Звёздный шёпот

Глава 5. Сердце, которое нельзя разбить (Финал)

Глава 5. Сердце, которое нельзя разбить

Химеко занесла пилу над артефактом и замерла. Нерешительность в движениях всегда уверенной навигатора стала для Каэлуса настоящим шоком. Он и сам понимал: нельзя допустить самого страшного. Но в этом случае погибнут…

Химеко молчала. Внутри неё бушевала буря, способная толкнуть на неверный шаг.

«Я уже была в такой ситуации. И всегда считала, что поступила правильно. Сейчас я бы думала так же… но теперь всё иначе».

Она ясно видела картину: если Нанук получит контроль и создаст «ретранслятор», все колонии галактики окажутся под угрозой. Даже самые дальние миры превратятся в игрушки Эона Разрушения.

«Тогда не останется никого, кто сможет ему противостоять. Нет. Я должна уничтожить Сердце. Даже ценой трёхсот жизней».

Решимость вернулась. Химеко снова занесла пилу. И тут раздался знакомый голос:

— Не советую, навигатор. Посмотри на экран. Внимательно.

Элиас небрежно бросил ей планшет. Химеко подхватила его и увидела: маленькая девочка, подключённая к аппарату жизнеобеспечения. Рядом — знакомый плюшевый зайчик.

— Алиса…

Элиас улыбнулся.

— Именно. Её жизнь — в моих руках. Так что медленно опусти оружие, и давай поговорим. Лучше — просто отдай артефакт. Я отпущу вас с Каэлусом целыми и невредимыми. Обнимете друзей, забудете эту планету навсегда.

Химеко молчала. Она понимала: он не врёт. Предательство Элиаса уже не удивляло. Конечно, всё было ложью с самого начала — и спасение колонии, и Ковчег. Он просто хотел чужими руками добыть Сердце для Нанука.

— Скажи хотя бы одно, — тихо произнесла она. — Ты с самого начала мне врал? Или всё-таки хотел предать Нанука и спасти людей?

Улыбка Элиаса исчезла. Он долго смотрел на неё, потом отвёл взгляд. Вся бравада испарилась.

— Ты не знаешь, каково мне было. Ты вообще ничего обо мне не знаешь.

— Я видела запись в лаборатории, — ответила Химеко. — Знаю, что тобой движет. Ты сломался. Даже получив силу Стелларона, пытался спасти всех. А теперь тебя волнует только одно — твоя дочь.

Элиас отвернулся. Хотелось крикнуть «да, ты права!», но он проглотил слова. Нужно было играть роль до конца.

— Ошибаешься. Лия мертва. Её не вернуть. Меня интересует лишь одно — стать Апостолом моего Господина и распространить его волю за пределы Ксилон-Прайм. Вы мне не помешаете.

— Не лги хотя бы себе, — тихо сказала Химеко. — Ты до сих пор мечтаешь вернуть её. Поэтому так рьяно выполняешь приказы Нанука. Что он тебе обещал? «Помоги мне — и я верну тебе дочь»? Так ведь?

Элиас молчал. Каждое её слово било точно в сердце.

Когда-то он был таким же, как она. Умным. Ищущим ответы. Пытающимся защитить всех, кого любил. Сначала умерла жена, оставив его с маленькой дочкой. Потом он смотрел, как угасает единственный дорогой ему человек.

Он закрыл глаза. Три года назад.

Та же планета, но ещё живая. Синее небо, огни шахтёрского городка внизу. Глубоко под землёй — экспедиция. Двадцать человек в защитных костюмах перед огромной трещиной в скале. Из неё сочится золотое сияние, будто внутри бьётся второе солнце.

Элиас, тридцать два года, ещё без седины, держит за руку семилетнюю Лию. Девочка прижимается к нему, но глаза горят любопытством.

— Папа, это и есть «спасение», о котором все говорят?

— Да, малышка. Кристалл Шантье. Корпорация обещала: поднимем его — планета перестанет умирать.

Один из учёных нервно:

— Датчики зашкаливают. Это не кристалл. Это… живое.

Элиас делает шаг вперёд. Трещина взрывается золотым светом. Люди падают. Крики. Кто-то уже мёртв.

В центре зала парит огромное золотое ядро. От него тянутся тонкие нити, впиваясь в тела. Кожа высыхает за секунды. Глаза вытекают.

Первый Пустой встаёт на колени и шепчет чужим голосом:

— Наконец-то… сосуд.

Элиас хватает Лию, бежит к выходу. Коридор рушится. Золотые нити тянутся следом, как голодные щупальца.

Он успевает засунуть дочь в аварийную капсулу, захлопывает дверь. Сквозь стекло видит, как нити добираются до остальных. Лучший друг кричит:

— Элиас… беги… это не Шантье…

Голос Нанука — прямо в голове, тяжёлый, как удар молота:

«Я могу всё остановить. Прямо сейчас. Одно условие — прими меня. Стань Апостолом. И все на планете останутся живы. Навсегда».

Элиас смотрит на Лию в капсуле. Девочка стучит ладошками по стеклу, плачет беззвучно.

Он опускается на колени перед ядром. Слёзы текут по щекам, но голос твёрд:

— Только не трогай её. Обещай, что она будет жить.

«Обещаю, — отвечает Нанук. — Я никогда не лгу. Просто по-своему».

Элиас расстёгивает костюм, прижимает ладонь к ядру. Нити впиваются в грудь. Один-единственный крик — такой громкий, что стены дрожат.

Кровь из глаз, ушей, рта. Глаза вспыхивают чистым золотом.

Последнее, что он видит человеческими глазами — Лия за стеклом. Последнее, что говорит человеческим голосом:

— Папа спасает весь мир, малышка. Папа хороший.

Золотое сияние заполняет всё.

Элиас открыл глаза в настоящем.

«Это всё, что у меня от тебя осталось — воспоминания. Прости, дочь. Ты никогда не полюбишь такого папу. Но всё это было только ради тебя».

Он глубоко вдохнул и ледяным тоном произнёс:

— Того Элиаса, которого ты видела на записи, больше нет. Я не чувствую сожалений и буду верно служить Господину. Тебя не должны волновать мои мотивы. Последний раз предлагаю: отдай артефакт — и я сохраню жизнь тебе, Каэлусу и всем колонистам. Зачем тебе миллиарды чужих людей? Они не ценят Звёздный Экспресс. А вот Алиса и её родители — ценят. И ждут вас.

Химеко в ужасе:

— Что ты с ними сделал?

— Живы. Просто спят в тюрьме под охраной. Отпущу всех — как только артефакт будет у меня.

Он протянул руку.

Химеко молчала. Посмотрела на Каэлуса — тот сжимал биту так, что костяшки побелели. Глаза горели ненавистью, но он не двигался: Алиса.