Зов крови

Глава 18

В школе они сидели за партой вместе и в целом старались держаться друг друга, чтобы в случае чего не попадать в неприятности. Среди скопления народа Рита страдала от жажды. От этого она стала очень рассеянной: не слышала, как к ней обращаются учителя, чтобы вызвать к доске, и как они объясняют материал урока. Люди были для неё лишь движущимися сосудами, хранящими желанную жидкость, и она едва сдерживалась, чтобы не открыть их. На физкультуру и вовсе ходить перестала, сославшись на освобождение по здоровью, после того как её одноклассница, упав со снаряда, ободрала себе коленку. Рита не кинулась на сочащуюся из ссадины кровь только потому, что Валера намертво вцепился в неё, практически обездвижив.

Валера сдерживал её как мог: разговаривал, просил, приказывал, но он не всегда мог находиться с девушкой и несколько раз Рита срывалась, тайком кусая своих одноклассников и даже учителей.

Валера узнал об этом случайно, точнее, просто догадался сам, когда на уроке алгебры строгая Вера Ивановна, за весь свой сорокалетний стаж работы не сделавшая ни одной поблажки ученикам, вдруг сделала исключение для Риты.

– Шарова, к доске! Реши нам упражнение сто пятнадцать.

Рита, промучившись над уравнениями почти пол-урока, так и не выдала правильного ответа.

– Очень плохо, Шарова! И домашнюю работу ты не делаешь. Я твою тетрадь последний раз в начале года видела. Садись, ставлю тебе два. Нет, единицу!

– Нет, Вера Ивановна, не поставите. – Упрямо заявила ученица.

Учительница, немного подумав, сказала:

– Ну, с другой стороны, ты старалась, решала. Иди, садись на место. Потом подготовишься лучше.

Клетка журнала так и осталась пустой.

– Рит, ты что творишь, а? Мы же договаривались: в школе ты никого не трогаешь! – накинулся на неё Валера, когда они шли домой.

– Да я и не трогала.

– Не ври мне! Ты думала, я не догадаюсь? Давно ты алгебраичкой помыкаешь? Кого ещё укусила?

– Ну ладно, – нехотя призналась Рита. — Она мне подвернулась, когда я дежурила в классе, а она зашла забрать журнал. Знаешь ведь, мне тяжело держаться. Но сделать её тушкой целью не было.

– Ещё кого-то укусила? – повторил он вопрос.

– Пару человек. Ну, может, чуть больше. Петю Синицына из параллельного класса, Таню Белову из нашего, Сашку Макаренко из восьмого А, Дениса Козлова из десятого Б, училку вот…

Когда она перечислила всех своих тушек, оказалось, что их больше десятка. И это только в школе. Не исключено, что жертвы попадались ей и на улице, и в собственном подъезде, да и в любом другом месте, где есть люди.

– Я же не могу следить за тобой постоянно. Но ты совершенно не держишь себя в руках. Так всю школу перекусаешь. А если кто-то случайно станет свидетелем? Вот что с тобой делать?

Рита плелась по дороге, опустив голову и виновато смотря на свои ботинки. Выглядела она как нашкодившая собачка, которую отчитывает хозяин, и в данный момент она осознает вину, но через пять минут забудет, за что её ругали и вновь возьмётся за старое.

– Рит, тебя придётся изолировать от общества. – Серьёзно сказал Лагунов.

– А как же я буду питаться?

– Иногда будешь выходить. И придётся посидеть на диете из крови животных, как и мне.

– Разве Игорь больше не помогает?

– Нет. Я отказался от его помощи, и мы поругались, сейчас не общаемся.

– Ого… я и не знала. Может помиритесь? Друзья лишними не бывают. У нас и так никого, кроме друг друга, не осталось.

– Может и помиримся. Но не сейчас. Сами справимся. Значит так, пойдём в больницу и сделаем тебе справку о переводе на домашнее обучение.