Звёзды над Парижем

Глава 42. О вопросах и ответах. Часть 1. (Антуан Эго)

При упоминании Лингвини, Эго едва не взбесился. Он чувствовал, что ещё несколько секунд, и начнётся скандал. Писулька, которую настрочил на него щенок, не понимающий, во что вообще ввязывается, Антуана почти не смущала. Пусть сколько угодно Фрай пытается докопаться – не выйдет. Ведь он-то знает, как всё было на самом деле. Лишь бы старый дурак не додумался всерьез заниматься этим, подключая другие правоохранительные органы, или давя на кого-то, близкого к нему. Например, на Колетт. 

- …ты помнишь случай с рестораном «Прокопий», где трудился весьма одаренный шеф-повар…

- Да-да, только… может, не будем сейчас устраивать вечер воспоминаний, а? – раздражённо прервал речь Фрая Антуан. – Ты хотел рассказать что-то дельное, действительно дельное – вот и начинай. 

- Да тут двумя словами не обойдешься, – сказал следователь. 

- Тогда я всё-таки пойду, а то время – деньги. – Эго встал, смотря на Тату, которая оставалась в неподвижном положении и не сводила с Филиппа глаз. Таких больших, будто блюдца. – Колетт?

- Сядь, Антуан, – Фрай поднял на него глаза, смотря с каким-то слишком явным подозрением. 

Уже не в первый раз за этот час. 

Антуан отогнул рукав, чтобы увидеть циферблат наручных часов. Рассиживаться тут и слушать ахинею у него не было ни времени, ни желания. Но странное ощущение того, что ему специально чего-то не договаривают, проверяя, не покидало. И ещё… Колетт. Она избегала его глазами – пожирала ими следака, словно готова была поверить во всё, что тот ей расскажет. И Антуан едва уговаривал себя не обращать на это внимания. 

- Колетт? Ты идешь? 

- Антуан, сядь, – повторил Фрай уже жёстче. – Мы не закончили. 

- Разве? Мы вообще начинали? 

- Иронизируешь? 

- Не без этого, – процедил Антуан, изучая спину Тату, которая сидела будто статуя. 

- Садись, – Фрай кивнул на стул. 

- У меня такое чувство, что ты за моей спиной нарыл какие-то несуществующие доказательства и теперь пытаешься меня убедить в причастности к тому, чего я не совершал, – Эго перевёл прищуренные глаза на Фрая. 

- Это лишь твои домыслы. 

Эго сжал губы и нехотя опустился обратно на стул. 

- А я сперва хочу услышать твою версию о похищении этой крысы и о том, главное, почему, всё-таки, Лингвини обвиняет именно тебя, человека, на которого работал, и с которым весьма близко общался парой месяцев ранее… 

- Уж прости меня, но я не могу влезть в голову к этому малолетнему идиоту, – фыркнул Антуан. – И всё, что приходит мне на ум в связи с этим, – это поклеп, с целью… я не знаю, может, мести за смерть его отца, к которой я не имею отношения никаким боком, ты слышишь?

- Да, не имеешь, точно также, как и тогда, с шефом «Прокопия», который кончился буквально через несколько дней после твоей гневной рецензии? – продолжал гнуть свою линию Фрай. – Антуан, пойми, я сейчас пытаюсь разобраться в том, на что многие просто закрыли глаза: ты был фактически последним, с кем общались эти два шефа перед своей смертью. Особенно, Гюсто. Ни разу не подозрительно, не так ли? 

Антуан скривился в жалобной гримасе. 

- Меня уже пытались обвинить в смерти Гюсто. Спасибо. Я целый месяц не мог нормально из дома выйти. И что? Ничего. Никаких доказательств найдено не было. А тебе так хочется лезть в это дерьмо снова? 

- Это моя работа, – невозмутимо сообщил Фрай. – И, кстати, я не собираюсь обвинять тебя в его смерти. Я лишь хочу сказать о том, что ты, вероятно, сам того не замечая, обзавелся… ну, не знаю – как это правильно назвать, - персональным киллером? 

- Ты о чем вообще? – понизил голос Эго. 

- А о том, что шефов не стало после того, как они были замечены в конфликте с тобой. И приплюсуй-ка к этому загадочную смерть журналиста, который впервые забил тревогу… 

- Ты спятил?!

- Он следил за тобой. И вдруг резко пропал. Как тебе? А у обоих шефов, Антуан, случились сердечные приступы. Также резко. Жаль, что у Гюсто было сопутствующее заболевание в виде ожирения, и никто не стал разбираться в истинной причине инфаркта, а вообще… 

- Можно я скажу? – тут встряла Колетт. 

Но Фрай зыркнул на неё исподлобья и продолжил:

- …я тут узнал кое-какую информацию, что и с матерью своей ты частенько ругался так, что все соседи слышали. И о скандале, возникшем у вас с ней незадолго до её смерти, – тоже. 

И тут Антуан схватился за голову – слушать Фрая становилось невозможно. 

- Наши отношения с матерью – это только наше с ней дело! – он повысил голос, вскидываясь и яростно сжимая кулаки. – И заткнись, пока я не…

- Пока не – что? – спросил Фрай, подаваясь вперед. – Имей в виду, что слова, Антуан, могут навредить тебе, даже если ты пытаешься защититься. Продолжай… 

- Я требую, чтобы сменили следователя, занимающегося её смертью! 

- Скажи лучше – убийством… 

- Мне плевать! 

- Антуан, эй! – Эго почувствовал руки Колетт, которые удерживают его на месте. – Успокойся. Слышишь? Ты не так понял… 

- Ага! – он вскочил. – Я всё не так понял – этот спятивший оборотень пытается обвинить меня в убийстве матери! Больше повесить это убийство ему не на кого, ты не видишь?! Пошли отсюда! 

- Ох, – Тату замотала головой. – Прекрати сейчас же – это его работа. Он отрабатывает все версии. А ты просто не хочешь поговорить, отбросив эмоции… 

- Всё! С меня хватит! 

- Давайте все успокоимся, и я наконец-то скажу то, что и собирался сказать, – старик-Фрай попытался сгладить ситуацию, но было поздно. – Да? Это не займет много времени…

- Мне всё равно – я ухожу! 

- И куда же ты собрался? – грозно спросил Фрай. 

- Деловая встреча! – рыкнул Эго. 

- Какой ты у нас деловой-то стал! 

- Я всегда таким был, – выдохнув, ответил Эго. 

Фрай причмокнул губами и покачал головой. 

- Антуан, ты вынуждаешь меня пойти на крайние меры…

- Интересно, на какие это? – Эго даже не обернулся.