Звёздная магия любви

Глава 14: Битва за галактику

Тишина после уничтожения линкора была обманчивой. Она длилась ровно столько, сколько потребовалось «Стражу Галактики» на экстренный ремонт самых критических систем и на то, чтобы похоронить своих павших воинов. Воздух на корабле был густым от смеси ликования и ужаса. Они сделали невозможное. Но цена была высока, и все понимали — это была не победа, а лишь первый, оглушительный выстрел в долгой и жестокой войне.

Арина провела в медблоке два дня. Её тело, служившее проводником для энергии целого корабля, было на грани. Каждая клеточка горела, мышцы ныли так, будто её перемололи в гигантской мясорубке. Лина колдовала над ней, вливая в её вены коктейли из питательных веществ и регенеративных сывороток, ворча, что «такое с живыми не делают».

Но её дух был не сломлен. Он горел. Каждый раз, закрывая глаза, она видела тот ослепительный столб света, который рвался из неё и стирал врага в пыль. Она чувствовала свою силу. Настоящую, необузданную, пугающую. И чувствовала тяжёлую, твёрдую руку Кейна на своём плече, слышала его голос: «Вместе».

На третий день дверь открылась без стука. В проёме стоял он. В полной боевой аммуниции, с холодными глазами и сжатыми губами. Командор вернулся.

— Вставай, — сказал он без предисловий. — Война зовёт.

Она попыталась возразить, сказать, что не может, но его взгляд заставил её замолчать. Он видел её слабость, но не принимал её. В его глазах был приказ. И… вера.

Она собрала последние силы и поднялась. Ноги дрожали, в глазах потемнело.

— Тенекрай ответил, — сказал он, пока она с трудом натягивала чёрный тренировочный костюм. — Та атака… она стала для них сигналом. Как мы и полагали. Они стягивают силы. Весь их флот на этом участке фронта приходит в движение. Они идут на нас.

Ледяной ужас сковал её. —Весь флот? Но мы не выдержим…

— Мы и не будем, — перебил он. Его глаза горели холодным огнем стратега, который видит шаги наперёд. — «Страж» — не цель. Он — щит. И приманка. Пока они идут на нас, объединённый флот Федерации наносит удар по их тылам, по их ключевым системам снабжения. Мы отвлекаем. Мы держим удар. А они… они наносят решающий удар.

Он подошёл к ней и взял её за подбородок, заставляя смотреть ему в глаза. —Наша задача — выстоять. Как можно дольше. И для этого мне нужны вы. Не как оружие последней надежды. А как… центр, главный центр. Как сердце, которое будет биться для всего корабля. Вы чувствовали его энергию? Чувствовали связь?

Она кивнула, не в силах вымолвить ни слова.

— Мы усилим эту связь. Мы превратим «Страж» в расширенную версию вас. А вас — в его душу. Вы будете чувствовать каждую рану корабля. Каждую потерю. И… направлять его силу. Его волю к победе. Сможете?

Она увидела в его глазах не только командира. Она увидела человека, который ставит на кон всё. И доверяет ей самое дорогое — свой корабль, свой экипаж, свою последнюю надежду.

— Смогу, — выдохнула она, и её голос не дрогнул.

Они снова были в ангаре. Капсулу починили, усилили, опутали ещё большим количеством кабелей. Но на этот раз это был не алтарь. Это был трон. Место силы.

Кейн стоял рядом, отдавая последние распоряжения. Его голос был спокоен, как всегда, но она видела, как напряжены его плечи, как безупречно прямая спина несёт на себе тяжесть неизбежной битвы.

К ним подошёл Тариан. Его руки были ещё в бинтах, но он был в лётном комбинезоне, а в глазах — решимость. —Звено «Стикс» к бою готово, командор. Будем прикрывать «Сердце». — Он кивнул в сторону капсулы. Его взгляд скользнул по Арине, в нём была боль, но и гордая покорность. Он принял её выбор. Принял её роль.

— Хорошо, лейтенант, — Кейн положил руку ему на плечо. Жест был коротким, но невероятно значимым. — Береги их. И себя. Вы нужны мне целыми и невредимыми.

Тариан кивнул, щёлкнул каблуками и ушёл к своему истребителю, не оглядываясь.

— Все на позиции! — разнёсся по кораблю голос Кейна. — Они идут!

Арина вошла в капсулу. Дверь закрылась. На этот раз не было страха. Была лишь ледяная, кристальная ясность. Она закрыла глаза и погрузилась в внутрь себя. Не в бурю эмоций. А в тихий, мощный океан решимости.

Она нашла связь. Тот самый гул, что всегда был фоном её бытия. Гул «Стража». И она позволила себе слиться с ним. Стать его частью.

И мир взорвался.

Она не просто видела тактические карты. Она ЧУВСТВОВАЛА корабль. Каждый его нерв был её нервом. Каждый удар по щитам отзывался болью в её теле. Каждый взрыв где-то вдалеке был её личной потерей. Она чувствовала жизни экипажа — тысячи крошечных, ярких огоньков, пульсирующих страхом, яростью, решимостью.

И она чувствовала его. Кейна. На мостике. Он был холодным, безжалостным центром бури. Его воля пронизывала весь корабль, как стальной стержень. Она ощущала его команды ещё до того, как он их отдавал. Чувствовала, как его разум просчитывает миллионы вариантов, выбирая единственно верный.

Битва бушевала за стенами. «Страж» дребезжал, как раненый зверь, окружённый стаей хищников. Истребители Тенекрая, быстрые и ядовитые, роем кружили вокруг, выискивая слабые места. Более тяжёлые корабли били из орудий, сдирая слой за слоем щиты.

Арина дышала в такт работе импульсных двигателей. Её сердце билось в унисон с главным реактором. Она не атаковала. Она… поддерживала. Как дирижёр невидимого оркестра, она направляла потоки энергии туда, где щиты вот-вот должны были пасть. Усиливала их в последний момент. Она чувствовала, как лазерные залпы проходят в сантиметрах от жизненно важных систем, и её сила, её воля отводила их, заставляя промахиваться.

Это был изнурительный, дьявольский танец. Каждая секунда требовала невероятной концентрации. Она чувствовала, как гаснут огоньки — один, другой, пятый, десятый… Жизни. Её люди. Её экипаж.

— Левый двигатель! Перегрев! — услышала она крик инженера своим разумом. Она тут же перенаправила туда потоки охлаждающей жидкости,отдав часть энергии от орудий. Орудия замолчали, но двигатель был спасен.