Звонкие чувства

2

Выйдя вместе с дядей Вилей из кинотеатра, Роза с радостью подставила щеки охлаждающим струям летнего ветра. Тут же зашевелилась ткань ее белой шифоновой блузы, приятно холодя тело.

— Не работает кондиционер… — недовольно сказал дядя Виля. — Да если бы они знали, как легко подхватить воспаление легких после того, как хорошенько вспотеешь! Если я умру после этого фильма, мой призрак будет мучить директора кинотеатра до конца его дней…

Роза улыбнулась и взяла дядю под руку.

— Как тебе фильм, дядя Виля?

Не спеша они шли вниз по центральной улице. День стоял теплый, но не изнурительно жаркий. Зеленая листва приятно шелестела в парке неподалеку. Из приоткрытых окон доносились разные звуки человеческих жизней: кто-то смотрел сериал, откуда-то был слышен звонок телефона, а откуда-то неразборчивый диалог.

Дядя Виля ответил, но не сказал ничего особенного. Видимо, фильм его нисколько не впечатлил.

— А я думаю, — начала Роза, хмурясь, потому что облечь свою абстрактную мысль в слова ей было сложно, — что фильм сам по себе неплох, но его беда в том, что его снимали не потому, что режиссеру необходимо было выговориться и он не мог его не снять, а потому что он знал, что такой сюжет сделает фильм кассовым. Как бы это… — она задумалась, стараясь подобрать слова. — Хорошие фильмы создаются ради истории, которой необходимо поделиться, которую нельзя утаить, а фильмы средней руки…Уже история придумывается только ради того, чтобы снять фильм. И тогда получается уже неправда, уже не то. Либо ты идешь в кафе, потому то голодный и остро ощущаешь вкус поданной еды, либо ты абсолютно сытый, но тебе хочется еще и еще и ты заказываешь блюдо вкусное, но не так уж оно тебя и впечатляет, потому что оно тебе не было нужно, ты от жадности его заказал… — и Роза кивнула, удовлетворённая тем, как выразила свою мысль.

Дядя Виля с Розой согласился, а потом посмотрел на время.

— Боже мой! Он шел два с половиной часа! Поразительно, как некоторые совершенно рядовые режиссеры воображают, что их творение стоит того, чтобы отнять у людей столько драгоценных часов жизни. Да почти ничего не стоит того, чтобы потратить на него два с половиной часа…Тебе уже пора в этот твой языковой центр?

— Да, — ответила Роза, расстроившись, что не удалось, как у них с дядей было принято, зайти в любимое кафе после кино, а потом оживилась: — Сегодня у нас новый учитель! Представляешь, он учился в Оксфорде. Вернулся вот зачем-то…Я так рада, а то прежняя учительница иногда забывала, как горы по-английски…

— Ну-ка произнеси…Порази меня своим произношением.

Роза произнесла, но сама себя не одобрила. Она не могла уловить эти английские интонации, а Люсе, у которой был хорошо развит слух, это давалось легко.

— Дядя Виля, а вечером ты занят? — спросила Роза, когда они ждали такси.

— А что такое?

— Можно вечером в кафе сходить.

— Вечером… — дядя Виля задумался, видимо, вспоминая, занят он или нет.

Тут подъехало такси.

— Ну ты мне позвони, если будешь свободен, — сказала Роза, забираясь в машину.

Захлопнув дверь, она помахала дяде через окно, и откинулась на сиденье. Мысли о новом учителе занимали ее всю дорогу до языкового центра. Она представляла себе чистую английскую речь и недюжинный преподавательский талант. Ей хотелось, чтобы новый учитель действительно вдохновлял и влюблял в иностранный язык, как могут это делать те, кому самой судьбой суждено быть просветителем.

Одухотворённая своими мечтами, Роза вошла в класс, села рядом с Митей, глаза которого при виде ее засветились приятным теплым светом, и принялась ждать начало урока.

Молодой светловолосый мужчина в футболке и джинсах быстро вошел в класс, когда все собрались и, улыбнувшись, сел на край своего стола. Роза почувствовала себя обманутой. Она думала о джентльмене солидного возраста в шляпе, упуская из виду, что учитель сам недавно получил степень бакалавра в Оксфорде.

Весь урок Роза вглядывалась в его лицо и старалась заставить себя поверить в его преподавательские способности, но взгляд его глаз казался ей слишком простым и каким-то даже игривым. Разум в них не сверкал. Не то чтобы ум нельзя было угадать в его лице, глупым преподаватель не казался, скорее, ясно виднелось отсутствие гениальности. Он выглядел, как старшеклассник из их школы, только не такое худощавое, как у подростков, тело выдавало в нем человека уже повзрослевшего.

Когда учитель — Роза даже имя его не запомнила — сказал с приветливой улыбкой незнакомца, который хочет понравиться: «Давайте сегодня познакомимся, и вы расскажете мне о себе на английском», Роза совсем упала духом. Становилось ясно, что ничего особенно в этих уроках с новым преподавателем не будет.

Роза собиралась расспросить Митю о его первом впечатлении об учителе, но Митя, когда они вышли из языкового центра, нехотя посмотрел на парковку и сказал с сожалением: «Я сегодня с мамой еду». Почти в ту же секунду светловолосая женщина-администратор показалась на улице, позвала Митю и открыла дверь начищенной до блеска «БМВ».

— Увидимся, — улыбнулся Митя и пошел к машине.

Когда автомобиль выехал с парковки, Роза с интересом посмотрела ему вслед. Интересно, кто же все-таки его мать. Розе вдруг подумалось, что она может быть директором этого языкового центра или даже владелицей.

— Обалдеть, — сказала Люся, подойдя к Розе, — а Митя-то у нас мальчик обеспеченный…

Роза пожала плечами. В голове мыслей никаких, только расстройство из-за плохо преподаваемого английского. Распрощавшись с Люсей, она не спеша, внимательно оглядывая прохожих, направилась домой. Может быть, ужин с дядей Вилей поднимет ей настроение…