Зверь внутри меня

Глава 8

В доме была необычная обстановка, раньше я никогда не видела такого бардака. Завершающим «пятном» в этой картине был отец. Пьяный.
За что мне всё это? Я подошла к отцу и стала бить его по щекам.
--Пап, папа… - он пошевелился и открыл глаза.
--Ааа, это ты! – отец попытался встать. – Ты чего так поздно?
--Проблемы решала.
--Точно. И как там твои проблемы? Решили, как лучше скрыть от меня беременность Ады. – он сел. – Что, дочка, даже ты предала отца? И как оно врать мне в лицо?
Дальше произошло то, что я не могу никак прокомментировать. На меня свалилось всё: страшная правда о моей матери, ссора бабушки и папы, новость беременности Ады, проблема с моей волчицей, упреки отца. Я не контролировала себя, не могла. Мне было тяжело, но я держалась, а он от какой-то маленькой новости напился. В одно мгновение моя рука поднимается и я даю пощечину своему отцу. Он вскакивает, пошатывается от выпитого алкоголя и зло смотрит на меня.
--Ты как посмела поднять на меня руку? – громко кричит он.
--А ты как посмел напиться и что-то мне предъявлять? – зло выкрикиваю в ответ. – Ты мне восемнадцать лет врал о моей матери. Ты никогда не говорил о моей маме, не рассказывал и уж не заикался об отношениях с Адой. А теперь упрекаешь меня? Это даже не мой секрет, папа! Ты вообще перестал мной интересоваться. Сидишь в своей мастерской и больше не обращаешь на меня внимание. Ты больше не говоришь со мной, не слушаешь меня, мы перестали быть с тобой семьей, понимаешь? Ты даже не знаешь, что у меня произошло на Ночи волков. Я не загружаю тебя своими проблемами. Так чего ты вообще хочешь от мен? У меня куча своих проблем, которые мне нужно решить. Моя волчица нашла себе пару, что опасно для меня, а ты пьешь потому, что узнал о беременности Ады? Молодец, пап, ты просто мужик! Так держать!
После того, как я всё высказала, я пошла в свою комнату и позвонила бабушке. Она взяла трубку почти сразу.
--Да, мой ягненок.
--Твой сын напился, я высказала ему всё, что накопилось. Переезжаю к Аде на время.
--Хорошо.
Пока я слаживала всё необходимое, бабушка уже пришла и стояла перед отцом с грозным видом. Я не хотела слушать ещё и их ссору, поэтому просто вышла из дома. Щеки сразу зарумянились от мороза. Как же я устала, как меня всё достало.
Пока шла к многоэтажке, где живет Ада, до меня дошло, что я наговорила и кому? Это же мой папа, единственный родной человек. Но как бы мне не было совестно, я всё ещё шла на него. Ада встретила меня с чашечкой кофе. Я нырнула в её объятия и со слезами рассказывала всё, что накопилось внутри.
--Андри, девочка, ты ещё такая маленькая. Ни один мужчина не сможет вынести столько, сколько маленькая и хрупкая женщина. Твой отец сильный мужчина и он тоже вынес не мало испытаний на своем жизненном пути.
--Я знаю это, но Ада зачем же пить сразу.
--Мужчины всегда ищут утешение в алкоголе. Многие мужчины не спиваются только потому, что у них есть опора, понимаешь? Ты опора для своего отца! Пока ты не вышла замуж, ты единственная женщина, которая может его понять и поддержать, Андри! И он простит тебя, ведь ты его единственная дочь.
--Я бы так хотела, что бы вы были вместе. Ты родишь нам ребеночка и мы бы стали счастливой семьей. Мне бы тогда не пришлось быть опорой отцу. – тихо шептала я.
--Ага, хочешь сложить на меня всю ответственность? – легко подтрунила меня Ада. Но я поняла, что для неё это тяжелая тема.
Потом позвонила бабушка и сказала, что останется с папой. Мы легли спать, но я долго не могла уснуть. Всё крутила в голове то, что узнала сегодня из книг Макса. Не чисто там что-то и мне нужно это узнать. Под утро мне удалось всё же уснуть.
Снился мне Воронов. Он звал меня по имени я просил не оставлять его, прийти к нему, вернутся. Проснулась в полуживом состоянии.
--Останься сегодня дома, любимая, поспи. – упрашивала меня Ада за завтраком.
--Нет. – да, я упрямая.
--Ты несносная девчонка. Только на пол дня. После ты идешь решать свои проблемы и мирится с отцом.
Ну от такого я не могла отказаться.
--Окей, меня устраивает. Спасибо за завтрак. – я поцеловала Аду в щеку и пошла одеваться.
Джинсы, толстовка, полусапожки, волосы в хвост, косметики ноль. Я готова. Ну не люблю я косметику, не люблю наряжаться. У меня всё по-простому, без всяких этих девичьих заморочек.
