Звездные войны: Заживо погребенный

Глава 29

Больше всего в жизни Люк ненавидел ложь. С самого рождения его жизнь была опутана ею, как паутиной — жизнь человека, который доверялся людям со всей широтой своей юной души, искренне не понимая, зачем вообще нужно лгать.

Сейчас он не лгал. Это правда с определенной точки зрения — самый ценный урок джедаев. И самый дорогой.

— Меня зовут Кайл Наберрие.

Да, именно так его называют сейчас. Но имена мало что значат — это уже урок отца. Они не меняют сути. Главное, оставаться верным себе и своим принципам.

— Дарен Кол — твой отец?

Да, так записано в его личном деле. Но Дарена Люк называл по имени — он не мог предать свои чувства и назвать отцом другого человека. Даже при Маре, его враге. Даже при Крите — когда тот еще не знал всей правды.

Полуправда стала частью его жизни на месяцы, проведенные на "Исполнителе". Но Джейд лгала, лгала прямо в глаза. Скайуокер иногда задумывался: а есть ли в ее словах и поступках хотя бы частица искренности? Наверное, только ненависть к Дарту Вейдеру была ее единственным искренним чувством.

Люк не поверил ей, когда Джейд похвалила его талант пилота после увиденной тренировки, в которой принял участие и Вейдер. Он увидел лишь попытку настроить его против отца. Оби-Ван когда-то своей ложью пытался сделать то же самое.

Люк не поверил даже ее злости, когда не вовремя заглянул к ней в каюту, где его встретила взъерошенная и еще не высохшая после душа Джейд, одетая лишь в мокрый обтягивающий комбинезон, придававший ей соблазнительный вид. И даже пунцовые щеки не убедили его, что девушка действительно смущена.

Почему он не верил? Не только из-за слов отца. Он не верил даже ее любопытству, даже интересу к кораблям, словно вся она соткана изо лжи. Из красивой, замаскированной лжи. Так же, как когда-то Шира Бри, имперский агент, которой приказали убить Скайуокера. Тогда он повелся на ложь. В данной же ситуации он заранее знал, что Мара его враг. Приказ уже отдан, и скоро она приведет его в исполнение.

Крит когда-то сказал, что Император всегда выбирает себе довольно привлекательных Рук женского пола. Ситх уже убил Кару, а сейчас очередь Люка убить Джейд. Крит... Да уж, разозлился Люк на него, когда Мара чуть не заметила у ученика Вейдера световой меч. Маленькая диверсия в ангаре отвлекла Джейд. Вот только он зачем-то прикрыл Мару от летящих инструментов, закрыв Джейд собой и прижав ее к полу. Может быть, это и были те единственные моменты искренности. Изумление на ее лице, замирание сердца, а потом взгляд зеленых глаз, мечущих молнии, возмущенное глубокое дыхание, огонь которого пробегал по шее, и это ее «слезь с меня».

Тем не менее, время лжи прошло. Сегодня они оба снимут друг перед другом маски. Мара перестанет быть просто помощником, сбрасывая показную беззащитность, а он сбросит с себя личину простого адъютанта. Они окажутся по разную сторону баррикад.

— Итак, твой ответ? — слышит он знакомый, холодный голос Джейд.

— Нет.

И разряд бластера попадает прямо ему в сердце.

Люк помотал головой, прогоняя видение. Банально. А сейчас, как и всегда, он идет в самый эпицентр опасности.

* * *

Ландо сидел в камере и проклинал идиотскую затею Хана, попутно думая, почему спрос на его жизнь так резко упал. Его даже не допрашивали. Такое чувство, словно о нем просто забыли. Вейдера не интересовала ни информация об Альянсе, ни человек, уничтоживший вторую Звезду Смерти. За первым он что-то уж больно отчаянно охотился, желая получить его живым и назначив за него огромную награду. Выше чем за Мотму! Возможно, все дело в том, что ранее уничтожение Звезды Смерти считалось нереальным или же в том, что человек, сделавший это, был джедаем. Также нужно отметить, что мальчишка был очень живучим: он прошел через многое, но все равно пал от руки Вейдера. Люк Скайуокер мертв, сам Темный Лорд признал это пару месяцев назад.

Ландо же интересовал вопрос, почему он сам все еще жив. Вейдер избавился бы от него, будь Калриссиан совершенно бесполезным. Ведь для чего-то же он держал Хана и Лею в живых. Ах да, чтобы заманить Скайуокера в ловушку.

А вот в чем же сейчас заключалась полезность Ландо? И что сделали с его друзьями?

Он услышал знакомый рев. Двери открылись. Штурмовики направили на него бластеры и втолкнули в камеру вуки. Впрочем, заметив Ландо, Чубакка сам пошел навстречу другу.

Калриссиан в жизни не был так счастлив видеть Чуи, вот только боялся, что тот от радости сломает ему ребра.

— Что с Ханом?

Вуки взревел: он не знал. Оставалось только надеяться, что, раз они живы, то и с Ханом все нормально. Зато Чуи выяснил другое.

— Что?! Люк здесь?! Он был среди штурмовиков, стрелявших в нас?!

Ландо и так уже понял, что их совсем не собирались убивать — только оглушить. А Чуи скорее всего ошибался...

* * *

Пора сделать выбор. Время детских игр уже прошло. Он вошел в каюту и даже улыбнулся при словах:

— Доброе утро, помощник Джейд.

— С Днем Империи, Кайл.

Юноша не ответил. «Возможно, — подумала Джейд, — он уже знает». Император предупреждал, что Наберрие одаренный, и что он на многое способен. Чувствовать эмоции и намерения, например. Девушка усмехнулась. И все-таки он пришел.

— Что вы хотели обсудить сегодня, Мара? — похоже, Наберрие действительно почувствовал, что ей уже надоели подобные игры.

— Ты же знаешь, что делает Вейдер? — она пошла напрямик. Она хотела, чтобы мальчишка наконец понял ее и ее точку зрения. — Ты знаешь, что ты ему нужен?

Кайл улыбнулся. Мара даже не сразу поняла, каким долгим был ее путь до осознания этого факта. Но Джейд до сих пор не знала, зачем тот понадобился ситху.

— Тому ли ты предан? Вейдеру нельзя верить, он предатель, — продолжила она, заметив на его лице напряжение. — Император уничтожит его и всех, кто помогает ему. Но он дает тебе шанс...

Люк не выдержал. Терпение никогда не было его сильной стороной, а сейчас так сложно было контролировать свои эмоции, которые так долго скапливались, не имея возможности выплеснуться наружу. То ли это было связано с тем, что Мара ненавидела Вейдера, то ли с тем, что ему так надоел этот выбор — присоединись или умри. Но, тем не менее, узнать его ответ Мара так и не смогла.