Звезда Красного пламени

Пролог

Что если я скажу, что жизнь может перевернуться в один момент на 360 градусов. Что, если самые близкие люди могут скрывать ужасную тайну, касающуюся тебя, твоего происхождения и значения. Скрыть прямую твою сущность, буквально запечатать ее в тебе. Но правда имеет прекрасное чувство юмора, порой даже сочиться сарказмом, она выливается именно тогда, когда все катиться вдребезги, когда ты лезешь на стенку, чтобы избежать того ужаса, который происходит, и именно в этот момент она вылезает наружу, не щадя никого, и как бы больно не было, она продолжает затягивать на дно.

Меня зовут Элайна, мне пятнадцать. Большую часть своей жизни мы с семьей переезжали в разные города: Сиэтл, Северная Каролина, Флорида. И долго на одном месте не задерживались. Это связано с папиной работой, у него своя юридическая фирма, и ее точки находятся в разных частях мира. Этот бизнес он получил от своего отца и делит его с моей тетей Джессикой. Правда я ее даже не помню, мои родители не рассказывают мне о ней, я знаю лишь, что у Джесси произошел конфликт с моим отцом и они разделили акции фирмы и с того момента больше не виделись. Они старательно избегают любого общения, буквально, даже разъехались по разным частям света. В последний раз я видела Джесси, когда мне было лет пять, и не могу сказать, что я скучаю по ней. Ведь как можно по кому-то скучать, кого даже не помнишь? Но она тоже часть моей из без того маленькой семьи. Кроме папы и мамы у меня никого нет...

Бабушку и дедушку со стороны отца я совсем не знаю. Их не стало, ещё когда и меня не было на свете. А родители мамы, прекратили с ней общение после того как она вышла замуж за моего папу. Они хотели бы, чтобы она вышла за другого, но этого не случилось, и они с папой сбежали, уехали, тайно поженились и оборвали все связи с семьей. Мама никогда и не говорила о них. Я лишь могу представить, что у них были сложные отношения в семье и им пришлось так поступить.

Но когда мне было семь, мамины родители погибли в авиакатастрофе. Меня на похороны не взяли, не хотели, чтобы я столкнулась со смертью, это было не к чему, зачем травмировать детскую психику. К тому же, я и не была спокойным ребенком.

Бесконтрольные вспышки агрессии, гнев, депрессия, нежелание с кем-либо общаться. Меня водили к разным психологам, которые, в свою очередь, сказали, что виной всему могут быть постоянные переезды, ведь даже не успев познакомиться с другими детьми, мы срывались и переезжали в другое место. Поэтому настоятельно рекомендовали, что лучшее для ребенка это спокойствие, стабильная обстановка, чего к сожалению пока не было.

Я помню как порой родители вбегали дом, начинали собирать вещи, и говорили, что на фирме кризис, надо срочно приехать закрыть сделку, немедленно, иначе все пойдет к чертям и мы потеряем фирму. И мы срывались и уезжали. Я никогда не забуду ужаса, который стоял на лицах родителей. Мама порой плакала, просила у меня прощения и собирала мои лишь самые необходимые вещи. Я не понимала, что происходит, и делала лишь то, что мне говорили. Что вызвало такие эмоции? Мне порой казалось, что мои родители просто убегают от чего-то. Но от чего они могли бежать?

Поэтому я выросла не самой общительной и приятной особой. Я любила одиночество, сидела подолгу одна в комнате, размышляла о своем, слушала депрессивную музыку. Попросту я была самым заурядным подростком, только ещё все было хуже. Мой бесконтрольный гнев никуда не ушел, напротив стало ещё хуже.

Перед моими глазами словно появлялась пелина, из-за которой я ничего не видела, гнев бурлил во мне. Я скидывала вещи, ломала посуду, орала на родителей, ссорилась с ними, и я не могла по-настоящему выплеснуть эмоции, во мне постоянно стол какой-то барьер, словно рычаг, и я не могла до конца спустить тормоза, не могла излить все, что я чувствую, внутри меня всегда была преграда, страховка, за которую я не могла переступить и от этого я злилась ещё больше.

Отец не мог больше выдерживать этих вспышек и назначил доверенное лицо в фирме, который будет решать все дела за него, общаться с клиентами, ездить по нашим филиалам. Мы же осели в Остине, столице штата Техас. Не самый спокойный городок, но жить можно. Мы обосновались в небольшом двухэтажной доме и тогда все поменялось. Я изменилась. Не знаю почему, но я больше не чувствовала гнева, я даже не знала откуда он брался. Я не осознавала истинных причин моей агрессии, но здесь я словно ощутила себя свободнее, спокойнее, не знаю чем это можно объяснить, почему случилась такая перемена, но родители были рады, лишь изредка странно поглядывали друг на друга и смотрели на меня с каким-то беспокойством, словно я вот-вот и сорвусь. Но этого не происходило, и наша жизнь наладилась, вступила в спокойное русло.

Я пошла в старшую школу Дэнверис, где познакомилась с моей единственной подругой Оливией. Я уже и не помню точного момента как мы с ней подружились, но я ей безусловно благодарна. Лив была моим проводником: она поведала мне о всех особенностях школы, рассказала о преподавателях, и не забыла упомянуть о главных красавцах школы и конечно же их подружках стервах. Наверное именно в тот момент, когда она болтала обо всем, вещала обо всех сплетнях школы и показывала свои футболки, которые она сама делала, я и успела к ней проникнуться. Сама же я больше любила молчать, поэтому , когда говорила Лив, мне было приятно ее слушать. Она понимала меня с полуслова и всегда поддерживала, хотя на уроках профессора Хилза, когда я путала химические реакции, да и вообще органику с неорганикой, посмеивалась надо мной и называла откровенной дурочкой, Конечно, в эти моменты, я готова была ее придушить. Лив стала для меня сродни сестре, она легко вошла в круг моей семьи, ее радушно приняли. Я не представляла больше жизни без нее.