Зрелые волшебники

Глава 1 - Зимняя пора

Уже больше года трое ребят обитали в новом мире. Имена их были незамысловаты, но деяния велики. Это были Григорий Карасёв, Настенька Ташкина и Марк Ушаков. В своём мире они могли просто пойти в восьмой класс и радоваться жизни, как все их одноклассники наверняка и делали. Но жизнь в этом мире не дала им такой возможности. И возжелали они на троих мир уровня Средневековья модернизировать хотя бы до уровня промышленного производства семнадцатого-восемнадцатого века. А если повезёт, то и девятнадцатый прихватить.

Начали, как и полагается, здорово. Но следом за знойным летом вдруг неожиданно пришла новая напасть – зима! Сразу и без подготовки.

С приходом давно неведомой в этих краях зимы коньки, лыжи и санки стали самыми востребованными товарами в Красном королевстве. Они составили топ-3 запросов на складах и в оружейных, куда граждане из ополчения сдавали оружие, получали необходимое зимнее утепление и инвентарь по промокоду «требую именем Триумвирата». В списке запросов также шли шубы, дублёнки, валенки, тёплые ботинки с толстыми стельками, шапки всех форм и размеров. В особенности «ушанки», шарфы, варежки и пуховики.

Изобилие плодила Настенька, применяя фантазию. Помогал Ушаков, создавая лезвия коньков и металлические стойки для санок. На первые оставалось только создать ботинки, а на вторые приладить доски, но с этим уже мастеровые справлялись и столяры. Однако, им нужно было где-то работать. Так что сам собой организовался «цех зимних нужд» в одном из утеплённых амбаров.

Осознав, что зима – это не только холодно, но и весело, местные жители посещали каток на главной площади на ежедневной основе. Заодно освоили и пару катков на обоих восстановленных стадионах. Для удобства посетителей обогревали ближайшие помещения, где можно было переодеться и переобуться, а то и просто выпить сбитня, морса или глинтвейна, за пополнением которого в баках на печах или батареях следил уже Карасёв, что так же был не прочь покататься на коньках. Желающих овладеть хитрым искусством «передвижения на железных полозьях» оказалось так много, что пришлось ограничить вход одним, пока не уходили другие. Иначе людей на катке становилось так много, что они постоянно друг в друга врезались и падали, так и не взяв разбег.

– Ну что же вы делаете? – негодовала Настенька. – Получается не каток, а куча-мала. А ну-ка в очередь!

Пришлось обучать пионеров формировать очередь из желающих покататься, а не поваляться на льду. Но ждать на морозе никому не хотелось долго, потому народ быстро смекнул, что каток можно на любой площади организовать. Стоило лишь выбрать ровную поверхность, залить водой и подождать, пока лёд застынет.

Таких любительских катков в городе без морса, но попросторнее, стало немерено. Задействовали каждую площадь, в том числе и Оружейную. Кататься вокруг пушки и бомбарды было не менее весело. Но только катки на стадионах считались профессиональными. Немного разгрузив их от наплыва посетителей, именно там тренировались будущие участники Зимних Олимпийских игр. Даже при свете факелов ночами напролёт. Тренеры спешно переквалифицировали футболистов в хоккеистов, доказывая, что кататься за шайбой это почти то же самое, что бегать за мячиком, плюс обмундирование как военное: наплечники, шлем, поножи. А из новобранцев делали фигуристов, чтобы без дела коньки не протирали.

За всем этим с интересом наблюдали Сервис и Федюн. Последнему досталась в наследие команда «Динамо» и все дела почившего Пропана. «Главный разведчик, контрразведчик и верховный милиционер» охотно принял роль не только предшественника, но и его функцию главного тренера команды. Вместе с Феодорой они днями и ночами пропадали у катков. На коньках и с клюшкой угнаться за маленькой шайбой сложнее, чем за мячиком. Зато – интереснее.

– Воины не боятся трудностей, даже когда они – спортсмены, – сказал Федюн своей морозоустойчивой знакомой. – Что всего лишь означает те же тренировки, но в удовольствие. Полезное это занятие!

– Я поняла, – приняла, как смогла зимняя гостья города. – На выходе получается хорошая физическая форма. Это они так… к войне готовятся!

– Ну не то, чтобы к войне. Скорее… теплее зимовать, – поправился Федюн и вдруг понял, что это не те слова, которые стоит говорить вынужденной носительнице снега за плечами.

– Теперь я точно поняла, – моментально погрустнела подруга. – Вскоре я уйду из этих краев.

– Почему?

– Чтобы дать людям передохнуть, – добавила магиня. – Они начинают болеть, когда зимы слишком много. Люди не обязаны постоянно жить среди зимы. Но там, где я, там всегда зима, Федюн.

– Но ты можешь возвращаться каждый год, – подбодрил скорее себя, чем Феодору Федюн. – Уверен, люди с радостью вновь будут кататься на коньках, санках и лыжах. И так каждый год. За знойное лето горожане соскучатся по льду и снегу.

Подруга сменила печаль на легкую улыбку и спросила:

– А что у спортсменов с экипировкой? Говорят, раньше они были похожи на кубики. А сейчас не отличить от брони.

И Федюн объяснил, что дело в Ташкиной. Она никогда ранее к хоккеистам не присматривалась и никак не могла вспомнить, что на них должно быть надето. Потому сначала у неё получались не хоккеисты, а люди в картонных коробках или подозрительно модные фигуристы в платьях.

– Вот как доспехи выглядят Няшкина откуда-то знает, – возмущался тогда Карасёв, – а хоккеиста одеть не может! Маркуша, помоги ей!

– Мне и без этого дел по горло, – отмахнулся Ушаков, погружаясь в чертежи. – Я над аэросанями думаю.

– А я торможу потому, что доспехи в любом учебнике по истории нарисованы, – ответила Настенька Жоре. – Но хоккеистов ни в одном не было! Или их надо было в домашних условиях изучать, самостоятельно.

– А у тебя и без того забот хватало? – хихикнул Жора.

– Да, в нашей цивилизации ни минуты свободной не было, – кивнула Настенька. – Только и успевали, что картинки листать. Эх, всё бы отдала ради того, чтобы снова чего-нибудь пальцем полистать, и кому-нибудь «сердечко» поставить с «колокольчиком».