Звезда Печали. Рыцарь Скорби.

44 глава «Тайна тёмных источников»

Силь

Просыпаясь, ощущал себя так, словно вчера я много пил, а сегодня страдаю похмельем. В ушах шумело, в глотке пересохло, а перед глазами все мелькает. Тело меня не слушается. Но помимо этого, мое движение ограничивали стальные наручи на запястьях и лодыжках, с тянувшимися к стене цепями. Суда по темноте, сырости и гуляющим сквознякам, меня держат в каком-то подвале. И я не один.

Едва-едва, но я слышал биение двух сердец, окутанных внутренней энергией. Одна из энергий, обжигающая и горячая, принадлежала Олиссару. Этого эльфа я с другим не спутаю. А вторая энергия, пропитанная ядом и шепчущая ближайшими тенями — Дашшарэну.

— С добрым утром, Лильсиль-эхса, — поздоровался со мной Сидор, или тот, кто надел его личину.

— Не могу сказать того же, эхса! — сказал, тем самым давая понять, что его личность раскрыта.

На деле это блеф, вынужденный обстоятельствами и временно заблокированными каналами энергии. Слишком слабая печать, рассчитанная на мастера Земного уровня, а не на Поднебесного. Снять ее мне не составит труда. Не сразу, а минут через десять. Поэтому, пока что, буду отвлекать его разговорами.

— Как вы догадались, эхса? — спросил, обращаясь ко мне вежливо и учтиво. Не отказал себе в удовольствии, спросил в ответ:

— Эхса, вам права подарили, или вы их купили? — и для наглядности потер ноющие ребра, — водите отвратительно, — стоящий напротив начинал злиться, учтивость в речи пропала. А я стал мелким паршивцем и блеклым выродком, — вот и я о том. Никакого уважения к пассажирам. На месте таксопарка я вам даже катафалк не доверил бы, с учетом того, что пассажир уже мертв! — тяжко выдыхал и осуждал.

— Ах, ты! — рычал эхса, смотря на меня, как на таракана под ногами, готовясь меня в любой момент раздавить.

Я же, откровенно и в лицо, продолжал над ним издевался. Говорить о его криворукости и неумении водить, придумывая разные гадости и шутки. Говорил, что ему больше подошла бы роль постового с полосатой палочкой, больше бы заработал. Эхса сдерживал порыв меня прибить на месте. Но ругаться и покрывать меня все новыми-старыми оскорблениями не переставал. От этого диалога я получал неописуемое удовольствие, как и от кипящей в его груди злости.

А печать, на меня наложенная, еще немного и слетит. По ее поверхности уже шли трещины и сколы, пропускающие энергию и позволяющие восстановить нашу ментальную связь с Юки и отпустить незаметно бабочек на разведку и сканирование обстановки.

— Ядовитый мальчишка! — констатировал факт похититель, а я не отрицал. — Но ничего. Еще немного, и пыл твой поумерится! — насмехался эхса, намека на кандалы и мое местонахождение. — Есть что сказать напоследок?

— Есть, — не отрицаю, — хочу спросить, раз уж все равно помру, — и усмехнулся, задавая вопрос: — что не так с темными источниками? Ведь не просто же так, вы убили дедушку Риля, — как, вопрос другой, — и похитили нага и эльфа. Расскажи, окажи любезность! — и широко, обворожительно улыбнулся, усаживаясь на полу поудобнее, опираясь о стену спиной, подгибая ноги под себя.

— Любезность?! — возмутился эхса, — с чего бы? Ты нам столько крови и нервов попортил, как и те двое, — имея ввиду нага и эльфа, — а дед твой… — но не договорил, так как хотел помоями полить. Взял себя в руки, а я сказал:

— Считайте это последней просьбой приговоренного к смертной казни, — и снова моя фирменная улыбка, от которой в прошлом у всех бежали ледяные мурашки и кровь стыла в жилах. Но этого не проняло, или он еще не понял.

Лунный источник, пока мы беседовали, уже полностью освободился. Я его ощущаю в полной мере, как и влияние Звезды Печали. Клятва Рыцаря — «Карать виновных», уже жжет кончики пальцев, а крылатые клинки, отмеченные волей покровительницы, готовы оборвать жизнь стоящего напротив.

— Источников темного направления не должно было существовать изначально, — зло процедил тот, кто все еще носит маску Сидора. Что произошло с настоящим, я узнаю потом. А пока: — Каким же счастьем стала случайная смерть последнего хранителя. Своего рода избавление от скверны, — каждое слово пропитанное гордыней. То, что происходило, стоящего напротив невероятно радовало. Его просто распирало. — Что же касается всей той темной энергии, свободно гуляющей по жилам мира, то ее удалось запечатать. А тех, кто тьмой пользовался — устранить, вырвать с корнем.

— А стабилизаторы? — это единственное, что я понял из рассказов Дора, — они нужны для равновесия. Как с ними быть? — поинтересовался, надеясь на то, что в запале гордости он расскажет и об этом, но, увы.

— Это уже второй вопрос, Лильсиль. У тебя было право только на один.

Мановение руки и с его лица слетает чужой облик, являя знакомую, почти всегда улыбающуюся физиономию младшего Звездного старейшины Зельдара. В его руках, под действием складываемых печатей, формируется Звездная техника, готовая наконец-то оборвать мою жизнь. Но не тут-то было. Взгляд глаза в глаза, сложенные мной печати и вот, он уже в моем ментальном море. Видит Многоликую Госпожу за моей спиной.

— Когда ты… — недоумевал он, смотря на полнолунную покровительницу в россыпи звезд, — ты не на Земном уровне! — догадался эльф, но поздно. Как и применять против меня технику.

Она рассыпалась искрами в его руках. А под ногами же застыло недвижимое озеро, отражающее и его, и меня, и все, что вокруг. Кроме того, что происходит за его спиной. Улыбаясь, предвкушая пир моей темной душе, показываю на то, что происходит позади. Не решаясь, он все-таки оборачивается, и видит тьму безлунной ночи, потухшие звезды и трещащие разломами пространства темно-синие небеса, с зияющими дырами и зеркальными гранями. Они затягивают его в недра бездны.

— Колодец Пустоты!

— Поздно спохватился! — широкая, как у Чеширского кота улыбка и взмах руки по кругу.

Тут же кольцо колодца покрылось новыми трещинами, разломами и пришло в движение. Рука сжимается в кулак, рывок на себя, и потоки энергии начали затягивать пойманной мной сознание эльфа внутрь. Тот сопротивлялся, но бесполезно. Колодец поглотил его разум полностью, без остатка, отправляя душу в пучину воспоминаний, наполненных чужой болью и страданиями, потерями и смертью.