и объявил наказание.
- Что тебе мешает зайти туда сейчас?
- И правда. Понимаешь, чувак, я настолько привык к нерушимым порядкам в этой семье, что мне и в голову не приходило их нарушать. А ведь я вчера натыкался на связку ключей в комоде.