Зыбкая явь сновидений

Часть 1 Глава 2

- Киря! Кирюха! - Борис, склонившись над постелью, бесцеремонно тряс её за плечо.

Она медленно открыла глаза, посмотрела на склонившегося над ней бойфренда. В полумраке спальни, разбавляемом светом фонаря с улицы, выражения его лица было не разглядеть. Но, судя по тону, он был недоволен.

- Ты опять кричала во сне. - обвиняюще произнёс он. - Завязывай уже с Готикой и всей этой дурью. А то совсем свихнёшься.

Кира не ответила. Частично из упрямства, частично потому, что он был прав - если так пойдёт и дальше, она и вправду свихнётся. Проклятая старуха!

Борис выпрямился и, не дожидаясь ответа, повернулся, чтобы выйти из комнаты.

- Ты ещё не ложился? - спросила ему в спину Кира, заметив, что он полностью одет. - Второй час ночи.

- Мне работать надо,- не оборачиваясь ответил он.- Спи.

Борис вышел, плотно закрыв за собой дверь.

________

Спи! Попробуй теперь уснуть!

А ведь как хорошо всё начиналось!

То есть, начиналось всё не так уж хорошо, если брать за точку отсчёта расставание с Ником. Ник бросил её, но решив подсластить пилюлю расставания, заявил, что делает это не по велению сердца, а по долгу службы. Дескать, улетает в секретную заграничную командировку и не сможет поддерживать с ней связь.

Как её тогда зацепила новая песня группы "Шальные ветра"! Кира слушала раз за разом:

Когда ведомый ведьмою ветров

Ты улетишь в заоблачные дали,

Вздохнув тихонько, я спущусь в метро -

Туда, где зал холодным светом залит.

Сквозь потолок не виден в небе след.

И можно попытаться примириться

С тем, что тебя со мною больше нет,

И с тем, что не взлететь мне в небо птицей.

Себе на счастье разложу Таро,

И вытяну Шута и Колесницу,

Украшу косу розою ветров.

И стану ведьмой, раз не вышло птицей.

Вот Кира и стала ведьмой, правда виртуальной. Полюбопытствовав, что же нагадала себе героиня "Шальных ветров", она полезла в сеть и наткнулась на сайт Готики. Гадания, заговоры, проклятия, изготовление амулетов и оберегов, чёрный юмор и банальные ужастики... Чего тут только не было! Кого тут только не было: ведьмы, колдуны, гадалки и знахарки всех цветов и окрасов - чёрные, белые, серые и буро-малиновые в крапинку. Про Шута и Колесницу Кира узнала столько, что голова пошла кругом. А ведь это было только началом.

И Кира всерьёз увлеклась гаданием. Сначала на Таро, потом на картах, на рунах, по книгам... Старуха Киара - её персонаж на Готике - стала серьёзным экспертом в области гаданий. Сама же Кира в них не то чтобы верила, но приходившие к ней за советом уверяли, что они сбываются. Хотя, вернее всего, подгоняли последующие события под расплывчатые предсказания. Стоит пообещать кому-то новости, как он непременно их получит - как получил бы и без предсказания, потому что в наше время новости обрушиваются людей ежедневно и ежечасно.

Но так или иначе, Киара гадала, а Кира искала всё новые способы гаданий, напрочь позабыв о Нике. Так что, когда увидела его на улице в компании какой-то смазливой девицы, то не почувствовала совсем ничего, даже лёгкой досады. Только фыркнула: "Секретная командировка! Что он придумает для этой девицы, чтобы избавиться от неё?"

Да, начиналось всё хорошо, хорошо всё и было вплоть до последнего Бельтайна - он же Вальпургиева ночь или Ночь ведьм. Колдуны и ведьмы усиленно готовились к ночи, когда, по преданию, открываются границы между мирами и становятся особенно действенными магические ритуалы. Кира тоже решила попробовать новое гадание - гадание на Трефовую Даму. Само по себе гадание было простым, вот только проводить его требовалось в полночь на старом кладбище у могилы с крестом, где похоронена женщина.

Кира подходящую могилу нашла загодя. Большой чёрный мраморный крест со следами позолоты. И едва читаемое "Мел... чна... Чёр... кая 17.. - ..68". Первый поворот налево от центральной аллеи, седьмая могила - легко будет отыскать в темноте. Заранее подготовила всё необходимое: пять свечей, кусок чёрного полотна, карта трефовой дамы для гадания, и мешочек с солью для защитного круга. Ей казалось, что провести ритуал будет просто и, как любит говорить шеф, "пикантно".

Вот только на деле оказалось, что идти по кладбищу в темноте, подсвечивая себе дорогу фонариком телефона - сомнительное удовольствие. И старый анекдот про дурную примету светить айфоном в тёмном переулке ( к ограблению) приобрел совсем другой, зловещий смысл. Займи дорога чуть больше, Кира бы, наверное, отступила. Но она оказалась на месте прежде, чем страх взял верх над любопытством. Пристроив на кресте телефон так, чтобы он подсвечивал нужный участок, Кира расстелила на могиле полотно, расставила свечи, а между ними положила карту. Достала из сумки мешочек и начала рассыпать соль, очерчивая ею большой круг вокруг себя. Но завершить защиту не успела. Внезапный приступ ужаса застал Киру врасплох, заставив выронить соль из рук и саму застыть соляным столбом. Холод охватил её. Не холод последней апрельской ночи, а потусторонний, пробирающий до костей ветер междумирья. Темнота над крестом, откуда и подул ветер, сгустилась, и сознания Киры коснулся беззвучный то ли шёпот, то ли шелест: "Как ты посмела потревожить мой покой, живущая?"

Кира попыталась отступить, попятиться, но ей не удалось даже шевельнуться. Оковы холода надёжно сковали её. Но попытка не осталось незамеченной. Сгустившаяся темнота потекла, обретая облик. И хотя Кира зажмурилась от страха, всё равно увидела-почувствовала - точного слова для этого нет в языке человеческом - старуху в платье с кринолином и чепце.

Не открывая глаз, Кира попробовала перекреститься, но вызвала этим только смех Дамы Треф. "Крестом от меня защититься думала, недоучка? Крест без веры - ничто!".