Зов Чёрной Луны

Глава 8

Отлежавшись еще пару дней, почувствовав себя совершенно здоровым, Роман напросился вечером в напарники к Ивану для разгрузки продуктов в одном из ресторанов. Они шли по Садовому бульвару в сгущающихся сумерках. Несмотря на дневную жару, приближение осени чувствовалось во всем : в жухлой линялой траве, в суховатых листьях, грустно прощающихся с деревьями, холодном послезакатном воздухе. Они шли не торопясь, изредка лениво перебрасываясь словами. Роман привычно смотрел по сторонам, разглядывая здания, не уставая удивляться красоте старого города. Вдруг откуда-то из глубины деревьев он услышал слабый голос:
- Ирду, Ирду, это же ты, я узнала тебя! Ирду!
Роман оглянулся и увидел, как со скамейки поднялась девушка. Вид её сильно смутил парня, он толкнул локтем Ивана в бок и кивнул в сторону приближавшейся. Девушка походила на призрак. Черные круги, измождённое лицо, бескровные потрескавшиеся губы, она напоминала ожившую зомби.
- Ирду!
- Кому она? Нам? - ошарашенно спросил Роман.
- Пошли, не видишь, наркоманка,- отмахнулся Иван.
- Не уходи, Ирду! - шептали губы девушки, в то время, как Иван пытался стремительно увести друга прочь.
- Да подожди, может ей помощь нужна? И кого она зовёт? Какого-то Ирду.
- Пойдём, пойдём, ты ей не поможешь! Наверняка дружка своего, нарика потеряла.
Роман ещё раз оглянулся и увидел, как девушка в изнеможении села на землю, протягивая костлявые руки и вслед им слабый ветерок доносил её страшный шопот:
- Ирду, любимый, не уходи от меня...
- Жуткое зрелище! - Роман передёрнул плечами.
- И не говори,- как-то наиграно весело ответил Иван,- и как себя до этого можно довести?
Отчего-то тон его был неприятен Роману, будто вид встреченной девушки развеселил парня, в то время как на него самого произвёл удручающее впечатление. И уже поздно ночью, сидя во время краткого перерыва в темном закутке он забил в поисковик имя Ирду.
" Ирду Лили - один из сыновей-инкубов Лилит, один из первых четырех и сильнейших Инкубов. Он один из Демонов Ночи. "
- Опять этот Демон ночи! - Роман в волнении вскочил на ноги, потом снова сел и глубоко задумался. К утру созрело решение.
- Вань, тут такое дело... Я, наверное, съеду. Я и так долго пользовался твоим гостеприимством, пора и честь знать. Надо устраиваться на нормальную работу, снять квартиру, а то как-то несерьёзно всё это.
- Подожди, чувак! Я тебя чем-то обидел? Или тебе что-то не нравится? - обескураженный тон Ивана несколько смутил.
- Да нет, всё нормально. Но я наверное мешаю тебе? Может тебе девушку хочется оставить на ночь, а тут я.
- Заметь чувак, я предпочитаю ночевать у подружек. Оставишь раз, потом не выгонишь, так что право первой ночи на моём диване принадлежит только тебе! Ты мне, как брат стал! Что ты такое придумал?
- Извини, но я твердо решил.
- Ну подожди, чувак! С работой решим. Тут в один ночной клуб охранник требуется. Корочки тебе сделаем. А что? Вон какие мускулы накачал на разгрузке. Или не хочешь быть охранником?
- Ну почему?- перспектива постоянной работы обрадовала.
- А жить можешь у меня. Если я тебе мешаю, то это ненадолго. Видишь ли, я, наверное, уеду. И надолго. Предложили мне халтурку в экспедиции одной. За квартирой всё равно нужно приглядывать, подъезд-то выселенный, сам знаешь. Поселятся бомжи, разведут вонь, не выветришь потом.
Роман смутился:
- Как ты можешь мне мешать в своём доме? Постой, а куда экспедиция?
- Ну пока ничего не скажу,- туманно проговорил Иван,- знаешь, я суеверный, расскажу- и не получится ничего. Так что потом узнаешь. Ну так что, согласен?
Роману очень хотелось ответить отказом, но он понимал как это обидит друга, он ведь в сущности ничего, кроме добра от него не видел. И всё же, после того, как он дал согласие и Иван обрадованно хлопнул его по плечу, он внезапно, вслед идущему впереди парню крикнул:
- Ирду Лили!
Иван вздрогнул, повернулся к Роману всем телом, на минуту хищно оскалив зубы. Это длилось всего лишь мгновение, но Роману вдруг стало страшно.
- Ты чего? - миролюбиво спросил Иван. Что за тарабарщина?
- Девчонка вчерашняя покоя не даёт,- смущенно проговорил Роман.
- Ну и впечатлительный ты, чувак! Забудь!
Последнее слово будто эхом прошлось по пустой подворотне, в которую входили друзья, подходя к дому. И эти отзвуки эха и впрямь успокоили Романа, он начал оглушительно зевать и дойдя до дивана, упал и забылся глубоким сном.
