Звездная дань: Пленница Игниса

Глава 1

Красные аварийные огни пульсировали в такт с сиреной, разрезая полумрак тесной кабины «Стрижа». Звук был оглушительным, визжащим, словно корабль уже чувствовал свою скорую смерть и кричал от боли.

— Давай, давай, ну же, родной, не подводи… — шептала Лира, стискивая зубы так сильно, что во рту появился металлический привкус крови.

Ее пальцы, закованные в тонкие перчатки пилотского скафандра, порхали над сенсорной панелью, пытаясь вручную перенаправить энергию из сгоревших маневровых двигателей на носовые щиты. Бесполезно. Ионная буря, бушующая в нижних слоях атмосферы неизведанной планеты, буквально разорвала навигационные цепи. Экраны мигали, выдавая каскады ошибок на незнакомом, шипящем языке статических помех.

За бронестеклом иллюминатора не было видно звезд. Был только ревущий, кипящий океан фиолетово-багровых облаков, пронизанных ветвями синих молний. Планета, даже не отмеченная на картах Гильдии Вольных Торговцев, тянула ее к себе с жадностью голодного хищника. Гравитация здесь была аномальной, тяжелой, давящей на грудь так, что каждый вдох давался с трудом.

— Предупреждение. Целостность корпуса нарушена на сорок два процента. Температура обшивки превышает критические значения, — бесстрастный голос бортового ИИ звучал издевательски спокойно на фоне всеобщего хаоса.

— Отключи голосовые оповещения! — рявкнула Лира, дергая штурвал на себя.

Корабль содрогнулся, словно наткнувшись на невидимую стену. Ударная волна прошла через кресло пилота, и Лира почувствовала, как ремни безопасности с хрустом впиваются в ключицы. Где-то позади, в грузовом отсеке, с грохотом сорвались крепления. Ее груз — дюжина контейнеров с очищенными энергетическими ячейками — теперь болтался там, как кости в погремушке.

Она была курьером. Одиночкой. Девушкой, которая предпочитала холодный вакуум и предсказуемость гиперпространства шумным барам космических станций и липким объятиям случайных любовников. «Стриж» был ее домом, ее крепостью. И теперь эта крепость падала в ад.

Облака расступились, и Лира на долю секунды увидела поверхность. Это был не просто мир. Это был кошмар геолога. Острые, как битое стекло, горные пики чередовались с густыми, темными массивами джунглей, над которыми поднимался густой, ядовито-зеленый туман. Вдали извергался вулкан, изливая потоки расплавленного золота в черные реки.

— Держись… — прошептала она сама себе, активируя аварийные тормозные парашюты и включая на максимум инерционные компенсаторы.

Удар.

Он был таким сильным, что мир просто исчез. Не было ни звука, ни света. Только абсолютная, звенящая пустота, в которой ее сознание болталось, как щепка в водовороте. Затем пришла боль. Она накатывала волнами, пульсируя в висках, в ребрах, в левой руке.

Лира открыла глаза. Кабина была перевернута. Она висела на ремнях, вниз головой, а кровь из рассеченной брови медленно капала на потолок, который теперь стал полом. Запах озона и горелого пластика забивал легкие.

— Система… статус… — прохрипела она, сплевывая кровь.

Тишина. ИИ был мертв. «Стриж» был мертв.

С трудом, игнорируя протестующие мышцы, Лира нащупала пряжку ремней и нажала на фиксатор. Она рухнула на обшивку, больно ударившись плечом о выступающий механизм. Скрипя зубами, она поползла к аварийному люку. Ее скафандр был порван на бедре, а из-под обшивки корабля доносилось шипение — это остывали двигатели, встречаясь с чужой, влажной почвой.

Она ударила кулаком по кнопке экстренного открытия. Люк не поддался. Лира выругалась, достала из набедренной кобуры плазменный резак и, выставив минимальную мощность, провела лучом по петлям. Металл зашипел, плавясь, и люк с тяжелым стоном вывалился наружу.

В кабину тут же ворвался воздух.

Он был густым, горячим и тяжелым, как мокрое одеяло. Лира закашлялась. Атмосфера была пригодна для дыхания — об этом говорил ее наручный анализатор, мигающий зеленым, — но она была перенасыщена какими-то микроспорами и феромонами, от которых тут же закружилась голова.

Выбравшись из обломков, она встала на ноги и пошатнулась. Гравитация была примерно на двадцать процентов выше земной. Тело казалось налитым свинцом.

Лира огляделась. Ее корабль пропахал глубокую траншею в земле, срубив по пути несколько гигантских деревьев, чьи стволы напоминали черный обсидиан, а листья были размером с паруса. Вокруг стелился густой туман, светящийся изнутри тусклым биолюминесцентным светом. Джунгли жили. Они шуршали, щелкали, дышали.

— Отлично, Лира. Просто отлично, — пробормотала она, доставая из уцелевшего аварийного ящика аптечку, флягу с водой и компактный бластер. — Ты застряла на планете, которой нет на картах, без связи, с пробитой головой и в джунглях, которые выглядят так, будто сейчас сожрут тебя заживо.

Она обработала рану на голове био-клеем, стянула порванную штанину скафандра и закрепила ее магнитным зажимом. Нужно было найти возвышенность, чтобы попытаться запустить ручной маяк. Сигнал «Стрижа» был мертв, но личный браслет мог пробиться через ионосферу, если она заберется повыше.

Лира шагнула в чащу.

Каждый шаг давался с трудом. Под ногами хлюпала странная, пружинистая почва, покрытая мхом, который при касании менял цвет с изумрудного на тревожно-красный. Воздух был настолько влажным, что пот не испарялся, а стекал по спине, заставляя ткань нательного комбинезона липнуть к коже. Жара стояла невыносимая, градусов сорок, не меньше.

Она шла уже около часа, пытаясь ориентироваться по компасу, который сходил с ума, показывая север во все стороны одновременно. Магнитное поле планеты было аномальным. Лира опиралась на ствол поваленного дерева, чтобы перевести дух, и отпила глоток теплой воды.

И тогда она почувствовала это.

Затылок закололо. То самое первобытное чувство, которое не описать словами, но которое знает каждый живой организм. Чувство, что на тебя смотрят. Что ты больше не вершина пищевой цепи. Что ты — добыча.

Лира замерла, медленно опуская флягу и скользя рукой к кобуре. Лес вокруг затих. Даже стрекот невидимых насекомых оборвался, словно кто-то нажал на кнопку беззвучного режима.