Звучание сердец

Глава 14.3

Гимн всех изгоев и недопонятых: Black Veil Brides — The Outsider

Дёрнулась всем телом, резко поворачиваясь в сторону сцены, куда уже стягивались любопытные зрители. Толпа загудела, приветствуя выступающих. А я схватила Машку за руку, чтобы не шлёпнуться на пол от нахлынувших чувств.

Я увидела его. На этой чёртовой сцене. Он улыбнулся так ярко и открыто, что в клубе заметно повысился градус, и, кажется, я услышала где-то рядом зачарованные вздохи девушек. Его странная красота стала сигналом «стоп» для моего сердца – оно пропускало удар за ударом, а затем зашлось в бешеном ритме. Я даже и не думала, что так сильно скучала по нему.

Краем глаза заметила, как устраивался за установкой Семён, как призывно улыбался Женя, как Юля подключала гитару. Но мои глаза замерли только на одном. Сквозь дымку я увидела – Богдан поправил микрофон. Это маленькое движение хранило в себе столько уверенности и энергии, словно он вовсе и не был перед непредсказуемой публикой. 

— Хэй, — раздался низкий голос Богдана, — вы готовы разорвать этот танцпол?

Меня оглушили довольные улюлюканья мужчин и шквал женских визгов, которые охотно реагировали на вопрос солиста.

 — Тогда мы начинаем, — он поднял одну руку вверх. — Поехали!

Его голова резко опустилась, рассекая воздух чёрными волосами одновременно с первыми аккордами неизвестной композиции. Плотный и низкий голос заполнил каждый уголок клуба, круша любые представления о Богдане. Парень выдавал такие мощные звуки. Точным прикосновением они отдавались и вибрировали где-то внутри меня.

Богдан был прирождённым лидером и то, как он заводил толпу своими взглядами, резкими движениями и улыбками, этому доказательство. Чёрная обтягивающая, с мелкими прорезями, майка и угольные джинсы не оставляли простора для фантазии. Он весь как на ладони, майка приоткрывала даже потаённую татуировку на груди – расправившего крылья орла. В свете голубых и белых софитов поблескивала неизменная цепочка, шипастые браслеты на руках. Богдан был настоящей звездой родом из рока.

— Аутсайдеры! — хриплым и очень низким голосом прокричал он одновременно со взрывным соло Юли.

Парень склонился над своей гитарой, вторя сестре. Его длинные пальцы ловко забегали по струнам, поглаживая и лаская. Он словно растворился в этом моменте, забирая меня в пучину роковых мотивов. Бисеринки пота стекали по открытому лбу и шее Богдана, скрываясь за тонкой тканью майки. Грянули барабаны и низкие ноты басов Жени.

А потом густой вокал снова вырвал меня из этой томительной неги, вызывая в душе самый настоящий катарсис. Бросил моё трепещущие сердце на пол, прямо под ноги обезумевшей толпе. Люди вскидывали вверх руки с «козами» и качали головами в такт.

— Это же аутсайдеры! — услышала я где-то за спиной девичий голос, который с придыханием произнёс название группы. — У вокалиста голос просто космос, да и сам он такой лапочка!

Внутри стало так мерзко от этого, словно я проглотила жабу. Хотелось подпрыгнуть на сцену, через всю эту массу людей, и приклеить на лоб Богдану яркий стикер с надписью «руками не трогать». Хотелось завернуть его в подарочную упаковку и спрятать в шкафу, только для себя. Но никаких прав у меня на это, конечно, не было.

— Спасибо за вашу энергию! — выдохнул Богдан раскованно, отпивая из горла маленькой бутылки. — Аутсайдеры ещё вернутся на эту сцену!

Публика жадно скандировала: «На бис, на бис!», требуя продолжения концерта. Юлька расхаживала по краю сцены, а потом её рука взметнулась в воздухе, выбрасывая вперёд маленький пластиковый медиатор куда-то в центр живого организма, которым стали люди. Женька присел на корточки, сладко улыбаясь девушкам на передних рядах танцпола. 

— Это было по-настоящему горячо, ребята! — на сцену вышел длинноволосый диджей в модной кепке. — Фуф, я даже вспотел. Вам понравилось? Это были аутсайдеры!

— Это было просто…вау! — прошептала Машка, выдёргивая меня из облака мечтаний. — Саш, всё хорошо? — увидев моё лицо, обратилась она ко мне.

Группа собрала свои инструменты и покинула подмостки под бурные овации, которые не в состоянии перекричать ведущий. 

— А? Да, — я сглотнула, — конечно, подожди, я сейчас!

Я чувствовала, как меня тянет в его сторону, и не могла не пойти на поводу у своих желаний. Решительно тряхнув волосами, я принялась продираться сквозь оживленную толпу ближе к сцене, за которую уже спустились ребята. Мне нужно с ним поговорить, потому что терпеть эти муки не было никакого желания. Пан или пропал. И тогда можно будет менять место жительства.

Заметив в толпе кудрявую шевелюру Семена, я пошла на нее, как собака на запах. Но то, что я увидела, пробившись ближе, молнией ударило по голове. Мир сузился до размеров Богдана и нагло висящей на нем жгучей брюнетки. Она обнимала его за шею, интимно шептала в его ухо, пальчиками обводила татуировку на груди, а он словно и не против. Богдан не пытался оттолкнуть её, не пытался уйти. Он упивался долгожданным вниманием. Брюнетка звонко рассмеялась чему-то и осторожно потерлась носом о щеку солиста. Это уже было выше моих сил.

Резко развернувшись, я закрыла глаза и потрясла головой, пытаясь выгнать картинку, засевшую в подкорке. Но все было тщетно. Внутри клокотала и бурлила обида, щедро присыпанная перцем злости. Значит, так, да? Ну, тогда смотри, как я могу!