А через три дня Иван действительно уехал, так толком не объяснив куда и насколько. Предварительно он сводил его в обещанный ночной клуб, где Романа на удивление легко приняли на работу, нисколько не смущаясь отсутствием нужных документов.
Работа нравилась. Делать особо ничего не надо было. Стой, глазей себе по сторонам, смотри как люди развлекаются. Таких охранников или секьюрити, как они сами себя называли, в зале было несколько, они стояли по всему периметру зала, изредка переговариваясь по рации. Каких-то крупных инцидентов не было, если кто-то начинал себя слишком вольно вести, следовало вызвать старшего, самому, за неимением опыта, вмешиваться разрешалось только в крайних случаях.
Однажды в мелькании света разноцветных прожекторов он заметил знакомое лицо. С удивлением узнал Фёдора. Тот был с девушкой, в которой не сразу угадал похудевшую Кони. Некоторое время Роман следил за ними взглядом, но потом отвлёкся на шумную компанию и потерял из вида. В какой-то момент Фёдор тоже узнал Рому. Он проходил мимо с двумя бокалами Манхэттена и, уворачиваясь от танцующих, нос к носу столкнулся с бывшим другом. Оцепенев на некоторое время, Фёдор молча стоял перед Романом, не зная, что сказать.
- Привет! - наконец выдавил он,- не ожидал тебя встретить здесь, вернее, совсем не ожидал встретить...
Роман, будто не замечая говорившего, поверх его головы оглядывал зал. Кони, устав ждать свой коктейль, пробиралась к бару, в поисках Федора. Наткнувшись на него, тоже встала, как вкопанная. После ухода Романа она мучила себя страшными картинами его скитаний и смерти. Ведь он ушёл в никуда, без денег, больной и слабый. Она пыталась искать его, но всё было тщетно. От сосущих душу переживаний и угрызений совести она впала в уныние и даже похудела, что положительным образом отразилось на её внешности. Тут внезапно появился заметно поистоскавшийся и довольно поистратившийся Фёдор. Ни на какие Мальдивы он не ездил, слетал на некоторое время в Турцию, а потом просто прожигал жизнь в барах и ночных клубах. Вот кого совершенно не мучила совесть, и встретив Кони, услышав её сбивчивый горестный рассказ, только пожал плечами.
- Не ужели тебе совсем его не жалко? Он же друг твой. Вы же росли вместе!
- Ну росли... А теперь выросли. Он всегда был чудаковатым парнем, будто с другой планеты.
- Ты же ограбил его! Сбежал!
- Милая Кони, я спасал свою жизнь. Ты, как американка должна меня понять.
- У вас превратное отношение об американцах.
- Угу,- оскалился Фёдор.
Кони раздражённо фыркнула, и всё же она не прогнала Федю, его безалаберность служила слабым утешением для её совести. Он легко предал и забыл друга, в чём же вина Кони? Она пыталась окружить его заботой и вниманием, но он сам не принял всего этого и ушёл. И вот Роман собственной персоной стоит перед ними, совершенно здоровый, возмужавший и до невозможности красивый в этом чёрном стильном костюме, будто он не простой охранник, а какой-нибудь русский олигарх.
- Я должен объяснять тебе всё,- мямлил Фёдор.
Кони не говорила ничего, она просто смотрела на Романа и чувствовала, как внутри рождается буря чувств. От безумной радости и восхищения, до глубокой растерянности.
Роман же был холоден и как никогда спокоен.
- Вы мешаете мне работать,- строго проговорил он.
Фёдор совсем стушевался. Он согласно кивнул головой, взял девушку за руку и повёл к свободному столику.
- Прости меня,- шепнула Кони и с удовлетворением заметила, как на миг потеплели глаза Романа.
Они сидели до самого закрытия, потом ещё долго стояли у служебного выхода, карауля Романа. Фёдор был уже изрядно пьян и это придавало ему смелости, Кони хотелось спать, но так же хотелось дождаться Рому. Когда он вышел, она буквально на себе подтащила к нему плохо стоящего на ногах Фёдора.
- Я должен объяснять тебе Рома. Ты был ну совсем овощем, а они собирались и со мной тоже сделать,- он говорил медленно, с трудом подбирая слова,- я всё верну, не сейчас, потом...
- Мне ничего не надо. И я не обижаюсь. А теперь дайте мне пройти, я устал, да и вы тоже.
- Ну адрес, адрес-то скажи, как тебя найти,- канючил Федя.
- Не надо,- отрезал Роман, тут взгляд его упал на Кони. Она жалко жалась к Федору и в глазах её стояли слёзы.
- И ты прости меня, Кони. Прости, что всё так вышло...
- Я люблю тебя,- почти беззвучно прошептала она и повторила ещё раз по английски.
- Не надо,- остановил её Роман,- у меня теперь другая жизнь, идите домой.
И действительно, это был уже не тот Роман, которого они знали несколько месяцев назад. Он изменился не только внешне. Изменилась его походка, его тон, его движения, его мировоззрение.
А ночью он снова встретил Кони. Но уже во сне.