Зверодоктор для драконьей гордыни

Глава 11. Кошачья терапия

Воздух за стенами Цитадели был иным. Он не был пропитан древней магией и запахом камня. Он пах свободой, дымком из печных труб приземистых домиков, свежим хлебом из булочной и… жизнью. Самой обычной, шумной, неидеальной жизнью, которую Лиза почти забыла.

Она шла по узкой улочке городка, зажатого в кольце крепостных стен, стараясь не отставать от длинных шагов Каэлана. На ней был тот самый теплый плащ, и его тяжесть, его запах, напоминавший о нем, одновременно согревал и смущал. Он шел впереди, не оборачиваясь, его прямая спина и высокомерно закинутая голова ясно говорили всем окружающим: «Расступиться! Лорд идет!». И люди расступались, низко кланяясь, испуганно косиясь на него и с нескрываемым любопытством — на нее.

«Вот она, бастардка, что дракона приручила», — чудилось Лизе в каждом шепоте, в каждом брошенном украдкой взгляде. Она чувствовала себя диковинным зверем, которого вывели на прогулку.

Голос Алисии, почти затихший в последние дни, едва слышно прошептал: «Все на нас смотрят… Куда он нас повел? Что ему нужно?»

Но Лиза гнала прочь страх. Она с жадностью вглядывалась в улочки, в лавчонки, в играющих у водосточных желобов детей. Это был не парадный выезд знати. Это была ее идея — найти что-то для Когтя. И он, вопреки всему, согласился.

Внезапно ее взгляд упал на узкий проулок между двумя харчевнями. Там, в тени, копошилось что-то маленькое и серое. Приблизившись, Лиза разглядела тощую, но удивительно спокойную кошку. Животное, не испугавшись ее, подняло на нее круглые желтые глаза и протяжно мурлыкнуло, выгибая спину для ласки. На ее боку шрам, но взгляд был полон достоинства и тихого принятия жизни.

Идея ударила ее с такой силой, что она замерла на месте.

— Ваша светлость, — окликнула она его, забыв о почтительности.

Каэлан обернулся, нахмурившись. Его брови сошлись у переносицы, выражая нетерпение.

— Что еще?

— Вот она, — Лиза указала на кошку. — Решение.

Он посмотрел на худющую дворнягу, потом на нее, и в его глазах вспыхнуло привычное раздражение.

— Ты свела меня с ума? Мы пришли за какой-то грязной тварью?

— Не за «тварью», — возразила она, и в ее голосе зазвучали знакомые ему нотки уверенности. — За лекарством. Для Когтя. Ему нужно не зелье, не заклятье. Ему нужно… общество. Существо, которое не будет его бояться, которое нуждается в его тепле и защите. Это пробудит в нем инстинкты, которые уснули вместе с тоской.

Она говорила страстно, ее глаза горели. Каэлан слушал, не перебивая, его лицо оставалось непроницаемым, но где-то в глубине, за стеной недоверия, шевельнулось что-то похожее на интерес. Его дракон, внимательно наблюдавший за всем происходящим, издал внутри тихое, одобрительное ворчание.

Она снова права. Она видит корень, а не ветки, — пророкотал внутренний голос.

«Молчи», — мысленно огрызнулся Каэлан, но уже наклонился, чтобы разглядеть кошку пристальнее. Его взгляд стал профессиональным, оценивающим.

— И ты хочешь подселить к моему боевому грифону, ослабленному и уязвимому, это… это ходячее вместилище блох и лишая? Ты хочешь его добить? Он и так едва жив, а ты несешь ему заразу с улицы!

Его возражение было резким, но на сей раз — не голословным. В нем была тревога истинного хозяина, отвечающего за своего питомца.

Лиза не смутилась. Она ждала этого.

— Я знаю. Поэтому первым делом мы ее помоем, обработаем и осмотрим. У меня есть нужные травы и средства. Я не стану рисковать Когтем. Я хочу ему помочь, а не навредить.

Ее спокойная уверенность обезоружила его. Он снова оказался перед выбором: довериться ее странной уверенности или упереться и потерять последний шанс для грифона.

— Хорошо, — сквозь зубы выдохнул он. — Но смотри же… Если от твоего «лечения» ему станет хуже…

— Не станет, — улыбнулась Лиза, осторожно беря кошку на руки. Та доверчиво устроилась у нее на груди, пряча нос в складках плаща.

Обратная дорога в Цитадель прошла в полном молчании, но оно было иным, чем раньше. Оно было напряженным, но не враждебным. Лиза была поглощена своей ношей, мысленно уже составляя список необходимых процедур. Каэлан же шел рядом, и его мысли были хаотичны и неприятны ему самому. Он ловил себя на том, что наблюдает не за дорогой, а за ее профилем, за тем, как ветер играет выбившимися из-под капюшона прядями ее волос.

В грифонарии, не дав никому опомниться, Лиза распорядилась принести теплой воды, мягких тряпиц и приготовила отвар из очищающих трав. Она устроила импровизированную «баню» в пустом служебном помещении, терпеливо смывая с кошки уличную грязь и пыль. Животное, к удивлению смотрителей, вело себя удивительно спокойно, словно понимало, что ему помогают.

Каэлан не ушел. Он стоял в стороне, скрестив руки на груди, и наблюдал за ее действиями. Он видел, как ее ловкие, нежные руки обращаются с дворнягой так же бережно, как если бы это был породистый жеребенок. Видел ее сосредоточенное, озаренное внутренним светом лицо. И снова это колючее, теплое чувство кольнуло его под сердце.

«Она не суетится. Не паникует. Делает все четко и с знанием дела, будто мыла кошек всю жизнь. Где бастардка могла научиться такому?» — промелькнула у него мысль, и в ней было не осуждение, а искреннее, неподдельное любопытство. Его дракон тихо мурлыкал в ответ, одобряя ее спокойную уверенность.

Наконец, чистая, почти сухая и невероятно пушистая кошка была готова к знакомству. Лиза направилась к клетке Когтя. Грифон лежал на своем соломенном ложе, безучастно уставившись в стену. Лиза, не заходя внутрь, осторожно поставила кошку на пол у входа в клетку.

— Вот, познакомьтесь, — тихо сказала она. — Это твой новый друг.

Кошка, сияющая чистотой и ничуть не смущенная размерами соседа, обнюхала воздух, лениво потянулась и… бесцеремонно прошлась прямо перед носом грифона, направляясь к его миске с водой.

Коготь медленно повел головой. В его глазах, потухших от горя, мелькнула искорка чего-то — не ярости, а скорее недоуменного интереса. Он тихо щелкнул клювом, но не агрессивно, а как бы пробуя воздух.