Маленькая Мэлоди сидела на старой деревянной кровати и слушала, как бабушка рассказывает сказку. На улице уже третьи сутки стояла беспросветная тьма и она боялась даже смотреть в окно.
-Мэлоди, пора ложиться спать, - вставая с темно-вишневого дубового стула проворчала бабушка Шен. Она плотнее укуталась в свою поношенную шаль, передернув плечами от холода. Когда то давно эту шаль связала прабабка Мэл для своей дочери. Бабушка всегда говорила, что туда вплетены жизни всех женщин их рода. С тех пор Мэл пыталась разгадать как ей вплести туда и свою жизнь, чтобы быть рядом с теми кого она успела потерять.
- Но ты обещала рассказать про джиннов, - надув маленькие губки прошептала Мэл и затрясла головой, разлохмачивая ещё сильнее и без того спутанные темно-русые волосы.
За окном подул страшный ветер, который распахнул окно, загоняя в дом маленькие тени и страх, быстро спрятавшийся по углам комнаты. Колыбель, подвешенная к потолку раскачалась и послышался плач младенца. Бабушка поспешила закрыть окно. Захлопнув ставни, она тяжело дыша, поплелась к малышу. Он уже начал успокаиваться, нащупав рукой своё любимое шерстяное одеяло. Шен зашаркала ногами, направляясь к старому твидовому креслу. Она была еще не сильно стара, но тяжелая жизнь давала о себе знать. Ноги переставали слушаться, дыхание все чаще сбивалось и ей не хватало воздуха.
Болезнь медленно пожирала её изнутри. Бабушка знала, что осталось ей совсем недолго, моля всех богов, дать ей пожить как можно дольше. После смерти дочери она хотела лишь одного, успеть воспитать своих внуков, которые были ещё столь малы и беспомощны.
- Хорошо, милая, последняя сказка! Но ты должна пообещать мне, что после этого сразу ляжешь спать!
Мэлоди кивнула головой и запрыгнула под шерстяное одеяло. За окном еще громче взревел ветер, и ставни начали скрипеть, грозя снова раскрыться под тяжестью непогоды.
- Когда то наш мир был совсем другим! Везде росли огромные деревья, моря и океаны были настолько чисты и глубоки, что ни одно живое существо не могло достичь их дна. Земля была плодотворна и прекрасна. И жили на ней джинны, прекрасные из существ. Каждый из них был наделен магией, что поддерживала силы Земли. Все они были равны между собой, но однажды родился новый джинн, который был совсем не похож на остальных. Он был настолько ужасен, что собственная мать с трудом выносила его внешний вид. И нарекли его Древин, что означало проклятый. Пришло время выбрать ему свою джинири. Но ни одна не захотела пойти с ним в пару. Тогда он разозлился и решил похитить силы всех джиннов, чтобы повелевать миром. Обманом отобрал он силу у всех своих собратьев и они преклонили колени перед ним. Джинири же у которых силу он забрать так и не смог, отказались подчиняться ему. Тогда превратил он их в гулей, и обрек скитаться по самым испепеляющим пустыням и кладбищам, и пищей их стала мертвечина. Прокляли тогда джинири своих джиннов за то что подчинились Древину, превратив их в низшие создания, не умеющие менять свой облик. А сам Древин превратился в ифрита, огненного демона, пожирающего весь мир.
- Но ведь это все сказки, бабушка, правда же?
- Конечно сказки, правду никто не расскажет. Но ты уж точно разберешься чему стоит верить, да дорогая? – Шен задумчиво наклонила голову, словно собираясь сказать что-то важное, но тряхнув седой головой, отогнала внезапно набежавшую мысль и тихо хлопнула в ладоши, - а теперь быстро спать!
- Но как же джинны позволили обмануть себя этому Древину, - обиженно проворчала Мэлоди.
- В джиннах было слишком много гордыни, всегда слишком много гордыни! Это их и погубило, Древин лишь наказал их за излишнюю спесивость, - Шен подошла к девочке и подоткнула одеяло со всех сторон, не оставляя места для движения. Через пару минут Мэлоди устало сомкнула глаза и тихо засопела, а бабушка ещё долго сидела в своём кресле и слезы медленно капали с её покрытого морщинами и веснушками лица. Задув свечу, она попыталась встать, но силы совсем оставили её. Не став больше бороться с усталостью она осталась спать в кресле, так больше никогда и не проснувшись.
Утром солнце наконец то появилось на горизонте и начало бить прямо в лицо, спящей девочке. Она почувствовав приятное тепло на щеке, с улыбкой открыла глаза и бросилась к окну.
- Бабушка, просыпайся! Смотри, Хмурь ушла, там снова солнце! – оглянувшись, она увидела странно свесившуюся с кресла Шен. Малышке стало жутко от плохого предчувствия. С опаской она начала громко топая, подходить к креслу. Испуганная, она надеялась, что бабушка откроет глаза и начнет ругать её за шум. В кроватке в углу, слышалось тихое постанывание малыша. У него лезли зубки и часто он плакал посреди ночи от нестерпимой боли. Мэл потрясла бабушку за плечо, рука, лежащая на груди, тяжело упала на подлокотник и ударила Мэл по ладони.
- Бабушка, что с тобой!? – она затрясла её ещё сильнее, слезы потекли из глаз девочки, скатываясь по щекам и падая на старый деревянный пол. Малыш проснулся от громких криков своей сестры и истошно заорал на всю комнату, девочка оставила бабушку в покое и поспешила к брату. Она взяла его в руки и накрыв одеялом, выбежала из дома на улицу. Босая, в одной ночной сорочке, она бежала через всю деревню к дому старосты.
Он стоял в отдалении, возле шумной реки, издалека виднелись его беленные стены. Сверкая грязными пятками, под неугомонные крики младенца, она быстро добежала до его дома и изо всех сил начала стучать своим маленьким кулачком в потерявшую от дождей цвет, деревянную дверь. Петли скрипнули и на улицу вышел старик с длинной белой бородой, потирая глаза, он удивленно смотрел на девочку.
- Зачем ты так громко стучишь, сейчас весь дом перебудишь! – староста ворчливо покосился на кричащего малыша.
- С моей бабушкой что-то случилось, она никак не просыпается! – слезы снова потекли по щекам девочки, громко всхлипывая, она уткнулась в грудь старосте. Тот приобнял её и похлопал по спине.
- Заходи в дом, моя жена тебя накормит кашей! И малыша твоего успокоит, а я пока схожу проверю твою бабушку, - поняв, что девочке больше никогда не суждено увидеть Шен, он смягчился и лицо его словно обмякло, под тяжестью новой проблемы.
Отредактировано: 22.07.2026