Звезда любви

Глава 34

После завтрака никто не стал задерживаться. Шеховской предложил руку Жюли, дабы проводить её в гостиную, где уже собирались те, кто остался в имении с вечера по причине разыгравшейся метели. Прислуга уже подготовила всё к отъезду, и нечаянные гости торопливо прощались, собираясь покинуть усадьбу. Пальцы Жюли дрогнули, сминая ткань на рукаве мундира. Вдохнув знакомый аромат сандала, она на мгновение прикрыла глаза: как же тяжело было удержаться от желания прильнуть виском к его плечу, спрятаться от всего мира, от мучительных сомнений и от себя самой в надёжности крепких объятий.

- Юлия Львовна, - обратился он к ней с едва заметной улыбкой, когда последний возок отъехал от крыльца, возвращая её из мира грёз на грешную землю, - не желаете совершить прогулку?

- С удовольствием, Павел Николаевич, - обернулась она к нему.

- Предлагаю встретиться в парке через полчаса, - предложил князь.

- Я буду, - отозвалась Жюли.

От Павла не ускользнуло то, как она нахмурилась, как нервно чуть прикусила губу. «Ох, не ведут себя так невиновные!» - закралась в голову мысль, заставившая его усомниться в правильности принятого за завтраком решения.

Спустя полчаса Юленька вышла на крыльцо особняка. Прищурившись от слепящего глаза солнечного света, отражающегося от наметённых за ночь сугробов, она спустилась с крыльца и опёрлась на предложенную руку. В звенящей тишине позднего зимнего утра по расчищенной дворником поутру центральной аллее в полном молчании шли мужчина и женщина, а над ними сверкали и переливались на солнце своды сказочного кружева, созданного природой из простирающихся над головами прогуливающейся пары ветвей и выпавшего ночью снега. Тихо поскрипывал под неторопливыми шагами снежный покров. Каждый погрузился в собственные мысли, и никто не решался начать тягостный для обоих разговор.

Достаточно удалившись от дома, Павел остановился.

- Жюли, - заговорил Шеховской.

- Я вас слушаю, Павел Николаевич, - отозвалась Юленька, стараясь, чтобы голос ев звучал ровно и ничем не выдал охватившего ев волнения.

Павел окинул взглядом обширный парк, роскошный особняк:

- Закревское немаленькое имение, и, как я понимаю, ныне вы здесь полновластная хозяйка, - заметил он.

Жюли кивнула, подтверждая его слова, но всё ещё не понимая, к чему он клонит.

- Всё это так, Павел Николаевич, но прошу вас, говорите прямо.

- Извольте. В сложившейся ситуации у нас с вами есть два выхода. Вы можете остаться здесь, и я никогда более не побеспокою вас - разумеется, если таковым будет ваше желание, - добавил он, заметив, как она нахмурилась при этих словах.

- И каковы будут ваши условия? – поинтересовалась Жюли, решив выслушать его до конца, несмотря на то, что хотелось тотчас возразить ему, признаться в том, какой мучительной для неё была прошедшая ночь, какую боль ей причиняет его равнодушие.

- Я заберу сына и увезу в Петербург. Вы ведь не станете отрицать, что Николай мой сын?

- Не стану, - вздохнула Жюли.

Заметив, что она собирается возразить, Павел нетерпеливым жестом остановил ее.

- Николай поедет со мной, и это не обсуждается, - произнёс он, отметив, какое ошеломительное впечатление произвели его слова. – Он станет моим воспитанником, а позже я намереваюсь подать прошение об усыновлении. Вас же, madame, я попрошу об одном: никогда ни под каким предлогом не появляться в столице и не пытаться увидеться с мальчиком.

Жюли отвернулась, стараясь скрыть слёзы разочарования, выступившие на глазах: он не собирается признать её! Что ж, прошло почти пять лет, наверное, за это время в его жизни появилась другая женщина.

- Вы говорили, что есть два пути, - не глядя на него, едва выдавила она из себя. – Какой второй? - сглотнув ком в горле, мешавший говорить, поинтересовалась Жюли.

- Второй, - задумчиво отозвался Шеховской, - состоит в том, что вы станете вновь княгиней Шеховской. Вы поедете со мной, но в этом случае для вас не будет обратного пути. Выбирая этот путь, вы выбираете меня, - внезапно охрипшим голосом продолжил он. – Вы вновь станете моей женой во всех смыслах, - добавил он, не отводя пристального взгляда от её лица.

- Я выбираю второй, - прошептала Жюли пересохшими губами. - Я ведь и надеяться не смела, что в вашей жизни никого нет.

- После встречи с графом Левашовым я просил свою невесту разорвать помолвку, - вздохнул Поль и недоверчиво покачал головой, указывая на особняк. – Поверить не могу, что вы готовы расстаться со всем этим!

- Я в любом случае остаюсь здесь единственной хозяйкой, Павел Николаевич. Василий Андреевич составил два завещания, - тихо ответила Жюли. – В зависимости от того, какое решение вы примете, одному из них будет дан ход. Но это имение и титул графов Закревских должны перейти моим детям как прямым наследникам. 

- Ваш дядюшка весьма предусмотрительный человек, - заметил Павел, поражаясь дальновидности Закревского и еще более той заботе, какую он проявил в отношении Жюли.

Даже став княгиней Шеховской, она сохраняла за собой имение и, мало того, как явствовало из её слов, по условиям завещания оставалась здесь единственной и полновластной хозяйкой.