В кофейне думать было некогда. В холодные зимние дни, много желающих попить горячего кофе.
Я сделала заказ и повернулась к стойке, что бы получить новый и увидела Воронова.
--Привет, Андрюшка. Мне как всегда.
--Угу.
--Как дела?
--Пока не родила. Не доставай меня вопросами, пожалуйста. Я сегодня только до двух, а потом приду к вам? Мне нужна ваша библиотека.
--Я как раз хотел поговорить с тобой. Сегодня приехал дед и он хочет видеть тебя. И ещё, Андриана, ты же понимаешь, что о том, что ты узнаешь или прочтешь в нашей библиотеке никто не должен знать?
--Понимаю. Я ж не Надя.
--Не понял. – он посмотрел на меня так странно.
--Ну помнишь нашу Надю? – я подала ему его кофе.
--Да. – Макс до сих пор смотрел непонимающе.
--Ты что не знаешь этот прикол? Надя же тупила всегда и у нас в классе был прикол, когда спрашивают очевидные вещи или тупишь, то говорили «я же не Надя», или «ты что Надя?».
Воронов смотрел на меня таким непонимающим взглядом.
--Реально не знал? Что ты вообще знаешь, Воронов? Альфа должен знать всё.
--Мне парни не говорили такого. – он пожал плечами.
--Среди пацанов это почти не ходило. В основном девчонки прикалывались.
Тут в кофейню зашел Олег и мне стало не до Макса и не до Нади уж точно. Он уверенной походкой подошел ко мне и широко улыбнулся.
--Привет, красотка!
--Привет. – я улыбнулась в ответ.
Опять начало жечь в груди. Когда же это закончится?
--Привет, Дворак. Как жизнь?
--Оо, привет, Макс. Вот уезжаю завтра, пришел поведать малышку и опрощаться. А ты чего последнее время на связь не выходишь, гулять не ходишь? Там Леночка извелась вся, не понимает, где это делся её любимый Максик.
Макс скривился и отпил кофе.
--Дед нагрузил делами.
--Ооо, скоро Альфой станешь? – Олег похлопал друга по плечу. Я поставила перед нм чашку с мокко.
--Не, мне ещё рано. И дед в хорошем здравии!
Олег повернулся ко мне и ласково спросил:
--Ты будешь меня ждать, Андри? Я обещаю скоро приехать.
Я не знаю почему моя голова дернулась в сторону Воронова, и я посмотрела на него. Зачем? Он смотрел на меня не мигая, а потом повернулся в сторону друга.
--Олег, это не то, что тебе нужно.
--Ты что запал на неё? Вы же вроде враги? – Олег посмеивался, но что-то не нравилось мне в его интонации и то, как напрягся Максим.
--Мы остались врагами, но она не та, кто тебе нужен.
--Почему же это? Андриана мне нравится, я ей вроде тоже.
--Ты сам знаешь почему. – спокойно ответил Макс, поблагодарил меня за кофе и ушел.
--Андри, иди помоги мне. – Ада позвала меня в хранилище, которое мы просто называли камора.
Я улыбнулась Олегу и пошла помочь тетё. Только вот мысли мои витали не около продуктов, которые я переставляла. Чего это Воронов так отреагировал на слова Олега? Почему он сказал, что я не для него? Может, он ревнует? Да нет, не может такого быть. Этот придурок не мог меня ревновать. И сего я молчала, как дурра. Нужно было сказать, что бы та Ворона не лезла в мои дела. Но Олег был не таким, как со мной. В его голосе были такие интонации, которые заставляют тебя опасаться. И ещё один вопрос: почему я тут думаю над мотивами Воронова, а не над признанием Олега? Ух, как я устала с этими мужчинами.
--Макс прав, ты не та, кто нужен такому, как Олег. – тихо проговорила Ада.
--Я не думала над этим. Мне сейчас не до того, Ада. Моя волчица рычит внутри.
--В смысле? Как это?
--Каждый раз, когда рядом Олег у меня в груди печет очень, все переворачивается и будто кто-то рычит: Не подходи. Это странно, правда?
--Это странно и очень опасно, Андри. Ты чувствуешь зверя внутри. Мы больше двух столетий не чувствуем своих волков, будто они не существуют вообще. Дмитрий Иванович дома?
--Макс говорил, что он приехал.
--Иди, Андри, и расскажи ему всё. Вы должны это решить. – Ада стала подталкивать меня к выходу из коморки.
--Но ещё рано, я должна тебе помочь.
--Андри, прошу тебя. Я боюсь, что это очень опасно, понимаешь? Ты должна решить это, а потом, когда я пойду в декрет ты мне очень поможешь. – она поцеловала меня в щеку и подала куртку.
Я оделась и пошла к Вороновым, на ходу набирая номер своего врага. А на душе поселился страх.