Звезда Печали. Рыцарь Скорби.

21 глава «Ниточка к правде»

Силь

Раны, несмотря на то, что покрылись коркой, все еще меня беспокоили. При каждом неправильном или резком повороте, движение, они давали о себе знать. Опаляя и обжигая, как огнем. Сидя за столом, не спеша обедая, понимал, приду домой и рухну на кровать без чувств. И приду в себя только ночью. Вот тогда Госпожа мне поможет, исцелит и даст силы пережить временную слабость. Пока что я терплю и делаю вид, что со мной все хорошо.

— Силь, ты какими судьбами? — услышал я голос Тера, который как раз пришел пообедать. Увидев Мисоль, заказал ей солянку и картофельную запеканку, а напиток как обычно. Тер, взяв стул, присоединился к нам с Шахссаром. — Светлого дня, Шахссар-эхса, — тот ответил кивком и доев обед, запив все чаем, покинул нас. С меня же взял обещание беречь себя и не перенапрягать ногу, не тревожить бок. Проводив дракона взглядом, убедившись, что тот более не вернется, спросил: — и как Шах тебя умудрился ранить? С твоим-то умением! — это он про «Шаги», — или ты специально…

— По-другому никак, — развел руками в стороны, — он не должен узнать, что я Рыцарь, и уж тем более что тот самый, — Тер меня понял и тему эту закрыл. Спросил о том, как долго я хромать буду, ведь он хотел узнать, насколько восстановились мои навыки и техники, как фехтовальщика. — Думаю, через пару дней я смогу скрестить с тобой клинки, Тер. А пока буду восстанавливаться.

— Лечись, — сказал эльф. Улыбнувшись, он сладко облизнулся, вед его обед, желанные и аппетитный, уже шел с помощью прекрасной Мисоль. Поставив все перед Тером, Мисоль ушла принимать заказ других посетителей. А друг напомнил о еще одном обещании, но уже с его стороны: — у меня для тебя есть новости. О дедушке. — Я был в ожидание. Ждал, не торопил друга, пусть поест, и тогда, на сытый желудок, внятно и подробно расскажет обо всем, что узнал.

Как только Тер отставил пустую тарелку, в которой недавно была запеканка, рассказал все, что узнал. Точнее его люди, тайно, под прикрытием проникнувшие в младшую башню Звезд в соседнем городе, где дедушка и нашел свой конец. У дедушки, как оказалось, было свое расследование. Скорее, личная проверка, как ответственного, касающаяся энергетического источника темного направления и тех, кто должен с этим источником контактировать. Он не скрывал интерес, узнавал у звездочетов башни, как все работает, с учетом того, темных все меньше, а в совет они вообще не входят.

— И, что узнал?

— Вот в том и вопрос. Как сказал секретарь твоего дедушки, при нем был увесистый блокнот, в котором было множество пометок и записей. Дед твой, как оказалось, так документацию вел. Сначала все от руки записывал, схемами, таблицами зарисовывал и рассортировывал, а потом все в один поток информации соединял, — и тут тупик, так как: — блокнота у почтенного при себе не оказалось. Как и в номере. Да и нигде, ни по одному адресу. Детективы и звездочеты все проверили.

— Значит, тот, кто был с ним в последние минуты… — и начал отчаянно вспоминать то, что видел в ту ночь. Кто подле него был, все окружающие дедушку эманации. Но ничего. Дар Бан-ши молчал. Ничего не показывал. Только страдающую перед смертью душу деда Риля.

— … забрал блокнот. А с этим и мотив убийства. Твой дед, Силь, скорее всего, что-то узнал о башнях, темных источниках. За это его и приговорили, — Тер смотрел на меня, но взгляд его был не здесь, а там, откуда не вернулся дед.

Если бы не жесткий график Шахссара и неприятная вероятность стать супругом пепельной Утьен, наведался бы туда, и сам, в компании Тера ли, выяснил, что именно узнал дед. Как и то, кто проклял. Зная это, не сложно узнать, кто заказал. В том, что руку приложил к смерти деда Альхаирис, не сомневался. Вопрос: что такого в этих кристаллах? И как на самом деле происходит поддержка темного источника?

У меня был еще один вариант узнать правду, но его я хотел оставить на самый крайний случай. Даже несмотря на то, что фраза: «враг моего врага…» — звучит крайне заманчиво, как и более размытые границы дозволенного, опасно с моим-то уровнем развития энергии связываться с мастером теней, особенно не зная, каким именно уровнем тот владеет. Его участие в этом деле будет лишним, пусть лучше для начала узнает, кто на него или меня тех немых, с подавленной волей наемников натравил. А уж там видно будет.

Тер, погруженный в свои мысли, со мной сухо и коротко попрощался. А я, набрав Сидора, попросил его за мной приехать. О том, что со мной случилось, и почему мне нужна помощь в передвижение на столь короткое расстояние, узнает уже в машине. Заплатив, собравшись с мыслями и силами, напрягая ногу едва-едва, с зонтов над головой, шел к машине. Сидор, как обычно, с улыбкой, традиционным обращением «эхса», открывает передо мной дверь. А я, на заднем сидении с облегчением выдыхаю, ведь бок сковало и обдало жаром.

— С вами все хорошо, эхса? — обеспокоено спрашивает водитель.

— Будет, ночью. Луна поможет, — и откинув голову на спинку сидения, восстанавливал дыхание. За этот короткий путь мне не удалось подумать о том, что я узнал от Тера. Но подумаю позже, когда буду дома, на кровати, в привычной темноте, с закрытыми шторами.

Дашшарэн

— Лильсиль-эхса, а ты, оказывается, не так прост! — удивленно сказал, прочитав отчет своих людей, собравших мне полную информацию на лунного эльфа.

Не ожидал увидеть в окружение Лильсиля такую личность, как Алый Шахссар. И дракон не просто знакомый, или как ранее приставленный к мальчишке наставник, наблюдающий за перспективным хранителем истории, а Учитель, заявивший об этом во всеуслышание на праздновании, в честь 201 дня рождения Лильсиля. И не просто заявивший, а вручивший дар. Назвав мальчишку «оён иссимё», дал таким образом понять, что сравняет с землей, или порвет в лоскуты любого, кто посмеет ему навредить. У драконов, в чем мы с ними схожи, дети — это больная тема.