Звезда Печали. Рыцарь Скорби.

49 глава «Лунный рыцарь»

Отступление

— Ты об этом пожалеешь! — рыкнул лунный, стирая с лица алые капли, откидывая испачканные в крови пряди назад.

Выдохнув, призвав одну из бабочек, Лильсиль создал новую маску, но в этот раз скрывающую верхнюю часть лица. Его не должны узнать, иначе все старания коту под хвост. Этого ни в коем случае нельзя допустить. Как и проигрыша какой-то электрической змее. Что до ран, оставленных когтями дракона, то они скоро затянутся. Даже следа не останется.

— Разозлился, Предвестник? — усмехнулся громовой, видя серебряный блеск в глазах противника.

— Нет, остыл, — и быстро, за мгновения, сложил два десятка печатей разом, произнося: — Марево Лунных Иллюзий. Танец.

Лильсиль, с кинжалами в руках, растворившись серебряной пыльцой своих помощниц, слился с энергетическими потоками пространства. Неуловимо для глаз дракона, оказываясь, то справа, то слева, то за спиной, то перед глазами, он наносил один единственный режущий удар, оставляя алый росчерк и глубокую, сочащуюся кровью рану.

— Тактику сменил? Ладно, — весело рассмеялся громовой дракон, стирая стекающую по подбородку алую дорожку большим пальцем, — принимаю этот вызов! — рыкнул и замер на месте, концентрируя силу, формируя из нее что-то мощное.

Воздух накалился, сверкали искры, трещали разряды, уползая змеями в стороны. Принимая удар за ударом, не отражая, не ставя блок, защищаясь только хаотично-бегающими по телу молниями, Принц Грома взывал к своей сильнейшей технике. Складывая пальцы, он бормотал активирующую формулу. И когда лунный эльф в очередной раз оказался рядом, занося клинок для режущего выпада снизу вверх, собираясь потом снова раствориться серебряным туманом, дракон произнес:

— Небесный Император! Раскат!

Круг активированной техники под его ногами засиял лазурью и тут же взлетел вверх энергетическим потоком, скрывая дракона с головой от глаз зрителей и противника. Под потолком сформировались тучи, сгустились и потемнели. Запахло проливным дождем. Раздался гром, сверкнули желтые вспышки, а темень разорвала ярко-золотая молния, обрушаясь на тех, кто за спиной. В очертаниях свинцовых туч, под росчерки молний, можно было увидеть очертания могучего зверя, с развивающимися длинными усами, гривой и горящими золотом глазами. Когтями он угрожал тем, кто угрожал его призывателю.

— Это конец, Предвестник! — тучи разверзлись, но гром и молнии продолжали сверкать и громыхать. А на арену, сверкая лазурными чешуйками, по которым бегают электрические разряды, спустился он: — Громовой дракон! — зависнув за спиной Принца Грома, ожидая приказа. Принц, смотря на противника, что-то бормочащего и спешно призывающего защитную технику, приказал дракону: — Рык!

Тут же из клыкастой пасти, с рыком, вырвался десяток обжигающих молний, бьющих эльфа в грудь, до хруста, до хрипа. Не увернуться, не отразить, слишком мощный поток и жар, плавящий все, даже песок под ногами. От столкновения с противником, вверх поднялся столп света, через мгновения разлетаясь волнами энергии во все стороны. Раздался истошный крик:

— Грха!

Все похоронили эльфа как мастера, ведь принять удар такой мощи дорогого стоит. Ему грозит если не смерть, то разрушение всех полученных навыков и меридиан. Ядро тоже не выдержит, расколется. С замиранием сердца, смотря на арену и стихающий золотой свет, окутывающий Предвестника, зрители ждали чуда. Им нравился этот мастер с ручными бабочками. Никто не желал ему такого печального конца.

— Ха-ха-ха! — слышится смех эльфа.

Миг, и золотое марево драконьей техники рассеивается, являя эльфа. Живого, чуть поджаренного, но не проигравшего. Губы его, окрашенные кровью, растягиваются в улыбке. Длинные белые волосы, покрытые копотью и сажей, развиваются от концентрации энергии, исходящей от него и бьющей во все стороны разрядами. Расправив плечи, поправив маску на лице, восклицает:

— Больно, мать твою! — выплескивая сгусток крови, клокотавший в груди, — убить меня вздумал? — ругается эльф. — Если бы не новая техника, сдох бы, — и благодарит капитана его команды за своевременный толчок и ход. — Она меня спасла, — и показал на раскрывшиеся за спиной серебристые крылья.

«Серебрянокрылый доспех» — он покрывал его тело: грудь, плечи, спину, руки и ноги, переливаясь оттисками лунных помощниц. Доспех защитил и принял мощь небесной стихии на себя. На серебряных пластинах от рева дракона даже царапины не осталось. Было больно, безумно, до черных точек перед глазами и привкуса крови во рту, но скорее от ударной волны, которая все-таки прошла и задела его.

«Доспех — хорошая техника защиты. Но бесполезная в нападении» — так думали зрители, пока в руке не увидели его — меч, с крылатой гардой, именуемый:

— Клинок Полнолуния!

Взмах, всего один, но с лезвия срывается сотня энергетических лезвий, разрушающих и уничтожающих технику громового дракона. Еще взмах, и серебряного цвета росчерки пронзают призванного техникой противника дракона и растворяют его, оставляя только золотые вспышки. Последний взмах, и стихает гром, перестают сверкать молнии, а тучи под потолком развеиваются, оставляя только темный бархат небес и сияющую полноликую Госпожу.

— Это точно техника Поднебесного уровня? — рычит сквозь хрипы и боль Принц Грома, держась за грудь.

От принудительно разрушенной техники, по нему ударила отдача. Скрутила его и повредила внутренние органы. А от перенапряжения с пальцев на песок стекала струйками кровь. По лицу, застилая глаза пеленой, катились багровые дорожки. От усталости и опустошенного резерва его шатает и мотает. Как и лунного. Они дошли до своего предела, каждый из них.

— Да, но для Малого созвездия, — устало отвечает эльф, улыбаясь.

— Значит… — хотел предположить дракон, что противник поступил нечестно, скрыл истинный уровень, но эльф отрицательно качнул головой, говоря, что он и правда мастер Поднебесного уровня с тремя зажженными звездами, просто ему повезло усвоить и постичь технику выше ступенью.