Звенящая медь

Остров Невезения

Неприятности в жизни Джефа обычно случались именно тогда, когда ему начинало казаться, что худшее позади, и удача повернулась нужным торцом. После, влипнув по уши, он, конечно, отмечал эту закономерность и давал себе слово быть настороже, если дела внезапно пошли в гору, но… Чему бы грабли не учили, мы сердцем верим в чудеса.

Познакомившись со Светланой лично, Джеф перестал испытывать к девушке неприязнь. Юная, милая, чуть наивная, увлечённая работой и ждущая того же от других, Светлана была прекрасным специалистом в своём деле. Устроенный и обихаживаемый по её указаниям сад хорошел на глазах, требуя всё меньше усилий со стороны садовника. К тому же Светланино искреннее восхищение земледельческими успехами Джефа приятно щекотало его самолюбие.

Отношения с ачами пока тоже не внушали опасений. Подчинённые Чиля каждое утро исполняли над опреснителем положенный радужный танец, взамен получали воду и остаток дня почти не давали о себе знать. Правда, сделать их поселение на острове совсем незаметным для туристов не вышло: дозорные, слетаясь по вечерам к гнёздам, слишком ярко сияли на фоне закатного неба. Но Катарина быстро придумала, как извлечь из этого пользу. Она распорядилась чуть сдвинуть время вечерней службы, чтобы благовест, призывающий паломников в храм, совпадал с возвращением ачей на остров. Посещаемость вечерней службы сразу же выросла: туристы шли посмотреть, как на звук колокола с небес спускаются «ангелы».

В состоянии Мэри как будто наметились перемены к лучшему. Самовольная прогулка пошла ей на пользу. Вечером она выглядела почти нормальной: пыталась помочь по хозяйству, безропотно приняла лекарства, с надеждой рассуждала о завтрашнем дне. Чиль согласился выделить для Мэри часть пещеры и кусок земли на террасе, так что в мыслях она уже расставляла мебель и засевала свой маленький огород. Джефа это более чем устраивало: во-первых, отпадала необходимость круглосуточно следить за Мэри, во-вторых, его берлога освобождалась от лишних любопытных глаз. А ведь завтра должна была прилететь Эми…

Перед тем, как лечь спать, Джеф впервые за много дней как следует вымыл голову и избавился от бороды. После, с удовольствием рассматривая собственное отражение в зеркале, он подумал: жизнь-то налаживается… А ночью его разбудил внезапный стук в дверь.

Сперва Джеф решил, что обсчитался в днях, и к нему ломится разгневанная Эми. Однако за стеклом на фоне звёзд маячил широкоплечий мужской силуэт. Джеф порадовался, что не выскочил к гостю в чём мать родила, обернул вокруг талии одеяло, взял на всякий случай топорик и распахнул дверь.

На пороге стоял Фрэнк. Вместо приветствия он отскочил назад, вскидывая перед собой руки, и только после, узнав хозяина дома, выдохнул пару нецензурных слов.

— И тебе доброй ночи, — хмуро ответил ему Джеф.

— Придурок…

— А, это, — сообразил, наконец, Джеф и небрежно забросил топор в кухню. — Что случилось?

— Буди Мэри. Поехали.

— Куда?

— Куда надо.

— Зачем?

— Распоряжение настоятельницы.

— Да что случилось, объясни толком!

— На корабле узнаешь. И вообще, я тебе не стойка информации, моё дело — перевоз.

— Надолго едем? С собой что брать?

— Ничего.

— А Мэри? У нее лекарства…

— Всё есть на борту. Пошевеливайся.

Это было весьма подозрительно. Натянув комбез, Джеф на всякий случай сунул-таки в рюкзак верный топор, пару зеркал, аптечку и моток верёвки. Оставалось взять с собой Мэри.

Будить её в ночи представлялось крайне неудачной затеей. Мэри и в лучшие-то времена не любила, когда тревожат её сон, а сейчас — могла запросто закатить истерику. Джеф не сразу решился открыть дверь в её спальню. И не зря: внутри его ждал сюрприз.

В комнате было темно и очень тихо. Только смутное предчувствие опасности удержало Джефа от того, чтобы сразу шагнуть через порог. Вместо этого он быстро отпрянул назад и захлопнул дверь. В следующий миг о неё ударилось что-то тяжелое. Не раздумывая, Джеф тут же снова толкнул дверь от себя, прыжком влетел в комнату… и буквально врезался в Мэри, уже приготовившую к броску второй башмак.

Сражение вышло недолгим, но яростным. Прежде, чем отобрать у Мэри башмак и надёжно замотать её в одеяло, Джеф успел получить под коленку пяткой, а по физиономии — сперва этим самым башмаком, потом ногтями. Напоследок он удостоился смачного плевка. И всё же победа осталась за ним. Вколов Мэри дозу успокоительного, Джеф для надёжности поверх одеяла связал её ещё и простынёй, а затем явился миру: хромой, заплёванный, в алых царапинах, с синяком на лбу и вяло брыкающимся свёртком на плечах. Фрэнк смерил его кислым взглядом и вздохнул:

— Индеец хренов… Томагавк не забудь.

На корабле оказалось неожиданно многолюдно. Кроме обычной команды из десяти человек по палубе шатались ещё как минимум пятеро парней, а в кубрике Джеф обнаружил стаю Майкла почти в полном составе, включая Анни и Бэт. И даже Снежная Королева была здесь. Сидя в дальнем углу, она качала походную детскую кроватку.

Осторожно опустив спящую Мэри на диванчик, Джеф спросил:

— Куда это вы все? Что случилось?

— Великое переселение народов, — меланхолично отозвался Дик.

— Исход евреев из Египта, — усмехнулся Рон.

— Сезонная миграция птиц, — потупив взор, едко процедила Бэт.

— В этих шутках есть доля правды, — с улыбкой сказал Майкл. — Нас переводят в общину Химедзи, потому что там отчаянно не хватает людей. Думаю, настоятельница Кати довольна: она одним махом избавилась от всех неугодных.

Джеф аж подпрыгнул.

— Что, и от Эндрю тоже?

Улыбка Майкла сделалась ещё лучезарнее.

— Ну уж нет, настолько странные персонажи в моей общине не нужны.

— В твоей?

— Да. Перед тобой, как ни странно, новый настоятель Химедзи.

— А как же Гондолин?

— Я не настолько амбициозен. Химедзи, конечно, поменьше и попроще, но зато там не будет духоты и крыс. Впрочем, некоторых неугодных эльфам мне всё же пришлось забрать с собой.