Звонкие чувства

3

Август Роза встретила с чувством острой тоски. Последнее детское, школьное лето улетало вместе с теплыми порывами ветра в безоблачное голубое небо. Самым обидным ей казалось то, что она даже толком не успела отдохнуть: ходила в языковой центр, дома читала все книги, которые могут встретиться на экзамене, а по выходным ездила с мамой на дачу помогать в огороде.

Иногда она впадала в уныние: юность проходит, а у нее никаких воспоминаний, которые обычно бережно хранят в ящике, названном «школьные годы». Она не шаталась с друзьями по улице до утра. У нее из друзей-то…только Люся. Как-то не сложилось. Ее погружённость в себя и меланхолия выпали на тот период, когда все заводили друзей в классе. Когда Люся в очередной раз посмеивалась над Митиной влюбленностью, Роза вдруг подумала, что завидует ему: он хотя бы ощущал яркость этого чувства, пусть и неразделенного, а она — никогда. Уныние подобного рода длилось обычно не долго. Роза никогда не имела склонности к жалости. Она быстро брала в руки себя и новый учебник и убеждала себя, что однажды все потраченное время на учебу вернется ей с троицей. Сейчас она учится, зато потом, даже еще будучи молодой, будет отдыхать, а те, кто ничего не делают сейчас, будут потом работать всю жизнь.

Однако все-таки не таким пропащим оказалось это последнее лето перед одиннадцатым классом. Новый учитель, к которому так скептически отнеслась Роза сначала, вдруг стал нравиться ей. Она поменяла свое мнение не так давно. Когда на уроке учитель — звали его Артем Александрович, теперь Роза запомнила — увидел, что никто в тот день не был расположен учить грамматику, он попросил всех отложить учебники, оперся о стол и сказал:

— Сейчас я загадаю вам загадку. Она называется «Данетка». Я опишу странную ситуацию, а вам нужно разгадать, что случилось. Вопросы вы задаёте только такие, на которые можно ответить «да» или «нет». О, и вот еще, — добавил он, заметив, что все как-то слишком расслабились после услышанного, — все это на английском.

Тот урок оказался лучшим в Розиной жизни. Впервые за все годы изучения иностранного языка, ей дали возможность свободно этот язык использовать, пусть даже в игре.

Догадавшись, что не стоит давать волю предубеждениям, Роза постепенно стала все больше и больше проникаться новым преподавателем. На уроках они с Митей часто шутили (что не редкость), но Роза чувствовала себя особенно счастливой, если и учитель искренне смеялся вместе с ними.

Иногда Роза одергивала себя, когда смотрела на учителя слишком пристально или при смехе не отводила взгляда. Она боялась, что кто-то может подумать, что она флиртует, хотя в мыслях у нее не было ничего подобного. Однако Розино восхищение его знанием английского для не очень наблюдательного человека (каким были ребята, с которыми Роза вместе занималась в группе у Артема Александровича) действительно могло выглядеть девичьей искренней, порывистой влюбленностью. Роза понимала тех, кто мог предположить нечто подобное. Так и случилось.

Был конец августа. Роза с Митей возвращались из языкового центра.

— Я люблю иностранные языки, они мне легко даются с детства, — говорила Роза, доедая чудесную мороженку, которую ей купил Митя. Как-то раз она обмолвилась, что любит шоколадный «Магнат», так с тех пор он при любом удобном случае притаскивал ей несколько упаковок. — Я даже хотела стать учителем, как мама, но все-таки мириться с маленькой зарплатой я не могу. Мама как-то проще к этому относится, а я нет…Заниматься языками буду, но сделаю из этого хороший бизнес. Меня поэтому так злит, когда мне попадается плохой преподаватель. Потому что мне результат нужен, а я его вот только недавно видеть начала.

— А как тебе новый учитель?

Роза на Митю не смотрела, но краем глаза увидела, что он весь собрался, как перед ударом. А тон, с каким он задал вопрос, пусть и нарочито небрежный, с головой выдавал все самые потайные страхи и чувства Мити.

— Да никак, — так же нарочито небрежно ответила Роза. — Лучше, чем Людмила Анатольевна.

Митя смотрел на Розу внимательно, стараясь разгадать, действительно ли она так равнодушна, как пытается показать.

Смутившись под его чересчур взрослым и серьезным взглядом, Роза принялась быстро говорить:

— Но вообще, если честно, он тоже преподаватель посредственный. Одна грамматика и принципы словообразования… лучше бы дал поговорить! Суть языка в общении, а в самом главном у нас как раз практики никакой нет.

Митя удивился такой внезапной вспыльчивости и наконец отвел взгляд.

— Я его недавно видел.

— Да?

— Он шел с друзьями около нашей школы. Смешно получилось. Он что-то громко рассказывал, даже с матом, потом увидел меня и быстро замолчал.

Роза улыбнулась:

— Поразительно, какой шок может испытать ученик, осознав, что его учитель тоже человек.

Митя со смехом согласился.