Зверь в землях де Шане

Глава шестая, в которой происходит Великая охота, а Эжени слушает рассказ и даёт дельный совет

Дождя в день Великой охоты, вопреки опасениям собравшихся, не было. Небо по-прежнему затягивали тучи, было прохладно и сыро, но сквозь разрывы облаков изредка проглядывало солнце. С самого утра в замке Себастьяна де Шане витал какой-то странный дух, дух свободы и приключений. Обитатели замка были непривычно оживлены, но в то же время встревожены. Даже Эжени, не собиравшаяся ехать в лес, чувствовала непривычный прилив сил и невольно задумалась: не вызвано ли это ощущение её сном? Ведь и в прошлый раз после такого сна она была взволнована, но при этом преисполнена желания поговорить с жертвами нападений и услышать их истории собственными ушами.

И в замке, и во дворе было шумно – лаяли собаки, ржали лошади, переговаривались люди, Инесса, не находившая себе места, в нетерпении порхала по коридорам, Себастьян де Шане проверял старое ружьё. Бертран Железная Рука, быстро сдружившийся с детьми мушкетёров, рассказывал им какие-то истории – судя по взрывам хохота, не вполне приличные. Анжелика краснела, слушая его, Жаклин делала вид, что ей всё нипочём, Рауль пытался удержать маску хмурости, Анри и Леон смеялись от души, и Эжени поймала себя на том, что любуется улыбкой капитана.

«Нет, пора перестать смотреть на него», – твёрдо сказала она самой себе. «Мало того, что он с друзьями прибыл в наш замок и живёт в нём почти неделю, так он ещё занял мою голову, мои мысли и мои сны! Нет, господин капитан, так решительно не годится! Прошу вас оставить мой разум в покое и не являться мне во снах... тем более в таком непристойном виде».

Представив, как она высказывает всё это Леону, Эжени не смогла сдержать смешка. Как назло, именно в этот момент капитан повернул голову и увидел её улыбку. Эжени быстро и стыдливо опустила глаза – не хватало ещё, чтобы он подумал, что она заигрывает с ним!

Мало-помалу сборы были закончены, и кавалькада всадников выстроилась во дворе. Инесса на своей Кудеснице гарцевала рядом с Бертраном, который что-то говорил своим собакам, то и дело наклоняясь к ним и трепля по головам левой рукой. Гончие повизгивали и виляли хвостами – видимо, хозяина они любили. Себастьян, привстав в стременах, обводил двор тревожным взглядом, дети мушкетёров прощались с Анжеликой.

– ... и пожалуйста, Жаклин, будь осторожна, – донеслись до Эжени слова баронессы, когда она приблизилась к пятерым друзьям.

– Ничего со мной не станется! – обычным своим слегка бесшабашным тоном бросила Жаклин и легко поднялась в седло, не опираясь на протянутую руку Анри.

– Это не первая охота, в которой я участвую, – д’Эрбле тоже оседлал коня. – Мадемуазель де Шане, вы пришли проводить нас?

– Да, – Эжени заставила себя улыбнуться. – Осторожности вам уже пожелали, теперь я хочу пожелать вам удачи.

– Удача нам не помешает, – весело кивнул Анри. – С нами Шанталь, а он опытный охотник. Может, сегодня Бог будет на нашей стороне, мы убьём Зверя, и дальнейшее расследование не понадобится.

– Я буду молиться! – Анжелика торопливо перекрестилась.

– Даже если Зверь не будет убит, не стоит впадать в отчаяние, – добавил Рауль. Он, поднимаясь в седло, тепло посмотрел на Анжелику, она послала ему ответный ласковый взгляд. У Эжени от этой сцены защемило сердце, и она поспешно отвернулась. Чуть неподалёку Леон давал наставления своей вороной Дьяволице, и Эжени подошла к нему.

– Я желаю вам удачи, – неловко проговорила она, наблюдая за тем, как Леон расчёсывает гриву кобылицы. Ей вдруг подумалось: а что, если бы он так же гладил её рыжие вьющиеся волосы, пропуская их сквозь пальцы?

«Кажется, я знаю, что мне сегодня приснится», – подумала Эжени, краснея, но Леон её смущения не заметил. Сегодня он был в хорошем расположении духа.

– С нами Бог, – ответил он. – Знаете, мадемуазель де Шане, в тех местах, где я родился, ходит поговорка: «Господь любит детей, дураков и пьяниц».

– И к кому же вы себя относите? – это было очень дерзко и совсем некстати, но Эжени не сумела сдержаться. Впрочем, Леон не разозлился, лишь усмехнулся.

– Все мы – дети мушкетёров, раньше я был дураком, а иногда бываю и пьяницей, значит, мне должно повезти втройне.

– Кажется, вы успели попасть под влияние Бертрана, – покачала головой Эжени, пытаясь сдержать улыбку. – Он любит такие шутки.

– Любит, – согласился Леон. – Знаете, Эжени, может, это странно прозвучит, но он... напоминает мне моего отца. Мы с ним не успели узнать друг друга как следует, но думаю, он так же бы смеялся перед охотой и бесстрашно бросился бы на Зверя, появись тот перед ним. Мы с отцом были вместе всего несколько дней, но я узнал о нём больше, чем за всю свою жизнь.

Заинтригованная Эжени уже хотела расспросить капитана – ей внезапно захотелось узнать про Портоса как можно больше – но тут к ним подошла Анжелика и без лишних слов кинулась брату на шею.

– Леон! – судя по дрожащему голосу, она едва не плакала.

– Успокойся, сестра, – он погладил её по волосам и посмотрел на Эжени едва ли не извиняющимся взглядом. – Ну-ну, Анжелика, не стоит так печалиться, я ведь не на войну иду.

– Мне приснился дурной сон, – она шмыгнула носом и отстранилась. – Должно произойти что-то плохое, я чувствую.

– С кем, со мной? – Леон, по-видимому, не был сильно обеспокоен словами сестры.