Зрящий Солнце, или Рука Миров

Глава 15

Перед глазами джинна мелькали лица, образы, воспоминания….

Будто вся его долгая жизнь, превратившись в вереницу спутанных видений–   скорым поездом мчала пред затуманенным взором, заставляя вновь переживать схватки и сражения, ласки любовниц и острые мечи врагов – ведя в даль… в неизвестность.

Многое – что было, многое, чего уже нет, и, изредка проскальзывая едва уловимым шлейфом аромата ночных фонарей близ города любовников Амура, которые заправлялись благовониями, в качестве жертвы своему единственному божеству – виделись образы из будущего Гарнанджана.

Голова гудела от постоянной круговерти картинок, и уже готовый потерять сознание Гарнанджан ощутил знакомый холод, поднимавшийся от ног к позвоночнику, захватывая тело джинна в кокон леденящих искр, и бросающий его в одно из полотен, столь скоро мчавших вокруг….

Теперь голова не гудела….

Она раскалывалась, словно по ней с размаху ударили дубинкой.

С трудом открыв глаза, ошеломленный и растерянный Гарнанджан, на сей раз одетый немного лучше, чем при разговоре с духом Лабиринта, обнаружив, что находится в центре грандиозного сражения, понял, что голова болела не зря. А валявшееся поблизости тело воина, даже после смерти не разжавшего стальную хватку, будто стремясь унести с собой на тот свет жезл трех локтей в длину, по краям оббитый медью – подтвердило идею о крепком ударе по темечку.

- Где я, Аннанка меня подери…. – Пытаясь хоть по одежде определить, куда занесла его нелегкая, в столь непредсказуемом путешествии по лабиринту – Гарнанджан был крайне сметен….  Камзол рубинового цвета да небесно синие шаровары, на фоне бьющихся в стали и рвущих друг друга воинов, меж которыми танцевал в ошеломляющем, диком, прекрасном и ужасном танце обладатель таких же штанов… - Райден?!...

Обернувшись на зов, Райден поднял к небу меч, в который, ослепительным лучом света ударила молния, разойдясь вокруг тела статного бога и разбросав противников сероглазого в разные стороны. Ураганом крутнувшись, направляясь к Гарнанджану, он метал молнии  и рубил от плеча все, что попадалось под руку, стремясь быстрее оказаться рядом с джинном.

- Как ты здесь оказался, джинн?! – Глаза, сиявшие серым цветом недоуменно впились в стоявшего на коленях Гарнанджана. – Как бы там нибыло, я рад, что ты с нами! – Пнув в сторону джинна копье, валявшееся под ногами, он тем же ураганом умчал в глубину сражения, эпицентр которого сместился в сторону, ближе к утесу, за которым виднелись рвавшие небо острые горные пики. Уже не пытаясь понять, где он, и как здесь оказался, Джинн просто стал рубить бронированных солдат, доспехи которых были буквально литы по телу, давая носителю возможность быть быстрым, и вертким, а не неповоротливым, будто стражи средневековья.

Чуть левее места, куда умчал давний знакомый, бог грома Райден, бой шел плотнее, чем в остальных местах. Хромой старик, истекавший кровью, размахивал тяжелым, кузнечим молотом, сокрушая врагов, и проклиная все, на чем бел свет стоит в лучших традициях Греков.

- Гефест?! – С еще большим удивлением воскликнул джинн, но тут же получил еще одну крепкую оплеуху по голове. – Ну все, теперь я зол…- Не касаясь земли руками, он вскочил, вонзая смертоносное жало копья, в живот атаковавшего его воина, и, перехватив из рук умиравшего тяжелый кистень, помчал на помощь кузнецу Гефесту.

Острое лезвие  рассекло камзол, больно оцарапав бок джинна, чудом не добравшись до печени, в которую видимо метил наглец, с красной повязкой на руке.

Но джинн был не готов и к такому. Обернувшись, он верно видел свою гибель, занесенную для второго удара в то же место, и уже готовясь прощаться с бренным миром, планы скоропостижной кончины, выстроенные самим джинном были нарушены упавшим откуда то сверху парнем в коричневой кожаной куртке, который пушечным ядром влетев на поле брани, вбил копьеносца, чье оружие так жаждало джинновой печени, в землю, переломив несчастного едва не пополам.

- Что, Джано, теряешь хватку?! – Ухмыльнувшись, Джаред дернул головой, убирая непослушную прядь волос, норовившую залезть в глаза, и побежал туда, куда мчал минутой ранее джинн.

- Вот только тебя здесь не хватало, извечный беглец смерти… Так, размышления – потом, а сейчас – стоит быть осторожнее… - Гарнанджан впервые за многие тысячелетия видел свою кровь, и, надо сказать, был не в восторге от ее вида…

Бой длился вечность…

Засушенная земля, досыта напоенная кровью, стала грязью. Она липла к латам, к оружию, вязала ноги….

Поле боя превратилось в месиво…

Здесь уже отсутствовали понятия «стратегия», «тактика»… Уже пропали «враги» и «союзники»…. Сейчас, там, где багряная кровь смешивалась с коричневой пылью, становясь черно-красной ловушкой, для всех и каждого – было лишь одно правило – «Или ты, или тебя…».

Рука джинна не поднималась рубить… Он сидел возле груды тел, которую сам и создал, несколько часов назад, прислонившись спиной к горе металлолома, некогда бывшей боевым вертолетом, и методично выбивая из общей бойни одного или двух солдат – убивая их точными, тысячелетиями оттачиваемыми в иных мирах ударами сабли, найденной в грязи недалеко от места, где он пришел в себя.

На миг бой затих, будто давая вою сирен возможность звучать еще громче, не мешая звоном клинков или выстрелами орудий.

Туда, где продолжали биться Райден, Джаред, и еще несколько бойцов, в легких доспехах, или даже вовсе без них, двигалась процессия, во главе с огромным воином, едва ли не вдвое большим, чем те, кто шел под его знаменами.

Он нес шлем, красногривый шлем Арея Эниалия в руке, давая понять, что Бог Войны пал именно от его руки. Медленно, но размеренно шагая, будто палачи на пути к эшафоту, отряд ведомый гигантом был спокоен и уверен в каждом своем шаге.