Звезда Печали. Рыцарь Скорби.

2 глава «Прими, познай, покарай!»

Три недели спустя…

Я все-таки выздоровел! Не сразу, мелкими шагами, со слабостью и легкими приступами кашля, но поправился. Лихорадка меня больше не посещала, а кашель не терзал легкие. Хотел бы прогуляться и осмотреть поместье, но подниматься на ноги не дозволял лекарь. Он строго-настрого запретил нарушать постельный режим. В этот раз болезнь слишком глубоко поразила мой организм. Могла, по его словам, даже меня убить. Насколько все серьезно со здоровьем.

— Раз нельзя гулять, проведу время с пользой. Исторические хроники почитаю! — решил, беря в руки планшет. В нем я уже мог не просто тыкать одним пальцем, а порхать по интерактивным клавишам.

С подушками под спиной, с теплым одеялом, укутывающим ноги и обогревателем, выделенным няней, я блуждал по всемирной паутине. Интересовал меня сейчас друг, вонзивший кинжал в грудь во имя Справедливости. Его Судьба. Что же принесло предательство и братоубийство. Информация, которую мне предоставил источник, заверенный старейшинами и архивариуса, ввел в бешенстве и неописуемую злости. То, ради чего Тьен пошел на клятвопреступление и вогнал мне клинок в легкое, полетело в Бездну.

Все возвышенные цели, благородные деяния, во имя добра, и все те слова, которыми разум друга затуманили, оказалось — пф! Ничем. Фанатики, не видящие ничего, кроме личного величия, все равно сделали по-своему. Подмяли все и всех под себя. А слова о мире между народами, темными и светлыми, исковеркали в угоду сильным и влиятельным мира сего. Младшие народы — грязь под ногами старших. Темные семьи, если таковые остались — отверженные и угнетенные. Сброшенные в пропасть, сосланные на окраины земель, загнанные, как скот, в резервации. Как было до моей гибели, так и осталось.

Сам же Тьен, несмотря на темное происхождение, посмертно вписан в историю, как один из великих реформаторов тысячелетия. А на деле, будто того обещания, сделать мир идеальным и для темных, и для светлых, данного мне на прощание на краю высотки — не было. Как и клятвы побратимов быть опорой друг другу.

— Вот значит ради чего я погиб, Тьен? — и кривая улыбка тронула бледные, бескровные губы. — Ради твоего упоминания в хрониках! — и пошел по источнику информации дальше.

Нашел кое-что нелицеприятное на свои родственников. Дед, как глава рода, занимает место за столом Старейшин. Отец же его заместитель — младший старейшина. И ждет не дождется, когда старик покинет мир живых. Считает дедовы года. Уже видит себя за столом Великих. А старший братец, наследник рода, мечтает стать его заместителем. Неугодных же роду ждет ссылка. И я как раз вхож в этот список. Бледный, больной балласт семьи, который не нужен. Особенно с убогим даром лунных эльфов.

Тук-тук!

— Докатились, — прошипел себе под нос, когда дверь комнаты открылась, а на пороге стоял тот, кого я никак не ожила увидеть. Хотя, не помешало бы. — Дедушка Рильярис! — обрадовался я появлению доброго дедушки, заботящегося о моем здоровье.

Дед Рильярис — это брат деда Старейшины. Тот ко мне даже под страхом смертной казни не явится. Зато дед Риль частый гость в моем склепе. Как говорят старшие братья, и все их прихвастни. С дедом я уже «познакомился». Даже общие темы для разговора нашел. Он, как и я, любит артефакты. Даже несмотря на то, что по словам моего поколения — это ненужный мусор. То ли дело гаджеты, будь они неладны!

— Силь, ты выздоровел! — дед был рад видеть меня не сгорающим от лихорадки, почти здоровым и на ногах. Я хотел встать. Но: — Уже разрешили встать? — серьезно спросил он, а я отрицательно мотнул головой, добавив что очень хочется. А то ноги слушаться перестанут. На что дед задорно и глубоко рассмеялся, говоря: — Раз ты такой прыткий, то прогуляемся!

И всего на пять минут меня покинул. А потом вернулся с утепленным комплектом одежды. И все в светлых тонах лунного рода. Серые брюки с молнией на боку, с высоким горлом водолазка, носки утепленные и пушистые тапочки. Помогая мне подняться, кое о чем забыл. О волосах. Да и я никак не привыкну. Эльфы — народ помешанный на длинных волосах. В них заключена сила, так говорят. Но все это второстепенно. Волосы — это издревле показатель статуса. Чем они гуще, сильнее и длиннее, тем почтительнее к эльфу относились. Правда, было это тысячу, а то и полторы тысячи лет назад, еще до моей смерти. А сейчас от тех традиций остались только названия и отголоски.

— Пошли? — спросил меня дед Риль, протягивая руку помощи в передвижении по прямой плоскости. Ее я принял.

Опираясь на локоть деда, делал неуверенные шаги, словно я заново ходить учусь. Хотя, так оно и есть. Тело недавно стало моим. К нему надо привыкнуть, а магию, пусть и тихую, едва теплящуюся в груди — развить. Благо техники прошлой жизни при мне. Их я помню. Но этим я займусь после того, как привыкну к телу и еще одному источнику магии. И не буду применять чужую помощь для передвижения по дому.

— Брат, ты на ногах? — а вот и главная проблема существования появилась. Старший брат, наследник рода и любимчик отца, поставивший перед собой цель меня изжить со свету. — А я то думал ты наконец-то к бабке своей блеклой отправился! — и подошел совсем вплотную, наплевав на слова деда оставить меня в покое. Рука его легла на мое плечо, а сам он, склонившись, шепотом сказал: — дед Рель не спасет тебя, Силь!

— Прочь! — отогнал от меня брата дед, — Найди себе противника по силам, Ристарт!

— А мне и Силь подходит! — сказал брат, отходя и покидая коридор, смеясь. Еще долго я слышал его смех. Казалось, он раздавался в моей голове, а не в коридоре.

Настроение у меня скатилось вниз. Не радовало ничего. Даже библиотека, в которую дедушка меня привел развеять хандру. Определенно, я буду здесь частым гостем. Интернет — хорошо, но книги — это есть сущее. А еще источник знаний, который в моем положении мне просто необходим. Ведь не всё мастерами и технарями оцифровано и перенесено в общий доступ. Есть такая информация, которой делиться нельзя. Семейная тайны, передаваемые из поколения в поколение. Возможно, среди этих книг, я найду какие-нибудь техники лунных эльфов.