Звёздная пыль веков

Глава 1: ПРОКОЛ МЕЖДУ МИРАМИ

Лада мчалась сквозь звезды.

Не просто летела – парила на острие пространства, рассекая бездну на сверхсветовой скорости. Этот полет на межпланетном челноке оживил в ней давно забытый азарт, знакомый по юношеским гонкам на коптероцикле. Тогда она, студентка, лихо петляла в небесах родного мегаполиса, лавируя меж медлительных авиатранспортов, как ласточка меж небоскребов. Сейчас – та же опьяняющая смесь скорости и риска, тот же гул двигателей, наполняющий кабину грозным рокотом. Тот же леденящий душу страх перед невидимыми ловушками космоса – черными дырами, чьи чудовищные объятия грозили разорвать корабль в клочья при малейшей ошибке в проколе гиперпространства.

И главное – тот же сладкий, огненный выброс адреналина, заставляющий сердце биться в такт гудящим турбинам.

Хотя Ладе давно стукнуло тридцать, ощущение было чисто детским – как будто она снова раскачивалась на качелях до головокружительной высоты и, зажмурившись от восторга и страха, спрыгивала вниз, замирая на миг в свободном полете.

Ее корабль, ласково прозванный «Скаутом», был скорее малогабаритным челноком, где львиную долю внутреннего объема пожирали могучие двигатели. Они работали на принципе использования разницы потенциалов гравитационныхпланет флуктуаций – сложной игре пространственных аномалий. Оставшееся пространство делили между собой тесная кабина пилота и компактный модуль жизнеобеспечения, больше похожий на капсулу.

Лада была межзвездным картографом. Ее миссия – разведка путей, прокладка новых маршрутов между звездными системами разных Галактик и нанесение их на бескрайнюю космическую карту.

Но этот день был не похож на предыдущие.

За пять лет работы она уже не открывала новые миры – их попросту не осталось. Теперь она оптимизировала известные трассы, делая их короче, быстрее, безопаснее. То, что раньше требовало десятилетий или даже столетий полета сквозь пустоту, теперь занимало минуты или часы – благодаря умным «проколам» меж черными дырами. Нужно было лишь выбирать варианты маршрутов между двумя неисследованными сингулярностями, прочерчивать путь и заносить драгоценные данные о времени прохода в базу.

И вот случилось непоправимое. Ошибка. Но не ее.

Искусственный Интеллект навигационной системы, верный помощник, обычно предлагавший ей на выбор десятки смоделированных траекторий и оставлявший финальное решение за ее интуицией, – завис. Замер в немом ступоре при расчете маршрута между двумя теоретическими чудовищами: квантовой черной дырой и дырой Риссины-Ньюмана. Обе – лишь уравнения в учебниках, плод умозрительных построений. Обе – оказались жуткой реальностью, зияющей перед носом челнока.

У Лады не было времени на раздумья – лишь на ледяной, парализующий ужас и инстинктивный выбор.

Влететь в одну из дыр?

Но это означало верную, мучительную смерть от чудовищных гравитационных перегрузок, когда разница в силе тяжести между макушкой и пальцами ног исчисляется миллиардами раз, разрывая тело на клеточном уровне...

Или... рискнуть?

Прочертить курс наугад, без расчетов, уповая лишь на везение и свою «гоночную» интуицию?

Сердце колотилось, как бешеный барабан в груди. Адреналин обжигал вены. Рука, почти не слушаясь, рванулась к штурвалу.

Наудачу!

Она резко изменила вектор, вложив в движение всю свою волю, весь опыт гонщика и картографа, заставив «Скаут» нырнуть в узкую, трепещущую щель пространства-времени, которую ИИ даже не успел промоделировать.

Выброс.

Резкий, как удар хлыста. Челнок выкинуло из прокола штатно, без видимых повреждений, но... в пустоту. Никакой черной дыры рядом, ни малейшей возможности для нового прыжка.

Искусственный интеллект ожил, замигал индикаторами, задумался на несколько вечных секунд, делая привязку к местности... и выдал ледяным, бесстрастным голосом:

«Неизвестная Вселенная. Неизвестная Галактика. Неизвестная система. Ближайшая планета – неизвестна».

И тогда она увидела ее.

Через лобовое стекло, заполнив собой все пространство, плыла Планета.

Голубые пятна океанов, словно слезы вселенной. Зеленые массивы лесов – вздохи живой земли. Желтые мазки пустынь и белоснежные завитки облаков.

Незнакомая. Прекрасная. Пугающая.

Ее отражение дрожало в широко распахнутых голубых глазах Лады. А по щекам, оставляя соленые дорожки, струились слезы – крошечные океаны страха и потрясения, вытекшие из океанов того далекого, неведомого мира.